1.
-1-
полюбив однажды до дури и тошноты,
до навязчивых состояний, до хрипоты,
понимаешь яснее всех аксиом и лемм:
каждый после идущий будет уже не тем
young and dramatic — never
Несмотря на то, что сейчас было раннее утро, солнце не спешило выйти на голубое полотно, чтобы выполнить свое предназначение — дарить тепло миру. Только еле слышимый гром где-то за Осло и осязаемый запах влажности и дождя, перечеркивал все положительные мысли о долгожданной весне. Сотни прохожих сильнее кутались в свои куртки в надежде поскорее зайти в помещение. Одна рыжеволосая девушка была среди них и немного неуклюже обегала прохожих, получая в след не очень приятные слова. Ева не привыкла опаздывать на работу, тем более в понедельник, потому что в этот день недели у нее была ночная смена, но вопреки всем стандартам ей позвонили в пол шестого с просьбой срочно приехать в больницу. Поэтому в столь раннее и дождливое утро вместо того чтобы нежиться в теплой постели, Ева проклинала когда-то двадцатилетнюю себя, что в то время ей пришла в голову мысль: «А почему бы не стать хирургом?». Нет, она любила свою работу, ведь бесценно увидеть сияющую улыбку своего пациента после удачно прошедшей операции. Да и что греха таить, одни коробки конфет или коньяк десяти лет выдержки в знак благодарности, ой, как радует глаз. Но всегда есть «но». Каждый день девушке предстает видеть лица искаженные гримасами боли, самой настоящей боли. Ева не сказала бы, что работать хирургом — это самая лучшая работа. В свои двадцать четыре года, девушка имела свой личный кабинет, маленький, но ей и не нужно было масштабное помещение, как она всегда говорит: «У каждого человека должно быть свое личное пространство, хотя бы маленькое.» И сейчас Мун спешила в небольшой медицинский комплекс, чтобы выполнить свою работу. Мороз усиленно избивает ее от природы розовые губы, которые из-за постоянного покусывания во время очередной операции, потрескались. Иногда она в мыслях упрекает себя за такую не очень хорошую привычку, но изменяет себе, прикусывая нижнюю губу, как только первые капли дождя упали на ее щеки, покрытые девичьим румянцем. Остановившись около светофора, Ева прожигает взглядом красный свет, как бы говоря, что устала ждать. Молитвы были услышаны, и как только дорогу осветил зеленый свет, рыжеволосая девушка побежала к белому зданию.
Открыв массивную дверь, Мун зажмурилась от слишком яркого света исходящего от многочисленных люстр больницы, а белоснежные стены приемной резали, словно тысяча иголок, глаза. Ева сняла мокрый от дождя капюшон и десятки каплей отправились в свободный полет к начищенному до блеска кафелю. Миловидная девушка за стойкой регистрации сдержанно кивнула ей одновременно с тем, обслуживая посетителя.
— Доброе утро, мисс Мун, — сказала миссис Хетер, которая только вчера перенесла дорогостоящую операцию. — Вы сегодня рано.
Вежливо улыбнувшись пожилой женщине, рыжеволосая поспешила на четвертый этаж, на котором находится ее кабинет. Вызвав лифт, она принялась ждать его, нервно постукивая по кнопке своими ноготками. Ева волновалась, ее нервы были на пределе. Просто так не вызывают в это место. Либо она провинилась где-то, может кто-то подал жалобу на то, как она прооперировала какого-нибудь пациента. Мун немного отошла от проема и двери лифта открылись, позволяя ей зайти в тесное помещение. Либо наоборот, что-то случилось действительно важное, потому что голос ассистентки Эмили, который она услышала, когда ответила на звонок, дрожал, и было такое ощущение, что еще чуть-чуть, и она расплачется. Закусив пухлую губу, Ева вышла на отметке «4» и быстро направилась в кабинет. Как только дверь кабинета за ней захлопнулась, Мун принялась переодеваться в начищенный дорогим порошком белый халат и бросив взгляд на маленький желтый листочек с заметкой: «Ева, зайди в операционную №6. В.», она, чуть нахмурившись, вышла из комнаты, направляясь в назначенное место.
Все было бы не так уж и странно и подозрительно, если бы данная операционная не была предназначена для экстренных случаев, связанных напрямую с полицией. И всю дорогу Мун думала, кто же этот загадочный «В» и все её мысли растворились, стоило ей только увидеть знакомую каштановую макушку.
— Вильям?
