Глава 10
Марк Морган
Я стоял, сжимая кулаки с улыбкой, как у консультантов в одном их местных ювелирных магазинов. Уже как час мужчина лет сорока, с усами похожими на веник, изъявлял свои претензии по оценки его души. Мол, его не устраивала, что я не Джин, который по щелку должен решить все его проблемы. Душа этого противного человека была очень мала, она тянула только на спасение его тонувшего бизнеса. Но не как на открытие второго, удачное замужества его дочери, и избавление от жены, которая в случае простого развода получит больше половины всего имущества. Он расхаживал из угла в угол, читая мне нотации, клиент всегда прав. В какой-то момент мне показалось, что в детстве этого мужчину очень сильно уронили. Он гроша не ставил, что перед ним демон из ада, а не продавец из Икеи. Сначала это меня забавляло, но через некоторый промежуток времени стало утомлять. Мои мысли улетели в сторону Кэтти, Калипа, Одри и Грейм. Нужно было уделить внимание первой, найти второго, убедить что третья справляет со своей жизнью, а четвертая перестала пребывать в плохом настроение. Так же я не знал, стоит ли мне радоваться повышению. С одной стороны это было просто замечательно, но с другой я не был уверен в своих силах. Когда мой клиент закончил, он уставился на меня глупыми глазками, ожидая моего ответа. А что я должен сказать? Душа это товар, который продается и покупается за определенную плату. Никто вас насильно не заставляет, этого делать. Если условия сделки вас не устраивают, вы можете спокойно отказаться.
— Вы же ведь знаете, что я вам скажу? — Я устала закатил глаза. — Ничего не изменилось. Мы спасаем вам бизнес, а вы продаете свою душу.
— Кто ставит такие условия? — Он был похож на свинью, которой не нравится идти на убой.
— Дьявол. Судьба, которая сделала вас жалким. Прости Дьявол, тот кто управляет раем. Короче, — я почти в плотную подошёл к мужчине, смотря на него как на кусок дерьма, — если вы не хотите заключать сделку, не нужно мне пудрить мозги. Вы станете банкротом, ваша капризная дочь возненавидит вас, а ваша жена уйдет от вас к вашему конкуренту. Дальше запой, лечение в наркологическом отделение на последние день и в конечном итоге смерть под забором. И ничего нельзя изменить, счастливого пути. — Я развернулся и направился к выходу, ухмыляясь про себя. Сейчас он скажет стойте! И согласится на мои условия. Ему невероятно страшно потерять, всё что он так упорно копил. Этот мужчина свято уверен, что никто кроме высших сил не способны изменить судьбы людей. Он всю жизнь, верил что это фортуна даёт ему все блага и вот она почему отвернулась от него.
— Подождите! Я согласен. — Мужчина был испуган до смерти, его толстое лицо резко побледнело, а на лбу проступили венки. Зол и не знает, что ему делать дальше. Похож на злую собаку которая загнана в угол.
Сделка была заключена в тот же момент, поросёнок не стал больше качать свои претензии. Он не был рад такому исходу, но и деваться ему было некуда. После этого я решил навестить Одри, так как её дом находился как раз не далеко. Мне так же было интересно что произошло с Шоном, всё-таки с таким явлением я сталкиваюсь впервые. Я очень наделся что Одри хоть чуть-чуть справилась с утратой матери, и навалившимися на неё проблемами. Идя по дорожке, которая вела к их дому, я увидел Одри. Она несла в руках огромную сумку, ели волоча свои худые ноги по земле. Я ускорил темп и уже через пару секунду шел в ровен с Одри.
— Привет, давай помогу. — Я не дожидаясь ответа схватил груз девушки.
— Привет, спасибо! — Одри приветливо улыбнулась. Я заметил, что на её щеках появился небольшой румянец, глаза больше не были красными от слёз, а цвет лица стал более живым. — Не ожидала тебя здесь увидеть.
