Дорогая
Везде искал я, но никак не попадалась та, которую себе представил я.
Я пыталась сохранять спокойствие. Как никак, а выбраться из этого проклятого места мне не составляло труда, ведь если подумать, я действительно способна выдержать все это! Главное не сойти с ума. Главное не сойти с ума. Я не знаю, какого черта вообще приехала сюда, после всего, что пережил мой брат. Но я знаю одно: его убили. И тот, кто его убил, не собирается останавливаться. Он убьет и меня. Ту видеозапись, которую Парк разместил в интернете, как только смог выбраться на свободу, её.... Уничтожили. И все, ради чего пытался выжить мой брат... Ради всего, что могли бы узнать люди об этом месте.... Он умер? Он пожертвовал собой, получается, просто так? Его стерли с лица земли, словно его никогда и не было. Но я-то знаю, что скрывается за этими стенами. Я знаю, что правду невозможно скрыть, как сильно бы они не пытались. Апшер...Мой брат....Теперь я. Мы все боремся за правду, потому что в этом чертовом мире правда заменяется ложью, словно это в порядке вещей. Но я знаю, что способна закончить дело брата. Я знаю, что это единственное, что может помочь ему обрести спокойствие.
И, знаете, не все оказалось так плохо. Это место почти сгорело, здесь никого не осталось, разве что парочка психов, бегающих из одной комнаты в другую, говоря что-то о «воскрешении». Попасть в сердцевину этого места оказалось намного проще, чем я думала. Мне необходимо было попасть в лабораторию, где ранее ставили опыты над этими несчастными людьми. Именно там и умер Апшер. Именно там и осталась камера, которая так нужна мне.
Это место прогнило. Я чувствую этот запах. Запах гнили. Мне невыносима сама мысль, что в этом месте когда-то страдал мой брат. Он не заслужил подобного. Никто не заслужил быть загнанным в такую ловушку. И умирать здесь – самая худшая смерть. Когда я спускалась все ниже и ниже, я чувствовала, как каждый умерший здесь человек кричит о помощи. Мне казалось, будто стены обретали дыхание и готовы были рыдать навзрыд, каждый раз, когда я прикасалась к ним своей дрожащей рукой, пытаясь нащупать дверь. Я слышала отдаленные крики умирающих, тех, кого раскромсали местные психопаты. Они звери. Они убивают друг друга. И им все равно. Ими движет жажда убивать. Это не люди. Давно уже не люди.
Пока я спускалась по лестнице, ведущей в непроглядную темноту, я вдруг услышала чьи-то шаги. Рефлекторно прижавшись к стене, я надеялась, что этот «кто-то» пройдет мимо и не сможет увидеть меня.
- Еще одна. Я стараюсь. Стараюсь. Но вы все предаете меня.
Мужской голос. Грубый.
«Сколько же безнадежности может быть в одном только голосе» - подумалось мне. Я задержала дыхание, когда мужчина прошёл мимо. Мне было трудно рассмотреть его, но когда он вышел на свет, я в полной мере смогла «оценить» представшего передо мной «человека», если он, конечно, им все еще оставался.
Мужчина среднего роста, с темными волосами, в белой рубашке и в праздничном жилете. Нет. Не в праздничном. В свадебном. Но почему...он...
Именно в этот момент я случайно задела рукой коробку, которая с грохотом перевернулась, чем и привлекла внимание.... Эдди Глускина.