Она сомневалась, но ей надо было убедиться в своих догадках. Парень обернулся на свое имя, и его лицо осветила улыбка:
— Давно не виделись, Ева.
— У нас был совместный ужин в субботу, очень давно, конечно. Попроси Нуру, чтобы она купила тебе таблетки для улучшения памяти. — проговорила Мун с ноткой сарказма. — Что в больнице делает полиция, Магнуссон?
Вильям, несколько поколебавшись и с опаской посмотрев на свою собеседницу, прокашлялся:
— Сегодня ночью, нам поступил вызов от женщины, которая является твоей знакомой — миссис Роуз. Она сказала, что слышала за стеной звуки борьбы и выстрел. Ну мы отрядом поехали на место преступления и ее слова подтвердила выбитая дверь и разрушенная квартира.
По ногам девушки прошелся сквозняк, от чего ее кожа покрылась мурашками, но коленки дрожали вовсе не от холода.
— Имя пострадавшего? — прошептала Ева, сглотнув противный ком в горле.
— Томас Шистад.
-*-*-*-
yung death — sick (prod. by gunblade)
POV Ева
Необязательно падать в воду, чтобы почувствовать, что тонешь. Правда? Всего лишь надо вспомнить цвет его глаз, обрамление оттенка миндаля и я тону. Я не видела его три года и как бы я ненавидела его образ и не бежала от него, то все равно прошлое нагоняет меня, сжимая в сильных тисках и перекрывая мне доступ к кислороду. Слышала я когда-то, что людей губят вредные привычки — алкоголь и сигареты. Вот только, когда я пила и курила, я находила смысл жизни и поднималась с твердой земли, шагая дальше. Но однажды меня окончательно сломал человек. У меня вошло в привычку носить маску беззаботного и радостного человека, вот только, когда ты носишь эту маску слишком долго — ты забываешь, кто ты без нее. Но иногда меня сильно накрывает и хочется кричать, разрывая голосовые связки, кричать до болезненного хрипа, но надо молчать, чтобы выглядеть сильной. Спустя столько лет я поняла, что время не опытный врач. Ведь на душе одни шрамы, а оно только и делает, что поверх них лепит новые.
И даже сейчас на койке лежит отец Кристофера, напоминая одним своим видом о моем прошлом. Я хотела развернуться и пойти домой, где меня ждет мой парень — Рик, который в отличие от сына Томаса не бросил меня. И когда я утопала в тех несбывшихся мечтах и надеждах, моим спасательным кругом стал Рик. Я цеплялась за него, боясь полностью погрузиться в пучину грусти и разочарования.
Моя натура, жалеющих всех, кто нуждается в помощи, меня всегда подводит и я, глубоко вздохнув, посмотрела за спину Вильяма. В операционной №6 я была только два раза, благодаря Магнуссону и его способностью — браться за те дела, которые несут в себе кровавый оттенок. Один раз Вильяма привезли на коляске с ранением в районе солнечного сплетения, и он в бреду проговаривал, чтобы его прооперировала я, и никто другой. В тот момент я готова была добить его, ведь он опускал на мои плечи груз своей жизни.
— Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь, но Ева, пожалуйста, задание слишком засекречено. Я не могу отдать мистера Шистада в руки любого хирурга. Только тебе я могу доверить его жизнь, — Вильям положил свою широкую ладонь мне на плечо в знак поддержки и я, закрыв глаза, кивнула. — Журналисты не должны знать про это нападение, по крайней мере, пока мы не найдем хоть какие-либо зацепки.
— Твоя жена — журналист. Нура знает, как ты о ней отзываешься?
— Ты ничего не слышала.
На эти слова я лишь хмыкнула и зашла в белоснежную и тихую комнату, оставляя позади шум. Мои руки горят, а пальцы подрагивают от волнения, когда я подхожу к своему неожиданному пациенту. И чтобы хоть немного убрать признаки моего волнения от глаз ассистентов Эмили и Фила, я надеваю на руки медицинские перчатки. От того, как прохладная резина скользнуло по моим ладоням, я прикрыла веки и коротко вздохнула. Не совсем осознанно я кидаю реплику, совсем противоречивая себе, когда вижу, что Эмили пытается снять перстень с пальца левой руки мистера Шистада:
— Оставь кольцо, для него этот перстень, то же самое, что и для верующего крест.
Ловлю на себе два любопытных взгляда, но не отвечаю на немой вопрос, повисший в воздухе. Я не обязана.