— Решил проведать вас. Как вы? — Я удивлялся тому, как она могла нести эту тяжёлую сумку, даже для меня это было не легко.
— Не плохо, хотя это странно. Ведь мы должны скорбить, — Одри замолчала словно боясь продолжить, — Но почему мы этого не делаем? Шону правда тяжело принять своё новое тело. Кстати, хотела сказать спасибо, что спас меня от суицида. Я до сих пор не могу понять что на меня нашло. И тем девушкам которые были с тобой, тоже спасибо.
— Обязательно передам. —Тем временем мы подошли к дому Одри, она пару минут искала ключи, после чего с виноватым видом позвонила в дверной звонок. — Я опять их потеряла.
Я лишь снисходительно улыбнулся, моё настроение с каждой минутой всё больше возрастало. Как же классно осознавать, что твоя погибель приходит в себя и уже не хочет отправиться в мир иной. По крайне мере первое впечатление было именно таким. Мы минуту прибывали в ожидание, Одри пару раз повторила своё действие, каждый раз бурча что-то себе под нос. Моя правая рука уже онемела, Дьявол, она что в сумке кирпичи таскает? Но я не подавал никакого вида, ещё бы предстать перед девушкой слабаком. Ну уж нет. Хотя моё желание ударить долго идущего Шона росло с каждой секундой. А что? Он уже не ребенок. Наконец дверь распахнулась на пороге стоял полусонный Шон, он протирал глаза, зевая во весь рот.
— Опять спал? — Одри толкнула брата в сторону, давая мне возможность пройти.
— Задремал немного, — Шон не обратил на меня никакого внимание
Я прошёл за девушкой на кухню, она кивком указала положить мой ненавистный груз на стул.
— Чай будешь? — спросила Одри.
— Да, можно. — Я с ужасом смотрел на свою красную ладонь, казалось ещё немного и она бы точно отвалилась. Одри принялась суетиться возле плиты иногда бросая на меня любопытный взгляд. — Ты что-то хочешь спросить?
— Да нет, просто до меня только что дошло, что демон стоит у меня на кухне. И он же спас меня и моего брата. После того как вы ушли, мы всё забыли. — Одри подала мне горячую кружку. — Знаешь, это словно потеря памяти на короткий срок. Мы то помним, что теперь одни и что наша мать была очень любопытной женщиной, то нет. Странно это.
— Иногда такое бывает. Шок плюс магия творит чудеса. Главное что вы справляетесь. — Я сделал пару глотков.
— Да, с переменным успехом, — Одри нервно стучала пальцами по кружке. — Почему ты мне помог? Извини, но этот вопрос каждый раз крутиться у меня в голове, когда я вспоминаю о случившемся.
— Ааа, — я не знал что мне сказать. Вдаваться в подробности и рассказать истинные мотивы мне как-то не хотелось. Да и не было известно как на это отреагирует Одри. Всё-таки это по моему указу убили её мать, хоть та и была последней ведьмой. Но она всё-таки родила Одри и Шона, дала им какую никакую жизнь и скорее всего эти дети где-то в глубине души любили её. Я не успел ответить, как по всему дому пронёсся громкий удар. Словно что-то очень тяжелое упало на пол. — Это что такое?
— Шон наверное опять перестановку делает. — Одри заправила прядь волос за ухо. — У него часто что-то грохочет.
— Понятно. А чем ты занимаешь? — Я стал переводить разговор в другое русло, надеясь что у Одри плохо с памятью.
— На работу устроилась официанткой в ресторан, собираюсь поступать в университет. — Она стала оживлённо рассказывать о своих планах. Было видно, что ей редко удаётся поговорить хоть с кем-то. В её зеленых глазах стали заметны маленькие огоньки. Именно те, которые появляются когда у нас наконец спросили о чем-то важном. — У меня кроме школьного образования ничего и нет. Мама не разрешала. Но теперь мне нужно кормить себя и Шона, дать ему будущие. В наше время без хорошего диплома никуда. Хочу поступить на юриста или экономиста. Буду работать, учиться, Шону найду хороших репетиторов, он ведь знает только начальную школу. А ему уже скоро в колледж поступать нужно будет.
