Чирлидинг - зло.
Daugher - Medicine.
Выписали меня уже через неделю. Всю эту неделю я умирала со скуки в перерыве между приходами моей мамы, Мелоди и Дерека. Только они и взбадривали меня, хотя я просила сидеть их дома.
Мелоди так и продолжала думать над этими странными происшествиями. Она и так была помешана на этом, так ещё и этот случай со мной ужасно повлиял на её действия. Теперь она прослушивала все разговоры полиции, просматривала все дела в тайне от отца. Казалось, не было ни слова, которое она бы пропустила из уст полисменов. Она помешалась на этом. Я уверена. Недавно она даже пришла ко мне с очень странным разговором, который, по-видимому, был очень важен для неё:
-Белла, послушай! Они говорят об этом все утро, - она включила телевизор, что висел на стене тут же, в палате, и переключила на канал, где шли новости местного региона.
-"А теперь о новостях в ***, на окраине которого нашли несколько тел подростков, возвращавшихся поздно домой из школы. Полиция пытается восстановить это преступление в мельчайших подробностях, но пока дело не сдвинулось с мертвой точки. Все дело в том, что этот убийца не оставляет никаких следов после своих злодеяний. Да, дорогие друзья, это преступление уже не первое. Но, как уверяет местный шериф, они держат все под контролем. Пока я не вижу какого-либо контроля. Но, не мне судить. Надеюсь, что убийцу все-таки разыщут."
Я слушала это минут пять. Мел все это время восхищённо пялилась в экран вместе со мной. Я уже не знала, что от неё ожидать. Что она хочет этим сказать? Что я большая счастливица? В таком случае, нормальные люди дарят подарки и говорят все прямо с порога.
-Ты видела?! Это же тот самый волк, что напал и на тебя! Неужели ты не видишь здесь связи? - её глаза метались по моему лицу, пытаясь отыскать правильную эмоцию, но, так и не найдя положительного ответа, она вперилась своим взбудораженным взглядом в мои глаза.
Сложно было ответить что-то определённое. Да и какую эмоцию я могу назвать "правильной"? Я не могла согласиться с ней ни в одном из пунктов. Я не видела связи. Не понимала, причём здесь я. Не знала, что ей ответить. Это чувство называется "ступор". Не иначе.
-Мел, я, конечно, понимаю, ты заботишься обо мне, пытаешься помочь мне не унывать. Только вот со мной все в порядке. Я очень соболезную этим подросткам. Мне очень жаль, что так получилось. Но чтобы искать в этом тайный подтекст... Нет. Это ни к чему.
-Да как ты не понимаешь! - она от безысходности взмахнула руками. - Я не то имела ввиду! Неужели ты не видишь, что убийства продолжаются? Ведь этого волка так и не поймали. Нужно что-то делать.
-Да, ты права, нужно. Только не нам. Нам шестнадцать, Аткинс. Это не наше дело. В нем должны разбираться старшие. Мы же должны спокойно радоваться жизни.
-Жизни? - она задыхалась от гнева и пыталась держать себя в руках, что мало у неё получалось. - Какая у меня жизнь, Белатрисса? Папа шериф? Каждый день похожий на предыдущий? Что ты называешь жизнью? Ты, что ли, была в ней? Да ты даже не представляешь, как мне надоело так жить!
-Мелоди, успокойся. Я не вижу в твоих словах...
-Ах, не видишь?! - она ещё больше разозлилась, перебив меня. - Ну, уж простите. У меня нет лучшего друга, который тайно сохнет по мне, нет полноценной семьи, и я не идеальна! Извини за мою глупость.
Она вышла и громко хлопнула дверью. Я же так и осталась лежать в своей кровати, не понимая, что сделала не так. Я никогда не стремилась быть идеальной. Дерек никогда бы не смог полюбить меня. И моя семья не отличается от других. Ведь так?
После этого ужасного случая я больше не видела свою подругу. Она даже встречать с больницы меня не приехала. С ней явно что-то происходило. Понять бы, что. Но не сейчас. Сейчас я должна быть весёлой и радостной. Зачем огорчать семью?
На следующий же день я пошла в школу, хоть врач и был против. Почему, собственно? У меня были лишь синяки и небольшой укус, который продолжал болеть. Надоело сидеть в четырёх стенах.
-Лютик, ты уверена? Я боюсь за тебя, - Дерек взял меня за руку и внимательно посмотрел в глаза, все ещё пытаясь увидеть в них отказ.
-Уверена. Поехали уже, - я слабо улыбнулась. Почему-то вспомнились слова Аткинс. Впрочем, я быстро смахнула их подальше. Не может такого быть.
В школе же все шло своим чередом: кислые, невыспавшиеся лица, шум, крик, смех... Все по списку. Только одно изменилось: Мелоди. Теперь она даже выглядела иначе. Это и не удивительно. Она сдружилась с девушками из команды чирлидерш. Как вы уже поняли, они были теми ещё потаскушками и постоянно терлись около парней из футбольной команды, в которую был записан и Дерек.
-Дерек, что такое? - сказала я, указывая на подругу и ожидая его около шкафчика.
-Не думаю, что тебе будет интересно, - он сразу как-то даже погрустнел. Что-то тут нечисто.
-Я повторяю последний раз: что с моей подругой? - я начинала угрожать, старательно отделяя каждое слово, чтобы он понял всю серьезность ситуации.
-Вчера она как с цепи сорвалась. Я, как обычно, пришёл в школу и подошёл к ней, чтобы поздороваться. Она наорала на меня, мол, чтобы не подходил, и ушла вот к этим, - он кивнул на их смеющуюся компашку. - А после школы, на парковке, когда я опять пошёл выяснять отношения, она и вовсе наорала на меня, наговорила кучу неправды и чуши, да ещё и послала куда подальше, сказала, чтобы мы больше не пытались с ней контактировать.
-О, как, - я даже удивилась. Я не узнавала свою подругу. Не могло же ее изменить то, что мы поругались накануне. Что, черт возьми, происходит?