При жизни Томас Шистад считал, что я не достойна его сына. И я как самая наивная девочка пыталась доказать ему обратное. Потом я просто забила на это самый большой гвоздь. Не знаю, почему именно сейчас я вспомнила об их семейной особенности — носить перстни на указательном пальце. Мысли запутались, и я вспоминала события трех летней давности. Чтобы не делал этот человек, я должна его спасти и доказать ему, что я не бесполезна. Я нужна этому миру. Не его сыну, но хотя бы миру.
-*-*-*-
ritmo — u/me
Время затягивает шрамы, не вылечивает, но затягивает, образуя не аккуратные рисунки. Я всегда боялась нечаянно содрать эти (не) (до)воспоминания, была осторожна, выбирая нового человека, который в итоге станет роднее Криса. И вроде бы все выходило по плану, но я почувствовала жгучую боль, когда его голос разорвал один из швов моей души. Невидимые нити, которыми я так неумело зашила в одной из глубин своей души все воспоминания связанные с ним, разорвались, предоставляя мне возможность вдоволь ощутить боль от прошлой жизни.
Выйдя из операционной, я первым делом направилась к Вильяму, но стоило мне только приметить слишком родные черты лица, я остановилась.
— Крис, все будет нормально, Ева знает свое дело.
Голос Вильяма разрезал тишину в моем сознании, и я попыталась сделать шаг навстречу к ним, но меня держали невидимые руки. Я бы с радостью убежала бы отсюда, но все свои силы я посвятила операции, которая длилась полтора часа.
Встретившись с ним взглядом, я готова была ослепнуть, но я осталась стоять на месте. Такое бывает, когда теряются люди. Ты забываешь их, но своим присутствием они заставляют всё вспомнить. Я перевела взгляд на Вильяма и взглядом указала на дверь своего кабинета.
Уже сидя за своим дубовым столом, я позволила себе посмотреть на парней, которые выжидающе смотрели на меня. Закрыв лицо ладонями, я выпустила из рук пулю, позволяя ей покатиться по деревянной поверхности:
— Огнестрельное ранение в плечо. Могу предположить, что убийца не опытный, так как он целился в сердце, но промахнулся и выстрелил в плечо. Мистер Шистад потерял много крови, из-за чего потерял сознание к моему приходу, но я предотвратила кровоизлияние.
Магнуссон взял со стола, брошенную мной пулю и внимательно осмотрел ее. Я буквально чувствовала взгляд Шистада на своей персоне, но я тщательно обходила столкновения с ним. Голову кружили не только воспоминания, но и запах парфюма исходящий от Криса, который не изменился за прошедшие три года.
— Но это еще не все. Судя по черепно-мозговой травме, мистер Шистад при нападении упал на что-то твердое, это может быть что угодно, ламинированный пол, подоконник, раковина. Надо осмотреть место преступления. — для меня было очень сложно удержаться и не посмотреть на человека, который занял в моей жизни главное место и не хотел оттуда уходить. — Это привело к тому, что он впал в травматическую кому. Мне жаль.
Крис нервно стучал фирменной ручкой нашей больницы по столу и резко запустил пятерню в свои волосы. Каким бы козлом он не был, но он переживает за своего отца. Его можно понять, но не его действия.
И я понятия не имею, кому именно говорила «мне жаль». Вильяму, что из-за комы Томаса Шистада мы пока не узнаем, кто нападал на него. Или Кристоферу. Я не знаю.
— Я могу идти? — спросила я, уже начиная собирать вещи со стола.
Вильям только кивнул и вышел из кабинета, чтобы ответить на телефонный звонок. Оставаться один на один с Крисом мне не прельщало, поэтому я начала интуитивнее собираться домой. Я так долго ждала этого момента. Прокручивала его в своей голове каждый день с того самого момента, когда он ушел. В красках представляла, как буду избивать его. Но мне было стыдно признавать, что об этом я думала только после картины примирительного секса.
Я удалила все сообщения, что присылал мне Крис, но я никогда не забуду, что он писал. Мы не разговаривали три года, но я никогда не забывала его голос. Я не ощущала его рядом с собой, но я всегда буду помнить, как он пахнет. Все что связывает меня с ним, всегда останется в закоулках моего изувеченного сердца. И я бежала от него, ведь он как спичка, может одним прикосновением зажечь во мне те позабытые чувства, эмоции, что я испытывала, когда рядом был он.