— Это замечательно! — Я без доли лицемерия был рад за Одрианну, она действительно молодец. Не каждый сможет вот так быстро начать новую жизнь, хотя мне казалось что по большей части Одри делает это из-за Шона. Она ведь старшая сестра и обязана помочь своему брату встать на ноги.
После этого я убедил Одри что мне нужно срочно возвращаться к работе. Сунув ей свой номер и пообещав навестить еще раз, я быстро вышел из дома. На сегодня мне было достаточно доказательств того, что с ней все более-менее хорошо. А это значило, что и моя жизнь пока что в не опасности. Хотя мне на мгновение стало жалко Одри, она так обрадовалась когда смогла поделиться со мной частью своей жизни. Наверное у неё не было друзей, конечно откуда они появиться с такой-то матерью? А Шон вряд-ли так часто интересуется делами сестры, он мне вообще показался уж слишком сильно похожим на зомби. Это печально, когда тебе не с кем поговорить, ты находишься один против целого мира, и всё копишь в себе. Человеку нужен человек, так всегда было есть и будет, хорошее общение снимаем с нас душевные переживания, даёт нам мотивацию и помогает не окочуриться быстрее времени. Одри нуждалась в собеседнике, но я пока не мог им стать. У меня было полно дел, и я не хотел тратить свое время. Но всё-таки про себя, я отметил что нужно иногда выслушать Одри, для своего же блага.
По возвращению в ад, я сразу же направился к Грейм. Мой стыд с каждым шагом возрастал всё больше. Почему я чувствую вину перед ней? Наверное потому что я должен был навестить её сразу же после свидания. Но у меня были обстоятельства, которые меня задержали. Работа например, я ведь должен выполнять свои обязательства, но так же нужно было увидеть Одри, ведь от неё зависит моя жизнь. Да какого я обманываю, я просто не хотел. Не хотел снова увидеть заплаканные глаза подруги, не желал вести с ней утешительную беседу, мне было от этого даже противно. Отлично Марк, ты просто замечательный друг, тебе нужно награду дать за звание самого худшего друга на свете. Но я всегда был таким. Нет, не лживым предателем, я просто не умел поддерживать кого-то. Во мне еще сама природа вырезала функцию экстренной моральной помощи. Мне всегда становилось не ловко, я не знал какие слова нужно подобрать, не понимал, как выражать свои эмоции. Всё что я знаю, так это " Прими мои соболезнования, мне очень жаль, не нужно плакать и всё будет хорошо." Набор врача прям.
Как и ожидалось Грейм дома не оказалось, а позвонить перед тем, как идти я забыл. Критин. Решив что мне нужно не много выпить, я отправился в ближайший бар. Сегодня у меня была ещё одна сделка и то поздно вечером, Гув вернётся только через пару дней, Калип так и в не ответа, Кэтти на работе, а Грейм сбрасывает звонки. Отлично сегодня проведу день, может пока вернуться к Одри? Да нет, слишком странно. Я словил себя на мысли, что мне было интересно вновь увидеть Лидию. У меня было очень много вопросов, которые упорно резали мне черепную коробку. Как она выжила? Почему молчала все это время? Зачем ей рукописи, которые давно уже устарели? Эта ведьма была полно загадок. Наверное именно это мне в ней и нравилось.
Выпив уже третий стакан виски (алкоголь может загнать вас в ад) я лениво осмотрелся по сторонам. В баре было мало народу, пару демонов сидели в углу потягивая глинтвейн, ещё две демонессе со скучными моськами искали, кого бы сегодня поиметь. Похоть, вот их главных грех, они живут, дышат и питаются именно им. Но мне это не очень интересно, ты не станешь не кем более, чем проституткой или проститутом в барах. Когда демонессы заметили меня, они о чем-то принялись шептаться, после чего ко мне направилась лишь одна.
