Kanji [16+]

« CHRIS »

Утро четверга могло бы быть лучше, чем оно является. Но, если любишь отдыхать, значит, люби и с похмелья просыпаться. Так?

Сейчас я понимаю, что у меня дико болит левая сторона лица, особенно глаз. Мне, походу, вчера не хило зарядили. 

— Доброе утро, — Лаура входит в комнату и, с разбега, плюхается рядом со мной. Это было очень громко, боль в висках даёт о себе знать. — Тебе нехорошо? Принести таблетку?

— Да не, нормально всё, — она выглядит очень обеспокоенной моим состоянием. Но какой мужик будет ныть бабе о том, что ему очень хуёво? — Дай угадаю, я вчера опять с кем-то подрался?

— Да, — кивает девушка. — Теперь моя очередь напоминать тебе, что вчера было. Ты заступился за меня, и...

— Я понял, ничего не говори. Не хочу ничего знать, единственное моё желание — полежать с тобой в тишине. Это мне очень нравится. Иди ко мне.

Девушка слушается меня. Она ложится головой на мою грудь и пальчиком вырисовывает какие-то непонятные, невидимые узоры на моём теле. Меня это дико заводит. Знаете, как тяжело держать себя в руках, когда на тебе лежит такая красавица? 

Моя рука ловко скользнула под футболку, к слову, мою, которую она надела перед сном. Я глажу её по талии, руки поднимаются выше, на что блондинка закрывает глаза от удовольствия.

Но Лаура всё испортила. 

Она испортила всё своим глупым вопросом. 

— Как ты думаешь, почему Тео до сих пор не позвонил мне? 

Она действительно сейчас думает о нём? Если так, то я просто в ярости. 

— Лёжа со мной в одной постели, в моей футболке, после ночи жарких поцелуев ты думаешь о Теодоре? — это очень неприятно. Вчера ночью она обещала, что ничего не чувствует к нему, но сегодня спрашивает меня, почему не звонит. 

Значит, он всё ещё занимает значительно большое место в её голове. Так дело не пойдёт. 

Я не хочу, чтобы Понс думала о нем. Пусть думает обо мне; в конце концов, это не будет меня злить. Даже наоборот...

— Наши отношения трещат по швам, но он этого не замечает. Хотя, собственно, что тут странного. То, что мы с ним уже практически чужие люди, я и сама обнаружила. 

— Не так уж сильно вы ему и нравитесь, если он вам не звонит, — сухо отвечаю я, ведь она должна понимать: если бы Теодор хотел — он бы ей позвонил. 

— Не верю, — её взгляд устремлен в даль, а губы плотно сжаты. — Мы готовились к свадьбе, скоро должна была состояться помолвка. У него, неверное, много работы, а я тут трагедию устроила.

— Не говори со мной о нём, — ещё одно слово о моём брате, и я не выдержу. 

Хватит с меня. До этого момента у нас всё было охуенно, я даже забыл о Теодоре, будто его в помине нет. Почему она не вспомнила о нем, когда пьяная легла ко мне в кровать? Почему не думала о своих отношениях, когда этой ночью отвечала на мои поцелуи?

— Ты его брат, Крис. Вы знаете друг друга всю жизнь. Кому как не тебе знать, в чем причина такого поведения? 

— Лаура, ты угараешь? — риторически вопрос. — Теодор — единственное, о чем ты хочешь поговорить со мной? Я не понимаю тебя, вообще не понимаю, — зарываюсь руками в волосах. — Вчера ты клялась мне, что разлюбила его; сегодня вновь поднимаешь эту тему, зная, насколько мне неприятно слышать от тебя малейшее упоминание о нём. Ты прекрасно знаешь, блять, всё, что я чувствую к тебе, как я отношусь к этой ситуации, и что думаю. Прекрати эту гребанную пытку!

— Всё заходит слишком далеко, неужели ты не понимаешь, что пора остановиться? 

— Не хочу, — поздно останавливаться. — Нам некуда бежать тупо потому, что мы уже обречены. 

— А я хочу, — закрывая глаза, произносит блондинка. 

Супер.

Это именно то, что я хотел услышать! 

— Разве, уже прыгнув с парашютом, ты вернешься в самолет?

— Нет, — мотнула головой. — Но, знаешь, если бы я могла повернуть время вспять, ни за что не пошла в тот клуб...

Ещё один ножевой. 

Сколько еще тяжких душевных ты будешь наносить мне, Лаура Понс? 

— Ты жалеешь, — да, сука! Да, она жалеет, что связалась со мной! 

Девушка, ничего не ответив, покинула мою комнату. 

Нахуй такое. Даже врагу не пожелал бы оказаться в подобной ситуации. 

Всё, что было между нами — для Понс огромная ошибка.

Она не хотела бы знать меня, не хотела бы целовать меня, не хотела бы быть моей. 
Тогда для чего всё это было? 
Ведь я не играл с ней. 