Судя по тому, что Шистад так и не сдвинулся с места, он не собирался уходить. Это заставило меня передернуть плечами и встать с кресла, направляясь к двери, но меня останавливает хватка Шистада на моем предплечье. Чувствую, что внутри что-то неодолимо давит, и ведь не скажешь даже сразу, где болит: тогда мне хочется, чтоб вырезали память, точно так же, как вырезают аппендицит.
— Ева.
Он впервые заговорил со мной за эти три года, а у меня уже внутри все сжалось от переизбытка чувств. Не удержав порыв злости, я развернулась к нему лицом, и по комнате разнесся звук пощечины. Я скрестила руки на груди в знак недовольства и со странной ноткой радости наблюдала, как парень прикасается подушечками пальцев к месту удара.
— Согласен, заслужил. — усмехнулся Крис и принял такую же позу, как и я, облокачиваясь бедрами об дубовый стол. — Не хочешь поговорить?
— Мне, увы, не чего тебе больше сказать. — улыбнулась я.
Когда-то в далеком прошлом, мама сказала мне: «Если ты чувствуешь, что готова сдаться, вспомни о всех тех, кому ты должна доказать обратное». И сейчас, стоя рядом со своим прошлым, я доказывала не только ему, но и себе, что способна жить без него.
— Даже не спросишь, почему я ушел тогда?
— Нет, у меня к тебе никаких претензий. Не вижу смысла спрашивать «почему», ты все равно ответишь ложью.
Ну, иногда скулю, да на стены лезу. Это, пожалуй, знать ему ни к чему. Я погасла, как и сотни тысяч других свечей. Я болею и не знаю, как мне лечиться.
— И правильно, я же вернулся.
Он, правда, такой наивный или притворяется?
— Ты думаешь, что вернуться так просто? Вот придешь — и начнем все с нуля? Знай, чтобы исправить свои ошибки в жизни, времени и взаимности не хватит. — прошипела я, чувствуя, как глаза туманят горькие слезы. — Я так ждала тебя, я звала тебя, разрывая криком горло. Ты представить себе не можешь, как мне было дико, просто адски больно, когда от тебя остался лишь клочок бумаги со словами из какой-то песни. Что ты хотел этим сказать? Что?
Мой последний вопрос так и повис в воздухе, на который судя по всему нет ответа. Мы прожигали друг друга взглядами. Даже за столько лет он не нашел нужных слов, чтобы объяснить мне свое исчезновение. До прихода в мою жизнь Рика, я оставляла на ночь открытые двери и заваривала чай в две кружки. Вот только теперь, двери я закрываю на два замка, а чай не остывает, а сразу становится выпитым Риком.
— Я ждала тебя слишком долго, Шистад. Теперь я не нуждаюсь в тебе.
— Думаешь? А твое тело считает иначе.
Крис знал все мои эрогенные точки, и это было его преимуществом. Резко притянув меня за талию к себе, он зарылся носом в мои волосы. Знаете, весной расцветают не только цветы, но и я, стоит только мне ощутить его запах. Аромат парфюма так и не изменился, он все еще носил те духи, подаренные мною. Или у меня галлюцинации.
— Где оно?
Я подняла голову на этот вопрос, видя как взгляд Криса, устремлен на мою левую руку. Я сразу поняла, о чем он и нервно спрятав руки за спину, освободилась из его оков. И весьма вовремя, так как в кабинет вошел высокий блондин с глазами цвета морской волны:
— Ева, сколько можно уже тебя ждать? — он немного нахмурился, из-за чего появились еле заметные морщинки на лбу. — Что вы делали?
Заправив выбившуюся прядь рыжих волос за ухо, я прочистила горло:
— Этот молодой человек, спросил о самочувствии своего отца. И да, я уже закончила.
— Я Рик Коул — парень Евы, — проговорил парень с милой улыбкой на лице, протягивая ладонь для рукопожатия.
Мое сердце пропустило несколько ударов, а дыхание сбилось, когда я поняла, что хочет сделать Крис. А вид его оскала, когда тот отвечал на рукопожатие, заставил меня закрыть глаза, надеясь на лучший исход данного разговора.
—Приятно познакомится. Кристофер Шистад — муж Евы.
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
Скучали, м? Я - да.
Новая работа, значит новые вершины.
Если работа наберет аудиторию, я буду работать над продолжением. А если нет, то и смысла нет. Рифмую, как дышу.
А у меня плейлист пополнился, хех. Вы понимаете, о чем я?
Ладно, жду отзывов, ведь если есть отзывы - есть продолжение.
Всех люблю и целую♡