Cupid screwed up

Прошло три года тридцать четыре дня с того момента, как Уильям и его команда «Лузеров» победили многовековое старинное чудовище — Пеннивайза, а точнее прошло столько дней после смерти Джорджи. Сколько бы слез Билл не проливал каждый, ебаный, день, он смирился. Да, смирился с потерей брата, за что убивается ещё больше. Люди обходят его пятой стороной, некоторые думают, что это он сам убил своего братика, какие же ужасные люди живут в Дерри.

Некоторым вообще все-равно, а остальные умалчивают, как бы ничего не зная, например как старая бабушка по дороге Нейболт-стрит, которая последний раз видела Джорджи, да и не только его.

За эти смутные, серые и тяжелые три года жизнь Билла изменилась. Кардинально. Утонуть не давали только Ричи с Эдди, клуб Лузеров распался, они также общались, даже хорошо, не считая Майка, который уехал со своим дедушкой в ебеня. Лишь очкарик с астматиком были всегда рядом, мысли о них вызывала, какую никакую, но улыбку. Ибо эти два оболтуса до сих пор не признались друг другу в любви.

Идиоты.

Парень вырос, почти вылечил своё заикание, он понимал, что болезнь, как он её называл, никогда не уйдёт, но продолжал работать над собой. Денбро вытянулся под целых шесть футов*, хоть костяшки все ещё торчали, но у парня был шикарный пресс, хотя не то чтобы он его качал… худоба здесь не была лишней.

Сейчас Билл лежал на кровати, посыпая третий час, громко дыша и тихонько шмыгая своим носиком. Окно было немного приоткрыто, в комнату поступал прохладный ветер, проходившись по спине Денбро, вызывая мурашки. Четыре часа дня, его отключило, как только он пришёл домой, отца и матери дома не было, чему он только радовался, значит все пройдёт спокойно.

Лёжа на животе он видел кошмары, которые уже три года не хотят его покидать, страшные сны бывали не часто, но и не редко, в лучшем случае Билл просто проснётся в холодном поту. В худшем же…

  Резкий крик пронёсся по всему дому, пугая птиц Дерри на соседнем дереве его дома, Денбро проснулся от испуга, подпрыгивая на кровати с характерным писком пружин, усаживаясь на ватные ноги, все так же держа руку в копне волос. Дышать стало тяжело, а сердце стучало, как бешеное, капелька пота покатилась вниз по шее.

— Это всего л-л-лишь к-кошмар…

Попытавшись встать на ноги, что у Билла получилось, он пошёл в ванную комнату, умыться холодной водой, ему бы это не помешало. Футболка ужасно намокла от пота, похоже придется принимать душ, подумал Билл, отмечая про себя, что сердце уже билось в обычном ритме.

— Странно, к-как оно вообще б-бьется после такого ужаса. — промелькнуло в голове заики, который весь путь прокручивал кадры сна.

     — Билл… — прозвучал родной, детский голос в глубине канализации.

  Денбро бродил по вонючим трубам Дерри, которые покрылись чёрной плесенью, а почему он ходил? Он не знал, ноги сами вели его за голосом, а сточные трубы были до удушья знакомыми.

     — Д-д-джорджи?..

Билл сделал шаг вперёд, ногу окутала холодная вода, он даже думать не хотел, что там могло быть ещё, а перед глазами все мутнело, как будто он сейчас упадёт без сознания. Но ему было все-равно, он как заворожённый ступил на детский смех, смех его братика, не замечая двухметровую тень сзади себя.

Внезапно Джорджи выпрыгнул из-за угла, вызвав у Уильяма тихий вскрик, он стоял в своём старом жёлтом дождевике, а правой руки не было, куски мяса и кожи висели, создавая вокруг себя красные разводы от крови.

— Ты нашёл меня! — радостно закричал он, смотря Биллу в глаза, тут старшего ошпарило, словно током, глаза Джорджи были ярко желтые, в темноте они даже светились. — Вот он, кораблик, я бежал за ним, и поймал! Ты же не злишься на меня?

Денбро ощутил, как по его тёплым щекам потекли слезы, ресницы слиплись, ещё больше заграждая взор, он хотел обнять своего братика, снова… как раньше, когда он утром прибегал к нему, но это не он.