— Такой красивый и грустит. — Демонесса, которая была похожа на очень плохую порно актрису положила на моё плечо руку.
— Ты ошибаешься, — Я дёрнул плечом. — Не стоит тратить на меня своё время. Я занят.
— Да ладно? — Усмехнулась она. — Тут все заняты, но это мало кому мешает. Мы же в аду.
— Даже в аду есть место верности. — Мне совсем не хотелось начать свои первые за долгое время отношения с измен. Я всегда был сторонником верности, по мне изменять это глупо. А точнее лишние трата времени, нервов и сил. Хотя каждому своё и демоны не страдают моральными принципами, но всё же. В аду есть случаи небывалой преданности и верности. Например; Люцифицер со своей женой Лилит. Говорят что они с самого начало вместе и не было даже намёка на неверность в их паре.
— Ути пути, какой милаш. — Демонесса погладила мои волосы, от чего моё нутро захотело сломать ей руку.
— Опа, — я заметил как в дверях появилась Грейм. Она была не одна, сзади неё с приторно залижеными волосами, шёл Джонсон. Грейм тоже заметила меня. Подруга указала своему спутнику на дальней столик после чего подошла ко мне.
— Смотрю свидание с Кэтти прошло не по плану, — Грейм окинула презрительным взглядом демонессу. — Брысь отсюда.
— Королева мне тоже, — та махнула рукой и покачивая задом ушла к своей подруге.
— Марк, все хорошо? — Грейм облокотилась на барную стойку. Она выглядела весьма счастливой, будто и не было небольшой истерики. Поймите меня правильно, Грей не из тех кто будет плакать просто так, её слезы это показатель полного истощения нервной системы, да и тогда она может просто закрыться у себя дома на неделю.
— Да, эта неприличная дама сама ко мне подсела. — Я не был уверен, что Грейм поверит мне. — С Кэтти всё хорошо, мы пара теперь.
— Вот как, — подруга откинула волосы назад, — я очень рада за тебя.
— А мне можно радоваться за тебя? — Я кивнул в сторону Джонсона.
— Да. После того как ты ушел. Кстати, у меня просто сдали нервы и я не с того не сего заревела. Всё что я говорила было сущим бредом. Так вот, я решила что Джонсон не такой уж плохой, и тем более это очень хорошая ступень к повышению.
— Ага, у тебя что биполярное расстройство? Я просто не могу понять ход твоей логики.
— Возможно, — Грейм с улыбкой толкнула меня в плечо. — В аду ещё и не то заработаешь. Ах да, через три дня сестра Джонсона устраивает выставку своих картин. Она будет проходить на земле, и ты тоже приглашен.
— А я то там зачем? Я далек от искусства, ты же знаешь.
— Ну пожалуйста, мне будет очень скучно в окружение этих чопорных демонов. Приходи вместе с Кэтти, хоть с кем-то мне будет интересно общаться. — Грейм состроила щенячьи глазки. Я всегда ведусь на них, словно под гипнозом и готов согласиться на затеи подруги.
— Лааадно. Быстро он ведёт тебя на знакомство со своей сестрой. У него явно серьёзные намерения. Ну я всё-таки покажу тебя психологу.
— Обязательно! — Грейм чмокнула меня в щеку. — Увидимся.
Я наблюдал, как подруга спешит к своему новому принцу и меня брала небольшая ревность. Нет, я вдруг не прозрел и не осознал, что люблю её. Просто я слишком сильно отвык от того, что у Грейм может быть кто-то помимо меня. Это эгоизм, он всегда мешает нам дать возможность кому-то быть счастливым. Но я не собирался мешать Грейм, это не жизнь, а не моя. Тем более мы по-прежнему остаёмся лучшими друзьями и не какой вшивый демон этого не изменит. Я выпил почти бутылку после чего принял решение, что мне срочно нужен холодный душ, я отправился домой. Но дойти до него мне так и не дали, раздался тихий гудок мобильника. На экране наконец-то, что б его молния ударила высветилось имя Калипа.
