19
– Джин, не плачь, – мужчина выдерживает короткую паузу и медленно проводит взглядом по комнате, стараясь не смотреть в её глаза. Его раздосадованный взор помимо гнева таит тщательно скрываемое им отчаяние. Это отчаяние несколько лет гложет сердце Аллана, он скрывает этот, можно сказать, едкий страх даже от самого себя. Страх того, что Феликс вновь сможет причинить боль Вирджинии, и что сам Аллан не сможет этому воспрепятствовать. Давно знакомое опасение за любимого человека лишь усиливает ненависть в сердце мужчины, подобно маслу, подливаемому в огонь. – Я знаю, что Феликс вернулся. Он несколько лет был за границей, но теперь он снова в городе. Где ты его видела?
Мужчина слегка склоняет голову, чтобы увидеть взгляд девушки, но хрупкая особа в его объятиях, видимо, не намерена говорить или же не может найти в себе силы, чтобы ответить на его вопросы. Вирджиния изо всех сил прижимается к Аллану, и её тело дрожит, будто поражённое хворью.
– Папа, она содрогается подобно тоненькому стеблю беззащитной ромашки под дуновением свирепого ветра, – говорит Томми, внимательно глядя на девушку.
Аллан переводит свой взгляд на сына и неожиданно осознаёт, что поступает не совсем разумно, расспрашивая Джин о Феликсе перед детьми.
– Роуз, прошу, отведи детей в их комнату.
– Да, отведи детей в их комнату, – повторяет мальчик слова отца, недовольно мотая головой из стороны в сторону, – ведь вам, взрослым, нужно поговорить без нас. Не стоит, папочка, мы сами в силах покинуть комнату.
Том слегка задрал голову вверх и взял сестрёнку за руку. Всем своим видом и манерами маленький человек пытается выразить своё недовольство и детское разочарование по отношению к необоснованной просьбе отца. Не сказав больше ни слова, мальчик выходит из зала вместе с Блисс.
Аллан провожает взглядом своих детей, решая позже извиниться перед ними. Он понимает, что Томас обиделся, ведь он знает, что его сын никогда не любит что-то делать, не узнав причину данной просьбы или же поручения.
Вирджиния, немного утихомирив свой страх и жгучие слёзы, поднимает свой взгляд и отстраняется от груди мужчины. Девушка хочет выговорить что-то, но слова застревают в горле, и вместо речи выходит непонятный хрип. Прождав ещё минуту, она тихо произносит слово «парк».
– Ты видела его в парке? – спрашивает Аллан и немного приподнимает голову девушки, мягко взяв Джин за подбородок. В ответ девушка лишь кивает. – Он сделал тебе что-нибудь?
Девушка отрицательно машет головой, но всё же молчит.
– Милая, я знаю, что ты боишься, но я рядом. Прошу, не бойся. Я всё сделаю, чтобы защитить тебя и нашу дочь.
– И сына... – еле слышно выговаривает девушка, – Томми в опасности, Аллан! Этот бессердечный мужчина клялся, что причинит боль Томасу. Ты ведь помнишь?
- О чём вы? Что Феликс вам сделал? – выкрикивает неожиданно Роуз. Бедняжка не может понять поведение Вирджинии и причастность к этому её почти бывшего мужа. Она взволнованно смотрит то на брата, то на Вирджинию, стоящую рядом с ним. Внезапная боль мучительных терзаний отчаяния сковывает сердце Роуз. Разум девушки решительно отвергает мысль о том, что Феликс до сих пор пытается причинить боль Аллану.
– Роуз, присядь и успокойся, прошу. Присядьте все. Нам нужно поговорить, – Аллан отодвигает тёмный стул и помогает Джин присесть на него. Все члены семьи беспрекословно выполняют его просьбу, не отрывая своих тревожных взглядов от мужчины. В обеденном зале пару минут стоит напряжённая тишина. Каждый присутствующий здесь молчит, не решаясь её нарушить. Аллан отходит немного от обеденного стола и, развернувшись ко всем лицом, глубоко вдыхает. Всё то, что он собирается сказать мучает его, бросая в жар.
– Сейчас я расскажу всё то, что скрывал от вас. Роуз... Шесть лет назад, вроде бы это было осенью, я был в нашем отеле. Отец, а точнее мы собирались подписать договор с партнёрами. Простите, что я тяну, но мне нелегко говорить об этом. Я ненавижу себя за то, что сделал.
В тот вечер у барной стойки ресторана этого отеля я впервые увидел Вирджинию. Пару мгновений я смотрел в её глаза, затем смотрел на неё весь вечер. Она поразила меня... – мужчина договаривает свои слова и делает паузу. – Я знал, что Феликс следит за мной, но я не думал, что он зайдёт так далеко. Его люди ударили меня чем-то по голове, и очнулся я в каком-то подвале. Когда я открыл глаза, то увидел, что руки Джин связаны...
– Прошу, Аллан, не тяни! Я не могу больше ждать.
Роуз вытирает слёзы и обиженно смотрит на своего брата.
– Прости... Он похитил её только потому, что она мне понравилась. Феликс запер нас в комнате... – мужчина нервно протирает лоб левой рукой и задерживает свой взгляд на сестре. – В общем, Феликс хотел, чтобы я насильно завладел Вирджинией. Также в его планы входило показать это видео на местных телеканалах, чтобы представить меня беспощадным насильником. Он грозился убить Вирджинию, если я этого не сделаю.
– Подожди, Аллан, – Рональд вскакивает со своего места, не в силах больше контролировать свой гнев. – Почему ты не рассказывал об этом? Что этот Феликс себе позволяет? Что ты будешь делать? Он должен непременно быть наказан.
