Глава 3
❝Она называет ее Ноба❞
"Папа, с кем мы сегодня встречаемся?" - спросила Мари, одетая в желтое платье с шляпкой в виде подсолнуха, в солнечных очках в форме сердца, которую нёс на руках Мегуми.
"Это новая ученица из сельской местности. Ее зовут Кугисаки Нобара", - коротко пояснил Сатору, заставив Мари хмыкнуть.
"А КАК ЖЕ Я?! ПОЧЕМУ ВЫ НЕ ПРОСИТЕ МЕНЯ БЫТЬ МОДЕЛЬЮ?!" - закричала оранжево волосая девушка, и все трое мужчин замерли на месте, наблюдая за тем, как Мари убегает от гнева девушки.
"А? Вы четверо... подождите... ребенок?"
Кугисаки прищурила глаза, представив себе Мегуми в образе мальчика-эмо, Итадори - отстранённым, а Сатору -... ну... Сатору.
"Годзо Мари, приятно познакомиться, мисс Ноба!", - представился ребенок, широко улыбнувшись девочке, которая уже забыла большинство имен Кугисаки.
"Э-э-э... Кугисаки Нобара, приятно познакомиться", - ответила девушка, неловко почёсывая затылок, пока все остальные представлялись.
"Первым делом мы отправимся на экскурсию по Токио!", - объявил Сатору.
Глаза Итадори и Кугисаки тут же распахнулись от восторга, ведь Итадори никогда не имел возможности путешествовать, а Кугисаки был родом из деревни.
"РОППОНГИ!!!", - радостно воскликнули Мегуми и Марри, переглянувшись.
К удивлению Мари, ее отец привел всех в заброшенное здание в Роппонги.
Вдвоем - у них была одна клетка мозга - они с отчаянием смотрели на Сатору, когда им пришлось войти в здание с привидениями, где обитало проклятие, на которое Мари не обращала особого внимания.
В конце концов, с тех пор как она познакомилась с Сукуной, который был говорящим проклятием, ее стандарты повысились.
Сатору, Мари и Мегуми ждали снаружи, так как они все еще могли видеть сквозь стены здания и убедиться, что с ними все в порядке.
"Папа, а ты уверен, что ты самый сильный?" - спросила Мари, рисуя в своем блокноте семейное древо клана Годзо, поскольку в нем были только она и Сатору.
Короче говоря, они, по сути, и составляли все дерево.
"Конечно, принцесса! Почему? Кто сказал обратное? Я пойду, поговорю с ними", - улыбнулся Сатору, заставив Мегуми задуматься, что с ним не так.
"Никто ничего не говорил...", - ответила Мари.
"Ну, думаю, Скуна можно считать никем, ведь он даже не человек", - сказала себе Мари.
"Но почему наша родословная такая маленькая? В клане Дзенин и Камо миллионы людей", - заметила Мари, которой нравилось узнавать о других колдунах, ведь Сатору всегда был в курсе их дел.
"Потому, что годжо трудно найти", - ответил Сатору, не желая отвечать на вопрос, почему он не может сохранить отношения и родить еще одного.
К тому же у него уже была Мари, о которой нужно было заботиться, и, по меньшей мере, она была лучшим, что когда-либо случалось с ним, несмотря на то, что он половину времени не понимал, что, черт возьми, происходит.
"Значит, я особенная?" - спросила Мари, ее глаза сверкали, как океан, когда солнце посылает свои радиоактивные лучи на землю и превращается в сверкающее море.
У Сатору задрожала нижняя губа, и он тут же выхватил свою дочь и крепко сжал ее.
"Конечно!!! Во всем мире, на небесах и на земле, только ты одна удостоилась такой чести", - усмехнулся Сатору, распушив белые, почти платиновые, волосы Мари. Мари только кивнула, не совсем понимая, что говорит отец.
"И Гуми - благословенный!", - радостно воскликнула Мари, стараясь не оставить Мегуми без внимания.
Мегуми неловко почесал затылок, провожая его взглядом, на что Мари снова заговорила.
"Раз уж Гуми - благословенный, а я... э-э-э... почтенная, может, сходим сегодня поесть суши?" - попросила Мари.
"И когда это я тебе отказывал?" - спросил Сатору, ущипнув свою милую дочь за щеки, когда она отшлёпала руки отца.
"Однажды я попросила тебя завести мне собачку, но ты сказал, что у меня и так слишком много работы!" - надулась Мари, скрестив руки и придвинувшись к Мегуми, демонстрируя свое предубеждение.
Мегуми чуть не фыркнул, предвидя, что его сенсей скажет дальше.
"Ну, если у нас будет собачка, то мне придется делить свою любовь и внимание пополам! Ты хочешь этого?", - надулся Сатору, на что Мари немного подумала.
"Да", - ответила она, заставив Сатору вздохнуть.
"Потому что у меня есть Гуми и Юдзи... И НОБА СЕЙЧАС!", - развеселилась Марри.
Сатору захрипел, прижав руку к груди.
"О, так теперь тебе больше не нужен папа? Куда же делась моя маленькая принцесса?! Уф! Мое сердце..."
Мари посмотрела на Мегуми, который подтолкнул девочку, чтобы та пошла утешать расстроенного отца.
Затем Мари вернулась к Сатору и, сняв тени, переползла к нему на колени, прислонившись к его груди.
"Ты все еще мой любимый, папа", - заверила Мари, пытаясь обхватить мужчину руками и стараясь охватить ладонями всю ширину Сатору.
"Ну конечно же!!!", - неожиданно радостно улыбнулся Сатору, подхватывая девочку на руки, и радостно закружил дочь, заставив Мари захихикать.
"Ну что, мы еще можем получить суши?!", - крикнула Мари, для которой ветер был просто диким.
"И КОГДА ЭТО Я ОТКАЗЫВАЛ СВОЕЙ МАЛЕНЬКОЙ ПРИНЦЕССЕ?!"