— Ты куда пропал сучара? — Я сказал это слишком громко, тем самым вызвал осуждающий взгляд пожилой дамы.
— Оу, тихо дорогой. — Охрипшим голос ответил Калип. — Была срочная работа. Но у меня для тебя есть кое-что. Давай через двадцать минут в парке.
Я положил трубку, с меня снова упал огромный груз. С Калипом всё было хорошо, относительно конечно же, но всё же. Жизнь потихоньку снова стала идти в гору, это не может быть просто так. Где-нибудь обязательно есть подвох. Вдруг завтра всё заново пойдёт по касательной, тогда я уж точно перестану радоваться любым положительным вещам. Какая интересная штука жизнь, она никогда не даёт расслабиться. Пеньки будут поступать дальше после смерти, с одной стороны это заставляет ценить светлые моменты, а с другой появляется огромное желание вздернуться. Но, а пока, я был готов прыгать от радости.
Через двадцать минут я уже шёл по парку, ища глазами Калипа. Меня немного укачивало, но это от слишком быстрой смены обстановки под алкоголем. Следует напомнить себе больше так не делать. Калип сидел на последний лавочки возле пруда, он был как всегда помятым со свежими ссадинами по всему лицу. Заметив меня Калип закинул ногу на ногу.
— Жив всё-таки, — я сел рядом, — а я уже хотел венок заказывать.
— Какая прелесть, в следующий раз как-нибудь. Мне нравятся красные, кстати. — Калип всегда был любителем чёрного юмора, впрочем, как и я. — Прости, что не отвечал. У меня после той ведьмы сразу же возник хороший заказ. Пришлось даже город покинуть.
— Да ничего, справился хоть?
— Ага, на моём счету снова много денег. Ах да, хотел сказать что убить ведьму было не так уж сложно. Хотя она наверное чем-то болела, раз не могла нормально сопротивляться.
— Рак, ужасная лотерея. — Я, зажмурившись, поднял лицо к солнцу. Пару раз мне кольнула в нос, наверное витамин Д это всё-таки не моё. — Ты хотел мне что-то отдать?
— Точно, — Калип стал искать по внутреннему карму пальто. — Я когда к ней пришёл, она в руках держала вот это. — Он подал мне небольшой свернутый в два раза пергамент. — Я бы и не обратил на него никакого внимания, но он после того как ведьмы того, засветился. Я плох в латыне, но смог понять что там про какую-ту Одрианну идёт речь.
— Это не просто латынь, он идет с перемешкой с языком Смерти. — На пергаменте всё было написано кровью, только в самом низу были две подписи, от из которых была написана словно черными чернилами. Я уже давно не помнил язык Смерти, он очень сложен в изучение и совсем ненужен в обычной жизни. Его используют только верхушки ада, рая и конечно же сама Смерть. Но благо я хорошо знал латынь и мог хоть что-нибудь выцедить. Пергамент ужасно скрипел в руках, будто я открываю старую дверь. От него пахло церковными свечами, кровью и мороженым? Я принюхался еще сильнее, да, точно, мороженное. Быстро пробежав по тексту глазами я стал зачитывать его Калипу: — Я Инга Брейкен, великая ведьма, член совета шабаша всех ведьм заключаю договор с великой и всепоглощающей Смертью. После чего мне будет дарована дочь под именем Одрианна Морсе Брейкен при помощи обряда Vita et mors ultra non dabis. Обряд будет совершен до конца этого месяца, сего года. Смерть же имеет право забрать ребенка в любой угодный ей час, но даёт вольную на его воспитание. Мои силы и моя душа навечно будут принадлежать Смерти. В свою очередь Смерть требует выполнение предназначения ребёнка, которое сохранит свою тайность и будет закована в свидетели договора.