– Прости, отец, но мне было сложно об этом говорить. Я искал Вирджинию, чтобы исправить всё, но не смог её найти. В ту ночь, когда Адам нашёл меня, я был на волоске от смерти. И всё же мне удалось спастись, но Феликс успел сбежать. Кажется, я знаю, как можно избавиться от Феликса. В сейфе в моём офисе есть записи этой ночи. С помощью этих записей мы можем доказать, что он похитил меня и Джин и заставил меня совершить тот поступок.
Мужчина заканчивает свою речь, и все с ним соглашаются. Все, кроме Вирджинии. Бедняжка сидит на том же месте, боясь поднять свой взгляд. Её тело дрожит, как осиновый лист. Страх и сильный стыд разрывают её сердце. Воспоминания одно за другим всплывают из глубин её памяти, вызывая ненависть к Феликсу за его бессердечность, и осуждение к самой себе за свою слабость и немощность.
– Нет, – не выдерживает девушка и в считанные секунды поднимается со стула. – Я не хочу, чтобы кто-то об этом знал. Не хочу. Мне стыдно. Я не хочу. Нет. Мы найдём другой способ, но не этот. Нет.
Вирджиния отчаянно шевелит губами, произнося эти слова. Её лицо краснеет и на лице застывает ужас. В эту минуту её голубые глаза чуть прикрываются, и в следующую минуту её хрупкий стан чуть ли не падает на пол, но Аллан, ощутивший, что девушка теряет сознание, вмиг придерживает её рукой, предотвратив её неожиданное падение.
***
Как только солнце, выполнив свой долг, скрывается за горизонтом, ночь, подобно огромной чёрной птице, величаво расправляет крылья над этим городом, погружая его во мрак. Лишь одна луна гордо взирает на землю, ведь не видно ни одной звезды. Возможно, от того, что завтра ожидается долгий ливень над городом, который и так полон серости и уныния.
Аллан, наблюдавший за луной из окна своей комнаты, слегка отходит от окна, разочарованный тем, что не смог увидеть звёзд, и тяжело выдыхает. На самом деле не отсутствие звёзд гложет его сердце. Мужчина обдумывает последние часы этого дня, и отчаяние сковывает его разум и сердце. Аллан не знает, по какому пути он должен следовать, чтобы не причинять боль Вирджинии вновь. Охваченный тревожными мыслями, мужчина опускается на широкую кровать и останавливает свой взгляд на белом потолке. Тишина, царившая в комнате, неожиданно прерывается тихим стуком в дверь. Аллан переводит свой взгляд на дверь и чуть приподнимается на кровати.
– Войдите, – отзывается он.
Дверь медленно открывается, и мужчина видит перед собой тех, кого он любит больше всего на свете. Томас держит за руку свою сестрёнку и грустно смотрит на отца. За их спинами, склонив голову, стоит Джин.
– Папочка, можно мы эту ночь проведём в твоей комнате? Мне не страшно, но Джин плакала, когда мы зашли в её комнату. Папочка, наверное, она чего-то боится. И я решил, что если ты будешь рядом,
то она перестанет плакать.
– Идите ко мне, – произносит Аллан и поднимается на ноги.
Дети бегут к отцу с искренними улыбками на лице, громко споря, кто же будет спать рядом с ним. Вирджиния же всё ещё стоит на пороге, не решаясь сделать шага внутрь комнаты. Она нервно ломает руки и не отрывает свой взгляд от пола.
Аллан пару минут ждёт в надежде, что девушка всё же решится, но та продолжает бездействовать. Он подходит к ней, берёт её за руку и приводит к кровати, на краю которой уже улеглись Блисс и Томми, мгновенно заснув сладким сном.
– Вирджиния, я лягу рядом с Томми, а ты рядом со мной и мы просто уснём. Не бойся, я ничего тебе не сделаю.
– Хорошо, – девушка медленно подходит к кровати и, дождавшись того, что Аллан ляжет, бесшумно опускается на кровать по левой стороне от его руки, повернувшись к нему спиной, чтобы не видеть его глаза, в которые ей больно смотреть. Мысли не оставляют её в покое, продолжая погружать в раздумья и заставляя слушать голос совести. Он яростно твердит, что во всём Вирджиния виновата сама, что ей не стоило в ту ночь смотреть на Аллана. Если бы она поборола свой интерес, то всего этого не произошло бы. Возможно, и Феликс не решил бы, что она нравилась Аллану. В ответ на угрызения совести в её голове неожиданно возникает оправдание по поводу той ночи. Еле слышимый голосок шепчет, что если бы этого не произошло, то не было бы и Блисс, с чем Вирджиния мысленно соглашается и вытирает слезу.
Неожиданно из внутренних переживаний девушку выводит тёплое прикосновение руки. Аллан слегка дотрагивается до её талии. Девушка чуть вздрагивает, но ложится на другой бок. Медленно её взгляд фокусируется на лице мужчины. Она впервые так внимательно изучает черты его лица, мысленно удивляясь тому, насколько Том похож на своего отца. Вирджиния пытается понять, что он чувствует. Его глаза чуть сужаются, но всё же она видит, как они смотрят на неё. Взглядом полным любви и даже восхищения. Глубина и искренность этого взгляда заставляют сжаться её сердце, ведь этих чувств она не испытывает к этому человеку.
– Вирджиния, я знаю, что ты меня не любишь. Но я всё сделаю, чтобы ты была в безопасности, – тихо шепчет Аллан, затем, чуть приблизившись к её глазам, добавляет. – Но не забывай, что я не намерен больше тебя терять.