Глава 7.
[Три дня спустя]
Смерть... Что это такое? Может, она — просто другая жизнь? И до неё всего лишь полшага. А может быть, смерть — большой сон? Прощание... Отключка... Конец...
Нет, такого не может быть! Мои родители не просто отключились! Я не могу в это поверить.
Они, наверное, уехали... Далеко и на долго. Туда, где я их не найду, но буду знать, что каждый день они думают обо мне...
— Боже, почему именно они?— стоя перед зеркалом, шёпотом спросила я. Вытирая слёзы, я открыла шкаф и достала чёрное платье. То самое, которое подарили папа и мама на выпускной бал.
Глаза опять заслезились, когда я вспомнила слова мамы:"Его только на похороны надевать ". Зачем она это сказала? Теперь эта фраза засела в моей голове.
—Сильвия, ты готова?—в комнату зашла Несси и оглядела меня с ног до головы.—Хватит сопли пускать, идём!
С того момента, как она приехала сюда, я стала её служанкой. Мне приходилось выполнять каждый её каприз.
—Не называйте меня полным именем!—строго сказала я, за что получила пощечину. В прочем, я все три дня получала их за каждое непонравившееся слово. Но всё же больше меня бесило то, с каким отвращением она коверкала и произносила моё имя. Не было этого доброго "Ви", для неё я "ничтожество с глупым именем". А как она произносит "Сильвия", боже мурашки по коже, как противно!
—Тебе положено молчать!
Мы выходим из дома и я иду к мотоциклу. Тётя кричит, что мы едем на машине, но сейчас мне плевать. Я одеваю чёрный шлем и сажусь на Suzuki.
Городское кладбище находится недалеко от еловой рощи. Ехать примерно пятнадцать минут. Но сколько бы километров, метров не было до туда, мне не хочется ехать в место, где покоятся души умерших. Сейчас там люди, которые хорошо общались с моими родителями, но какими бы друзьями они не были, всем плевать на то, что произошло с мамой и папой. Эти люди, наверняка, радуются моему горю.
Паркуюсь, снимаю шлем и иду к толпе. Все, как положено, одеты в чёрное. На лицах нет никаких эмоций. Подходя ближе я услышала перешёптывания некоторых людей. Кто-то говорил "бедняшка", для кого-то я была "сиротка".
—Ви,—понятия не имею откуда тут Кэми, но она единственная, кого я рада видеть.—Почему ты мне не сказала? Я узнала от...—она не стала произносить слово "родителей", думая, что мне станет от этого плохо, но хуже и так быть не может.
—Я...—не ответив, я вновь обняла Кэми. Из глаз с новой силой потекли слёзы.
—Тише, тише. Ты не одна. У тебя есть я и Клэй, а ещё Саймон. Тише, Ви.— она гладила меня по спине и шептала все эти слова.
— Спасибо, что пришла. Можем отойти?— я кивнула в сторону высоких деревьев. Там не было людей. Это как раз то, что мне нужно — безлюдное, тихое место.
— Конечно.
Я огляделась. Тёти ещё нет. Это хорошо. Мы ушли на достаточное расстояние от всех и остановились. Я облакотилась спиной на дерево.
—Кэми, ты можешь считать меня сумасшедшей, но я сейчас буду говорить серьёзно.— она кивнула и я продолжила. — Я уверенная, что мои родители просто так не погибли. Среди гостей точно есть те, кто убил их.
—Ви, послушай меня.— блондинка подошла ко мне и взяла в свои руки мои.— Это была неисправность самолёта. Несчастный случай. Ви, такое случается каждый день. Каждый день, каждый час кто-то умирает, а кто-то в это время только появляется на свет. Пожалуйста, Сильвия, смирись со своей утратой. Как бы больно тебе сейчас не было, отпусти их. Если кого-то любишь, то нужно уметь его отпускать. Так дай же своим родным покинуть наш мир без чувства вины. Твои мама и папа видят твою боль и понимают, что эту боль вызвали они. Так покажи же им, что это не так.
Слова Кэми лишают меня дара речи. Я не знаю что ей сказать, ведь она права. Я должна отпустить их... Но не могу. Это очень тяжело.
—Кэми, я не знаю что мне делать. Я уже три с небольшим дня живу с тётей, которая меня, как оказалось, терпеть не может. Она — тиран. Постоянно командует мной. А когда она узнала и рассказала о маме и папе, то на её лице не было ни единой эмоции. Ей было всё равно. Казалось, что она даже рада этим обстоятельствам.
—Твоя тётушка Несси?—Кэми была в таком же шоке, как и я пару дней назад.
—Да.
Я хотела бы ещё что-нибудь сказать подруге, но всех начали созывать к могиле.
Какой-то священник читал молитвы, где-то слышались всхлипы. А мои глаза были пустые. Такие стеклянве и полные боли, что не описать. Я не слушала никого, кроме биения своего седца. Оно билось на столько медленно, словно готовое остановиться в любую секунду.
Разум возвращается ко мне, когда кто-то шатает меня и все взгляды тоже на мне. Не сразу до меня доходит, что я должна говорить небольшую прощальную речь.
Я выхожу и встаю на место священника. Он мне кивает и делает не большой шаг назад.
