Сумерки. Продолжение.

POV автор.

Через два дня следующий концерт, репетиции, подбор одежды — все валилось на плечи Ренесми, словно Серябкина решила, что ее нужно загрузить работой. Хотя, по сути, для всего этого существовала куча людей в Центре, которые могли бы ей помочь. Но только в этот раз вышло так, что помощь Каллен почему-то никто не предлагал, хотя и видели, что она буквально разрывалась между желанием послать всех на три буквы и желанием пойти молча работать.

Ренесми догадывалась, что это ее наказание за ссору с Серябкиной, но ведь большая ответственность тоже может сломать человека. В результате блондинка смогла уснуть только в районе двух ночи. В Центр она, на удивление, не опоздала, а вот с работой замоталась так, забыла о встрече с Джейкобом. 

— Ты не планируешь передо мной извиниться? — спрашивает Серябкина, подойдя к открывающей дверь машины Ренесми.

— Нет. Я не буду извиняться перед тобой ни сейчас, ни через неделю, никогда, потому что ты меня послала, а не я. Я тебя не оскорбила ни одним словом. Ты позволила себе говорить мне что-либо в оскорбительной форме, унижая меня ноготочками и шпагатом. Ну, раз я такая, то что же я здесь делаю? Тогда, поеду я к себе в Форкс — пилить ноготочки на шпагате!

— По сей день ты всем своим видом показываешь, что не уважаешь меня. 

— Оля, я уважаю всех. Не зависимо от статуса, возраста и прочих критериев. Дело тут совершенно ни в уважении, а в том, как ты невоспитанно разговариваешь.

— Не нужно мне здесь про воспитание говорить!

— Ну, действительно! Просто, у кого-то оно есть, а у кого-то его нет! — Ренесми садится в свой автомобиль, захлопывает дверь. Достаёт из бумажного бежевого пакета бутылку дорогого вина, опустошает её на треть.Через 2 секунды скорость автомобиля уже составляла около 70 миль в час.

POV Ренесми.

В этот момент я уже не задумывалась насчёт безопасности, стоимости своего автомобиля. Просто кайфовала. От скорости, от того, что в данный момент я позволяю себе наплевать на правила и насладиться моментом. Насладиться свободой, отсутствием ответственности и обременённости обстоятельствами. Алкоголь дал о себе знать, и уже спустя три минуты появилось заметное «помутнение» в сознании. На часах одиннадцать вечера. Хм. И что? Разве я не могу позволить себе погулять столько, сколько хочу? Я сворачиваю в ближайший супермаркет, где приобретаю ещё несколько бутылок вина. 

Стоп. А почему я пью одна, как алкоголичка? Я достаю из кармана своих джинсов телефон, собираясь позвонить своей давней подруге — Кристине. 

***

— Останавливайся! — слышится чей-то голос... Тембр очень похож на... Марианну? Ну, всё, Ренесми, набухалась! Кукуха едет медленно и неспеша. Я игнорирую совет своего подсознания, увеличивая скорость автомобиля. Впервые за несколько минут езды я посмотрела на дорогу. Всё в тумане. Хотя, чего я ожидала... Сиэтл... Откуда не возьмись передо мной появляется рекламный столб...

***

— Нет, Джейкоб не надо. — бормочу я, пытаясь оттолкнуть волка.

**************************************************

Тихо. В кровати тепло и удобно. М-да... я открываю глаза и в первый момент безмятежно наслаждаюсь обстановкой. Чёрт, где я?! Большая просторная комната с панорамными окнами на центр Сиэтла, огромнейшим балконом. Пол — вишнёвый паркет. Блин! Как же я ненавижу вишнёвое дерево! 

«Ренесми, ты в себе? Ты проснулась в неизвестном месте, а тебя волнует цвет паркета?!».  — кричит моё подсознание. Я снова оглядываюсь. Да где же я?! Я слегка приподнимаюсь с кровати и замечаю то, что я без одежды! Твою мать, Ренесми! Почему ты вечно попадаешь в какие-то дерьмовые ситуации! Я в очередной раз оглядываюсь. Так... Вишнёвый паркет. Стены тоже обиты дорогим деревом, но уже другого цвета. С левой стороны от кровати, в самом углу стоит толстая колонна в форме куба-прямоугольника... из дерева вишнёвого цвета! Боже, кто был архитектором и дизайнером?! Раздается стук в дверь. Сердце подскакивает к горлу, и я не могу произнести ни слова. В комнату заходит никто иной, как Артём! Который, к слову, является каким-то супер-мега-крутым и топовым бизнесменом, (имеющим лидирующие позиции во всех областях и науках), в частности другом Карлайла и моей семьи в целом. На Артёме ничего нет, кроме обернутого вокруг талии полотенца.

— Доброе утро, Ренесми. Как ты себя чувствуешь?— ну, все, Ренесми. Переспать с человеком, которого ты не знаешь... Ну, только ты так можешь!

— Лучше, чем заслуживаю. – немногословно бормочу я.Артём смотрит на меня, серые глаза непроницаемы, и,как обычно, я совершенно не представляю, о чем он думает. Он очень хорошо умеет прятать свои мысли и чувства. За небольшое время нашего знакомства я поняла, что он очень скрытный и умный, и сильный, и опасный... Очень опасный. — Как я сюда попала? — спрашиваю я тихим голосом. Артём подходит и садится на край кровати. Он так близко, что я могу к нему прикоснуться, чувствую его запах. О, Господи... Запах тела и геля для душа — пьянящий аромат,гораздо сильней, чем вино, теперь я это знаю на собственном опыте.