— Вау, а что это за обряд такой? Vi.. — Калип взял у меня пергамент.
— Vita et mors ultra non dabis. — Я стал копошиться в памяти, чтобы самому понять что это означает. — Раньше была такая легенда о ведьме которая сотворила ужас. Если коротко, то она из кусочков мёртвых детей, некоторых родила сама, некоторых украла, сшила ребенка и набила его своей сваренной кровью. После чего вызвала Смерть и та согласилась дать ребенку жизнь. Тот кто над нами, этого бы не сделал, это ведь выходит за рамки дозволенного. Короче, ребёнок ожил и вызвал первый приход, в конце которого его уничтожили. Это старая история. В неё никто не верит.
— Но видимо она правдива. Чёрт, сшить ребёнка из кусочков детей. Ведьмы поистине сумасшедшие. — Калип скривился в лице.
— А ведь это всё объясняет. Вот почему Одри вызывает апокалипсис. Она выходит за рамки установленными всевышнем. Она рожденная смертью. — Я был готов провалиться сквозь землю, это просто невероятно. За всю свою жизнь ничего более ужасающего я не встречал.
Калипу я рассказал далеко не всё. Обряд это не просто рукоделие, это страшное, полное нюансов действие. Ведьма должна не спать ровно семь дней, каждый раз пришивая новую деталь она должна съедать один орган мёртвого ребенка. Чтобы сшить одного младенца, нужно умертвить как минимум десять таких же малышей. Всё должно происходить в маленькой комнатушке без окон, ничего нельзя выносить, мясо тухнет, воняет, появляются мухи, которые поедают не только трупы, но и ведьму. Так же ведьма постоянно качает из своих вен кровь. Когда всё сделано, ведьма обязана скормить оставшиеся останки младенцев семерым девушкам, после чего убить их и похоронить прямо под домом где в будущем появиться ребёнок. От одной мысли от такого по всему телу бегают мурашки. Такое большое значение Одри теперь понятно, но причем здесь я? Я снова посмотрел на договор. Изучив всё вдоль и поперек я увидел что углу мелким шрифтом было написано. — Договор заключен в Церкви имени Святой Софии. Нужно наведаться туда.
— Зачем? — Калип вопросительно поднял брови.
— Свидетель знает абсолютно всё о договоре. А мне как раз нужна информация. Ты со мной?
— Конечно, я такое не пропущу.
Церковь была расположенная в сорока минут от нас. Мы решили, что проще будет поехать на метро, поскольку в городе были огромные пробки, и мы смогли добраться туда в лучшем случае часа через два. Меня не покидало чувство что я близок к разгадке. И что мне подсказывало, что мне это не понравится. Калип всю дорогу ворчал насчёт обряда и о том, что нужно проверять ведьм у психиатров. Я был с ним как никогда согласен. Но по больше части я его не слушал. Мои мысли полностью ушли в сторону Одри и её невероятного появления на свет. Она не похожа на ребенка Смерти, даже на дочь ведьмы. Одрианна была небольшого роста, с большими глазами и маленьким носом. Смотря на неё ты думаешь, что она очень добрая, забитая, скромная, милая девушка. Сто процентов Одрианна даже не умеет колдовать. Хотя внешность может быть очень обманчива. Когда мы подошли к церкви, из неё толпой выходили прихожане. Я никогда не думал, что с такой охотой пойду в это место.
— А тебе вообще можно туда заходить? — Калип остановил меня пороге.
— Конечно, может я решил измениться. —Я перекрестился, но намеренно неправильно. Калип заметив это закатил глаза после чего зашипел.
— Вот ты дурак? — Он пошёл первым.
— А что? Вдруг в меня молния ударит. Не дай Дьявол. — Я пошёл следом, сложа руки в карманы.
— Богохульник. — хмыкнул Калип.