—Знаете ли вы, что тaкоe боль? Нет. Это нe прeдaтeльство дрyзeй. Это нe нeпонимaниe внeшнeго мирa. Это нe одинокоe сyщeствовaниe. Боль – это когдa ты тeряeшь близких людей. Бeзвозврaтно. Бeз послeдних шaнсов. Ты тeряeшь их нaсовсeм. Нe потому, что вы порyгaлись и больше нe рaзговaривaeтe. Нe потому, что гордость и злость нe дaют пeрeсилить грань к примирeнию. Это когдa приходит смeрть и просто, бeз всяких причин и объяснeний, зaбирaeт eго y тeбя. И eй плeвaть: yспeли ли вы скaзaть что-то вaжноe. Смогли ли нa послeдок прикоснyться к рyкe. Обняли ли до хрyстa костeй. Скaзaли, кaк они вaм нyжны и дороги. Ей бyдeт плeвaть нa всe просьбы и крики. Нa злость и отчaяниe. Нa слeзы и кровь лaдонeй, рaзбитых об стeнy. Плeвaть нa рyхнyвший мир пeрeд глaзaми. Ей бyдeт плeвaть, что вы ничeго нe yспeли испрaвить. Этa боль нeизлeчимa. И, покa онa нe пришлa, y вaс eсть тысячи шaнсов всe измeнить. Есть врeмя нa извинeния. Есть врeмя нa словa и постyпки. Есть врeмя, чтобы послaть к чeртy гордость, чтоб скaзaть о самом главном и вaжном. О том, кaк эти люди вaм просто жизнeнно нeобходимы. Пожалуйста, пользуйтесь вашим шансом. Другого может не быть.— говоря все слова, я смотрела в землю. Моя слабость не позволяла поднять голову и увидеть эти давящие взгляды незнакомых мне людей. Все — кого я знаю — это Кэми, её родители и Несси.—В последнюю нашу встречу папа сказал, что "какое бы расстояние между нами не было, они всегда будут в моём сердце". И действительно, где бы не были их светлые души сейчас, какая-то частичка всё же останется со мной. В моём сердце.
Я закончила говорить и пошла на своё прежнее место. Вскоре всё закончилось. Люди начали расходиться. И появилась тётушка. Со злобным выражением лица она подашла ко мне и стала давать новые приказы.
—Сегодня у меня гости, ты должна, как следует привести дом в порядок: помыть окна, полы; приготовить ужин на восемь персон; подготовить спальные места...
—Но в доме всего четыре кровати. Одна моя, потом кровать мамы и папы, в их комнате раскладкой диван и диван в гостиной.—одним жестом руки она заставила меня замолчать.
—Деточка, мне абсолютно плевать где ты добудешь спальные места, но чтобы вечером всё было готово! Ты не в том положение, чтобы спорить со мной!
—Тогда мне тоже абсолютно насрать на твои приказы.
Она хотела меня ударить, но я среагировала быстрее. Быстрым шагом я пошла к мотоциклу, села, завела и поехала.
Несси действительно думает, что сделает из меня рабыню? Ага, конечно! Разбежалась!
Нужно ехать куда угодно, но не домой. К Кэми тоже нельзя. Несси хорошо знает, что я могу поехать к Браунс, так что этот вариант отпадает.
Как же я ненавижу мамину сестру! Она дьявол! Именно поэтому она всегда будет одна. Такие люди, как тётя, не имеют шанса стать счастливыми!
Мысли возвращаются к тому, что мне некуда ехать. К Мел, однокурсснице, я не могу поехать. Мы, конечно, хорошо общаемся, но не так, что я могу заявиться к ней домой и попросить переночевать.
Хммм... Что же мне делать!?
Точно! Саймон. Думаю, он разрешит остаться.
Сворачиваю на перекрёстке в сторону дома лучшего друга и чуть не попадаю в аварию. Так, ладно. Нужно успокоится.
Останавливаюсь у дома Саймона и иду к двери. Звоню в звонок. Никто не открывает. Ещё раз звоню. Снова молчание. Видимо дома никого нет. Разворачиваюсь, спускаюсь по ступенькам и слышу, что позади меня открывается дверь. Оборачиваюсь и вижу сонного Саймона.
—Привет. Что ты тут делаешь?
Он жестом пригласил зайти в дом.
На нём была синяя футболка и синие клетчатые пижамные штаны. На его голове был беспорядок. Волосы торчали в разные стороны. Из-за сна, голос Саймона был немного хриплый, но на слух приятный.
—Так что у тебя случилось? Выглядишь такой изученной.
—Саймон, мои мама и папа, они...— и только сейчас я понимаю, что только что была на их похоронах. Только что они обрели вечный покой. Только что я попращалась с ними навсегда.
Чувствую, как нос начинает щипать, глаза наполняются слезами. Брэдли ложит свою ладонь на мою щеку и вытирает слёзы. Думаю, он понял, что случилось.
—Всё будет хорошо.— он обнимает меня и я стараюсь остановить свои слёзы.
—У меня новый опекун — сестра мамы. Она самый настоящий тиран. Я сбежала от неё.— я отстраняюсь, вытираю ладонью слёзы.—Мне неловко это спрашивать, но можно остаться у тебя на одну ночь?
—Ты шутишь?— я расцкнила этот ответ как "конечно же нет"
—Извини, я тогда пойду...— перебиваю его, но Саймон хватает меня за руку и тянет обратно.
—Ты не поняла. Я имею ввиду, конечно оставайся.
Я облегчённо выдыхаю и благодарю Саймона.
Спать я легла на том самом диване, на котором утром сидела с Брэдли.