— О-она, Джорджи, кораб-б-блик…

Лицо маленького Джорджи начало искажаться, заставляя Билла попятится назад, кости с хрустом становились больше, а правая рука, будто новая, опять на своём месте, через мгновение перед Биллом стоял клоун, с его ужасно-широкой улыбкой…

Пеннивайз…

— Полетаем, Билли? — сказал монстр, прежде чем вонзить свои длинные когти Денбро в шею…

Душ полился тёплыми каплями, словно летний дождь, согревая холодную от страха спину Уильяма, тот спокойно прикрыл глаза, равномерно дыша носом.

Когда пена от геля для душа стала смываться, Билл вышел из ванной, поглядывая на себя в зеркало. Синие мешки под глазами уже доставали острых скул, а ключицы выпирали под худобой, казалось если на них ветер подует — они сломаются.

Денбро потянулся к новому куску бинта, так как старый превратился в дерьмо, чтобы перевязать глубокие раны на запястье. Запах крови окружил парня, хотя сама кровь его не пугала, но хотелось побыстрее закончить.

С небольшим шипением он перевязал руку, надевая темно синюю водолазку, как только одежда опустилась ниже глаз Биллу показалось, что в зеркале напротив, как будто что-то промелькнуло. Парень мигом повернулся, но ничего не было, он не успел разглядеть, фигура в зеркале была чёрной, а сзади голубая стена, все как и раньше.

Не обратив внимание на это, уже бредить начал, подумал он, и натянул оставшуюся одежду, плотно натягивая водолазку до косточек пальцев. Ещё раз осмотрев себя в зеркале, ничего не изменилось, Билл вышел из ванной, как снизу послышался звон ключей — родители пришли.

— Билл, мы дома!

Голос его мамы никогда больше не будет звучать по прежнему, раньше он был довольно звонкий и счастливый, сейчас же её голос фальшиво издаёт искру радости, что у неё плохо получается. Похоже она не знает, как Билл слышит её плач за стеной, а потом утром просыпается, и шурует к ней, а она спит в обнимку с бутылкой какого-то дешевого алкоголя.

Отца рядом нет. Ничего нового.

Уильям очень часто ссорился с ним, один раз он даже ему врезал, конечно потом получив фингал в ответ, но заступился за свою мать. Зак Денбро очень часто оставлял её одну, похоже его единственного вообще никак не затронула смерть Джорджи, такое ощущение, что он это ждал, чтобы побыстрее сваливать из дома.

Биллу даже приходили мысли, что Зак изменяет Саре, от чего злости к нему собиралось ещё больше.

После всего случившегося родители забыли, что у них есть второй сын, который не умер…

По крайней мере, сейчас…

Уильям спустился вниз, быстро надел кеды, накинул куртку, почему-то в Дерри похолодало, очень сильно, странно для него, такое ощущение, что что-то плохое надвигалось, как в фильмах…

Из-за угла показался отец, поглядывая на сына безразличный взглядом, который умело-быстро завязывает шнурки непонятным узлом. Облокотившись на стенку прихожей, он поинтересовался:

— Куда собираешься?

— Подальше от-т-тсюда, — под нос вякнул себе Билл, понимая, что зря, может туда же получить.

Зак же сделал вид, что не услышал, лишь закатил глаза, выпороть бы ремнём — так мать против, подумал он, смотря, как Билл поднимается, чтобы наконец-то ускользнуть.

Дома находится было невозможно, вечные упреки со стороны отца и молчание матери, приводили к тому, что Уильям себя резал. Он корил себя за это, Джорджи явно не хотел такого для своего братика, но… он успокаивался что ли? Духовные проблемы уходили, позволяя расслабиться хоть на пару минут.

— Мне переспросить?

— Ухожу, т-тебя это волновать не должн-но! — Билл нарывался, специально, так как знал, что если отец разозлится — отпустит его быстрее.

Но, на самом деле, обиднее было больше то, что родителям стало наплевать, как он себя чувствует, их больше волновало: с кем он? где он? куда идёт?

— Смотри не потеряйся, тебя ж то искать никто не будет. — слова Зака прозвучали, как ножом в сердце, после он просто ушёл.