Как только мы вошли и стали поодаль остальных, молодой парень с каким-то подозрением подошёл к нам. Он был учеником или помощником пастора. Его детское лицо вызывало во мне бурю негодования, такой маленький, а уже решил угробить свою жизнь в этом месте. Но, впрочем, мне было плевать, меня интересовал не он, его наставник. Убедив мальца, что нам срочно нужно переговорить с пастором наедине, мы стали ждать пока все разойдутся. Калип в отличие от меня иногда верил, что тот кто правит раем, хоть иногда, но помогает людям. Ему просто так было легче, он надеялся что сможет заслужить прощение и попасть в рай, святая наивность. И его абсолютно не смущал тот факт, что он дружит с демоном, и убивает на заказ.
— Мне передали что вы хотите со мной поговорить. — К нам наконец подошёл пастор. Это мужчина лет сорока с явными признаки облысения.— Меня зовут Ковин.
— Да, меня зовут Марк, а это Калип, и мы хотели бы узнать о договоре который был заключен здесь двадцать лет назад.
— Я не понимаю, о чем вы. Извините, мне пора, до свидания.— Глаза Ковина расширились от страха, его губы дрогнули, а по лбу потекли капельки пота. Врёт и не краснеет, зато боится. Он развернулся и быстрым шагом пошёл к мальчику. Переглянувшись мы последовали за ним.
— Мистер Ковин, давайте не будем играть в догонялки. У нас этот договор. — Калип достал из кармана пергамент.
— Кто вы такие? — Он развернулся чуть не столкнувшись лбом с Калипом.
— Я наёмный убийца, а он демон. Я бы не советовал вам делать резких движений.
— Боже, Эрик иди в кабинет. — Пастор махнул мальчику рукой, тот как мышь шмыгнула за дверь.
— Мы ждём ответа, — для устрашения я сверкнул глазами. Ковин сделал пару шагов назад, видимо хотел схватить какой-нибудь крест. Он молча таращил на нас глаза, иногда открывая рот. — Быстро!
— Тссс, Марк, мы же в церкви. — Калип посмотрел на деревянный пол. — Будет тяжело кровь убрать.
— Я не могу! Если я скажу, то меня ждёт адская боль. — Пастор быстро закачал головой, его руки нервно задрожали.
— Но вы не умрёте, свидетель не может умереть до исполнения договора. А боль можно и потерпеть. — Я смягчился в голосе.
— Нет. — Стоял на своём Ковин.
— Калип, тащи бензин, устроим вечеринку.
— Момент.- Калип не спеша пошёл к выходу, он остановился, бросив взгляд на дверь кабинета. — Мальчишку тоже можно привлечь. Ох, да простить меня Бог, но костёр будет прекрасным.
— Не трогайте его! Вы подонки! — Ковин чуть не брызгался слюнями
.
— Да ладно? — Я усмехнулся.
— Дошло наконец, — Калип почесал подбородок. — Вы даже не представляете что мы можем тут устроить, неужели вы хотите чтобы мальчик страдал? Или может у вас есть жена? Да конечно есть, ей будет так печально когда мы явимся к ней на пороге0. Я знаю сто два вида пыток.
— А я двести три. Думаю нам не стоит терять время. — Я сделал шаг вперед.
— Ладно! — Ковин сдался слишком рано. Нет, конечно же мы не стали бы палить мальчишку, или мучат бедную женщину, но вот моральное давление точно начало набирать обороты. — Эта девочка..
— Одрианна. — Я заметил, как на правой руке Ковина появился небольшой ожог.
— Да, она... — левая рука пастора резко покраснела. — Прошу....
Калип закатил глаза, ему было не по себе, но виду подавать он не хотел. Да и мне было жаль, этого мужчину, но желание узнать правду было сильнее.
— По договору она должна была начать войну, — Лицо пастора стало медленно покрываться волдырями, — убив дракона... Сына Лилит. Ааааааа