Я даже не думал играться, для меня это было чем-то слишком сокровенным, слишком важным для подобного. Я не хотел получить своё и кинуть её на следующий день, как было со всеми предыдущими. Впервые в жизни мне важен был не секс, а просто её присутствие. Мне было важно, чтобы Лаура была рядом. Просто рядом. Только она.

Но нет, видимо кукловод в этой игре не я. 

Зачем давать мне глоточек кислорода, если всё равно перекроешь дыхательные пути?!

К чему многообещающие слова?

Чувствую себя плаксивой девчонкой! Я точно Кристофер Шистад?

Когда мои эмоции немного подугасли, иду в душ и собираюсь на улицу. Мой чёрный худик весь порванный и грязный после вчерашнего, поэтому я выкидываю вещь в мусорку на кухне. Быстро накинув на себя чёрную толстовку, нахожу штаны и, надев их, выхожу из комнаты. 

В гостиной сидит Лаура.

Прохожу мимо, даже не посмотрев на блондинку, и направляюсь в прихожую. 

Мой выход из дома сопровождает громкий хлопок дверью. Я вновь на эмоциях. Злоба не даёт мне дышать, от чего пинаю колесо своей машины и сажусь за руль.
До сих пор не могу успокоиться. Главное желание сейчас — вернуться в дом и разнести всё к херам, но я сдерживаю себя и завожу автомобиль.

Говорит мне о любви к Тео...

Это нихуя не любовь.

Между ними нет любви. 

Знаю, Вильям сейчас должен помочь мне. О боже, кто бы только знал, что я сейчас испытываю!

Как только Лаура на какое-то маленькое, ничтожное мгновение оказалась моей, я снова потерял её, так и не насладившись близостью. Хотя что я говорю, даже вечности рядом с ней мне будет мало. Что касается этой девушки, мне всегда всего мало. Времени с ней мало. Моментов с ней, опять же, мало. Воздуха с ней мне тоже не хватает, потому что она пробуждает во мне такие чувства, которые я никогда не смогу описать словами. 

Мне просто сносит голову при виде неё. 

Я лезу на стены от того, как сильно я нуждаюсь в ней и я знаю, что говорю. Я просто готов умереть за неё, вот и всё. 

До дома лучшего друга я добрался за считанные минуты. Это всё благодаря большой скорости, которую я развил прямо в центре Осло. 

— Привет, Крис. Почему не предупредил, что приедешь? — Вильям пропускает меня в дом, где сидят два моих однокурсника. Мы вместе посещаем пару предметов в универе; я пожимаю им руки и плюхаюсь на диван. 

— Хорошо тебе вчера приписали, — смеется Адам, пихая меня в бок. Ну вот нихуя не смешно!

Я никогда не стеснялся своих шрамов или синяков, ведь моим врагам везёт куда меньше, чем мне. К тому же, вчера Лаура сказала, что они меня украшают. 

Небось жалеет, что сказала мне это.

Немного посидев с парнями, мы отправились в центр, где у Вильяма были неотложные дела. Нура — его девушка — поехала с нами, поскольку не хотела оставаться одна дома. 

Пока мы ждали очереди Вила, Нура сфоткала нас четверых в белом коридоре. Она сказала, что это клёвая фотография, поэтому я выложил её в свой инстаграм.

 chrisschistad: за тебя.

 chrisschistad: 愛 [прим. автора: японский иероглиф, обозначающий любовь]

Мой самый большой страх в жизни? 

Больше не испытать подобной близости с Лаурой. Без нее мне эти чувства нахуй не нужны, а с ней не получается.

Я рассказал об этом Нуре. Она долго интересовалась, что со мной не так, что меня беспокоит, вот я и не выдержал. Девушка, конечно, сначала наехала на меня: как я могу предавать собственного брата, к тому же, толкать на это Лауру, давя на неё своими чувствами. Но потом всё же сказала, что мой страх  — глупость. Она считает, что мне не стоило давить на Лауру, но и она, если я действительно ей важен, захочет и будет со мной. Раз так, посмотрим. 

Домой я приехал ближе к одиннадцати часам. Свет не горел, а когда я припарковал машину и вошёл в дом, уши окутала дико неприятная тишина. 

У двери не висит её милый розовый зонтик, на полках нет обуви. Проходя в гостиную, убедился, что девушка покинула мой дом. 

Она оставила меня одного.

Стоит ли звонить? Шансов на разговор мало, но я вбиваю в телефон номер блондинки, свято надеясь, что та примет вызов.

Наивный, глупый мальчишка! 
Конечно она не берет!

Я разбиваю трубку, но звоню еще раз. По прежнему без ответа.

В стену летит их совместная фотография. За ней отправляются вазы, дорогой хрустальный сервиз, мой уже разъебанный телефон. Я готов разнести всё, если это хоть как-то мне поможет. 

Но я знаю, легче мне не станет. 

Она не оставила мне выбора: остается только убить себя пулей с её именем.