«Тебя никто искать не будет…»

Билл сам не понимал, как за пару минут оказался на пустоши, сидя на холодных камнях.

Он любил приходить сюда.

Тут всегда спокойно, дружба со Стэном дала о себе знать, ведь он любил приходить сюда и смотреть на птиц, Стэн прав — это правда красиво.

  Никто не лазает на пустошь, по типу Патрика с его шайкой. Кстати, Генри ушёл, стал обычным парнем, перед этим дал по ебалу Патрику, больному ублюдку не помешало бы ещё.

Причина всем ясна — Стэн.

Денбро даже представить не мог, что местный хулиган Генри, влюбится в еврея.

Уильям улыбнулся своим мыслям, притягивая ноги ближе, облокачивая свою голову об дерево.

Прошло целых два часа, Билл все также сидел под деревом, раздумывая о своём, потирая запястья, правда успокаивало…

  Но, Билла смущал факт того, что в Дерри стало холодно, очень сильно причём. Тут всегда солнце и тепло, бывали холода, но не так сильно…

«Может началась зима?» — Уильям застыл, словно время остановилось. С неба падали маленькие белые хлопья, падая на уже покрасневшую руку Билла, растворяясь.

  Парень протянул руку в воздух, ловя парочку снежинок на рукав, возвращая руку обратно к себе, он первый раз видит снег. Острые, но одновременно нежные углы, заставляли рассматривать себя все больше и дольше. Денбро не заметил, как уже потемнело, поэтому он поспешил пойти домой, следя за тем, как под его чёрные кеды падает снег.

Если бы только Билл знал, кто именно все это время стоял за его спиной, и наблюдал за каждым его движением.

***

    У Билла бессонница, он уже второй час просто лежал на своей кровати, постоянно скрючиваясь в тёплое одеяло от мороза. Телефон он поставил на зарядку, так как уже посадил его до нуля. Завёрнутый в пуховое одеяло, Билл встал, и решил сделать себе горячий чай, ибо он думал, что сейчас умрет.

Босиком пробегая по ступенькам, в надежде на то, что его не заметят родители.

03:34 — показывали часы на кухне, середина ночи. Денбро поставил чайник и решил повернуться, облокотившись спиной к тумбочкам, дабы если родители зайдут.

Билл погрузился в свои мысли, ожидая когда чайник прозвучит хлопком. Резко Денбро подкинуло в жар, громкий удар прозвучал сзади, он чуть не свалился на пол, заглянув в окно никого не было.

«Скорее всего птица врезалась» — Билл сразу успокоился, ведь часто птенцы бились об стекла домов. Стерев пот со лба Билл налил себе чай, возвращаясь в комнату.

Как только Билл ушёл, длинные когти проскользнули возле окна, царапая стекло…

Денбро же уверенно ступал по ступенькам наверх, проходя в комнату он ощутил запах сладкой ваты и нотки карамельного поп-корна. Парень застыл, вдыхая его глубже, аромат шикарный, Биллу нравилось, но он так же резко испарился, как и появился.

«Странно» — парень уселся на кровать, соорудив себе кокон из одеяла, залипая опять в телефон.

***

Пеннивайз восстанавливал себе силы целые три года, боже, как он этого ждал, вновь ощущая Дерри, его Дерри.

Его все.

Скоро он вновь будет ощущать страх детишек, а самое главное — он жаждет мести. Он очень хорошо помнит семерку Лузеров, которые загнали его в Микромир к Матурин. Больше всего на свете он ненавидел слушать трепет этой старой женщины.

Но ничего…

— Гадкие детишки заплатят за все издевательства! — хриплым голосом проговорил клоун, царапая канализацию длинными когтями, за которыми скучал больше всего. Тут он вспомнил самое главное…

Больше всего он хотел навестить малыша Билли. Почему-то именно он привлекал интерес монстра больше всего, и он на самом деле не боялся его… Первый ребёнок, который не боится клоуна.

«И последний» — злостно прорычал Пеннивайз, направляясь в дом Стивенов — ведь там живет маленький ребенок Стефан.

Готовьтесь к празднику, детки!

Дядя Пеннивайз идёт разносить шарики!