— Когда ты врезалась в рекламный столб, я решил не отвозить тебя домой, чтоб не рисковать тобой. Думаю, Каллены бы не очень оценили. — он ухмыляется. — Пришлось оставить тебя здесь. — отвечает он равнодушно. 

— Кто укладывал меня в постель? 

— Я. — его лицо непроницаемо. Ну, Ренесми, начинай собирать деньги на венок для похорон! 

— Раздевал меня тоже ты? — шёпотом спрашиваю я. 

— Тоже я. — он выгибает бровь, а я отчаянно краснею. 

— Мы не... — еле-еле выговариваю я, помертвев от ужаса. Закончить фразу у меня не получается, и я замолкаю, уставившись на свои руки. 

— Ренесми, ты была в коматозном состоянии. Некрофилия — это не мое. Я предпочитаю, чтобы женщина была жива и реагировала. — поясняет он сухо. 

— Мне очень стыдно. — его губы немного приподнимаются в кривой усмешке. Что смешного?! 

— Да, весело провели время. Вечер надолго запомнится.— Мне тоже... — он продолжается надо мной смеяться! Он сам приехал, его никто не просил, а в результате меня назначили главным виновником. 

— Нечестно использовать всякие шпионские технологии, которые вы там у себя разрабатываете, чтобы следить за девушкой. — огрызаюсь я.Артём смотрит на меня удивленно и, кажется, обиженно. 

— Во-первых, отследить мобильный телефон можно по Интернету. Во-вторых, моя компания не занимается производством аппаратуры для слежки и скрытого наблюдения, и в-третьих, если бы я за тобой не приехал, ты бы проснулась в постели волка, а насколько я помню, ты была не в восторге от такого ухажера. — произносит он язвительно.Ухажера!.. Что?! Джейкоб пытался меня изнасиловать?! Так, ладно, об этом позже...

— Да ты просто рыцарь из средневековой хроники. — ехидно замечаю я.Он немного оттаивает. Выражение лица смягчается, и на красиво очерченных губах мелькает тень улыбки. 

— Нет, Ренесми, совсем не похож. Разве что на темного рыцаря. — Артём насмешливо улыбается. 

— Ты вчера ела? — строго спрашивает он.Я мотаю головой. Какое ещё преступление я совершила? Хотя его губы сжимаются,лицо остается бесстрастным.— Обязательно надо есть. А ты пила на голодный желудок, и потому тебе было так плохо. Если честно, Ренесми, это самое первое правило, когда пьешь.— Он ерошит волосы рукой, а значит, всё ещё сердится. 

— Ты и дальше будешь читать мне мораль? — спрашиваю я, смотря Артёму в глаза.

— А это так называется? 

— По-моему, да. 

— Ты еще легко отделалась. — проговаривает он, ухмыляясь.

— В каком смысле? — непонимающе спрашиваю я, немного опустив правую бровь.

— Если бы ты была моей, тебе бы еще неделю было больно сидеть, после того что ты вчера устроила. Пила на голодный желудок, пьяная вела автомобиль, попала в аварию, а потом звонила Блэку. — Артём закрывает глаза, на его красивом лице ясно проявляется отвращение, и он слегка содрогается. Затем открывает глаза и строго смотрит на меня. — Страшно подумать, что могло с тобой случиться.— ему-то какое дело? 

— Ничего бы со мной не случилось. Я — наполовину вампир... — уверенно проговариваю я, смотря в серые глаза. Думаю, что это — линзы.

— А как насчёт пса? — фыркает он.А что пёс? Пёс — сволочь, который решил воспользоваться пьяной девушкой. Фу! Придётся сказать ему пару ласковых словечек!

— Джейкоба просто занесло. — я пожимаю плечами. 

— Думаю, кто-то должен научить этого пёсика хорошим манерам, чтобы его больше не заносило. 

— Какой ты строгий. — фыркаю я. 

— Ах, Ренесми, ты даже не представляешь, насколько. — глаза Артёма сужаются, и на лицо ложится озорная ухмылка. Улыбка этого вампира действует на меня совершенно обезоруживающе. Только что я злилась — и вот уже не могу отвести взгляда от его лица. Ох!.. За эту улыбку можно всё простить. Наверное, потому, что он так редко улыбается. Я даже забыла, о чем мы говорили... глаза Артёма сужаются, и на лицо ложится озорная ухмылка.Улыбка этого вампира действует на меня совершенно обезоруживающе. Только что я злилась — и вот уже не могу отвести взгляда от его лица. Ох!.. За эту улыбку можно всё простить.Наверное, потому, что он так редко улыбается. Я даже забыла, о чем мы говорили...

— Ладно, иди в душ. По коридору направо. Последняя дверь. — он наклоняет голову набок, по-прежнему улыбаясь. Моё сердце колотится, мозг перестал посылать импульсы нейронам, отвечающим за дыхание. Улыбка Артёма становится шире, он проводит большим пальцем мне по щеке и нижней губе.