Book untitled.

Я еле-еле открываю глаза. От ужаса задрожали ноги, я снова в той комнате, снова в логове хищника. На стенах до сих пор остались рисунки безумца, меня.
Глаза бегают по помещению, здесь очень душно и пахнет краской. Пытаюсь дернуть руками, но они прикреплены к ножке кровати. Резко мой взгляд падает на тело, валяющееся в углу комнаты. Это Макс.
Я кричу его имя, но вместо этого выдаю бессмысленное мычание. В ушах раздается свист и тресканье. Пытаюсь вырваться из «объятий» веревки, но ничего не получается.
На лице Макса много ссадин и крови. Черный костюм превратился в лохмотья, весь оборванный и грязный. Тело лежит неподвижно, будто бы не дышит. Мне очень страшно, неужели это сделали звери?
Комки грязи, прилипшие к моему платью, падают на пол.
- Макс, - после нескольких попыток сказала я. Но он не отвечает.
Мне становится нечем дышать, перед глазами все темнеет. Я смотрю на Макса, а что если он уже мертв? Что мне делать? Потерять человека, который кружит тебе голову - очень страшно.
Я продолжаю смотреть на него, но не могу ничего сделать, ни подбежать, ни оказать помощи. Ничего.
Вдруг Макс двигает рукой и приподнимает голову. Я пытаюсь подвинуться ближе, но эта чертова веревка вцепилась в меня мертвой хваткой.
- Макс, - говорю я.
Он смотрит на меня и медленно облокачивается спиной об стену. В его глазах столько боли.
- Лика, - хриплым голосом говорит он и кладет руку к себе на живот.
Макс тоже привязан, но только к батарее.
Резко раздается хлопок, в комнату влетает все тот же мужик. Но теперь он более злее, более страшнее и опаснее.
- Ну что, голубки? - спрашивает тот. - И ты, сынок, - он смотрит на Макса.
Сынок? Что это значит? Я в недоумении смотрю на злобного дядьку.
- Красавица, ты же не знаешь, что я его отец, - он обратился ко мне, - ну да, такие, как он, никогда не говорят своим девушкам семейные тайны.
Мне было все равно, что он считает меня девушкой Макса, для меня сейчас главное, чтобы он не причинял ему боль, не трогал его.
«Отец» пнул его так, что у него из носа пошла кровь, Макс ударился головой об стену. Я взвыла:
- Не трогайте его, пожалуйста, не трогайте!
Они смотрят на меня: отец - со злостью, сын - с отчаянием в глазах. Ко мне медленно подходит мужчина и присаживается на корточки:
- Хочешь, чтобы я тебя отпустил?
- Нас, - хрипло ответила я. - Отпустите нас.
Он надменно посмотрел на меня и схватил за ногу. Я взвизгнула от боли, краем глаза я видела, как Макс дернулся с места.
- Крошка моя, ты хочешь, чтобы я вас отпустил? - я кивнула головой. - Давай ты сделаешь мне подарок. Небольшой подарок, и я вас отпущу.
- Я сделаю все, только отпустите нас.
Мужчина поднялся и огляделся по сторонам. Я не понимаю, что он хочет от меня, но это что-то очень плохое.
- Я тебя сейчас развяжу, и мы пойдем в спальню. Я тебя дерну разок, а потом вы свободны. Согласна? - он ухмыльнулся.
В глазах пролетели страшные кадры, вдруг за спиной раздался рев:
- Только рискни ее тронуть!
Я повернулась, Макс с яростью смотрел на своего «отца».
- А что ты сделаешь? Попытаешься спасти свою подружку? Ты уже и так сделал все, что мог, а теперь отвали и не мешай мне, раз уж хочешь свободы, - ответил мужик и стал освобождать мои руки.
- Евгенич! - раздался крик за дверью. - Поди сюда!
Мужчина посмотрел на меня, мои руки еще не до конца освобождены, но я с легкостью могу выдернуть их из петлей. Он встал и пошел в сторону входа:
- Только попробуй выйти отсюда! - он улыбнулся, обнажив ряд белоснежных зубов. - Второй раз я тебя живой не выпущу.
Он вышел из комнаты, хлопнув дверью. Я посмотрела на Макса, он с ненавистью в глазах смотрел в сторону двери, то сдавливая, то расслабляя скулы.
- Лучше мы останемся здесь, чем он тебя тронет, - сказал Макс.
Я ясно понимаю, что могу спасти нас, но мне очень страшно. Страх скрутил мое тело и сдавливает его все сильнее и сильнее. Но медлить нельзя, нужно развязать руки и помочь Максу.
Я отдергиваю конец резинки и тяну его так сильно, что раздираю все запястье правой руки. Поднимаюсь, облокачиваясь на кровать и делаю шаг. Макс удивленно смотрит на меня, по его лбу стекает кровь, капли падают на его брюки.
Я сажусь на пол рядом с Максом, протягиваю руку за его спину. Я сижу в неудобной позе: нога Макса между моими коленками, а мое лицо очень близко к нему. Он обдает мои губы теплым дыханием, на минуту наши глаза встречаются
- Дергай, - говорю ему на ухо. - В правую сторону, а потом крути.
Когда Макс высвободил руки, я встала с пола и помогла ему подняться.
- Нам нужно действовать быстро, - я вспомнила куда мы шли, когда Стас пришел за мной и повела Макса туда же.
Мы подходим к двери, что если она не открыта? Как действовать в этой ситуации? Собрав силы в кулак, я дернула ручку. Дверь дернулась на меня.
Мы обошли коридор и побежали к выходу. До него осталось совсем чуть-чуть, как вдруг мы услышали шаги. Кто-то спускался по лестнице, присвистывая какую-то странную мелодию. Наша задача заключается в том, что нам нужно перебежать через комнату, в которой находится лестница. Макс стоит взади меня. Я нащупываю его руку, наши пальцы переплетаются. Мое лицо озарила улыбка.
Мы делаем шаг вперед и перебегаем дверь комнаты. Я толкаю входную дверь вперед, и мы выбегаем на улицу. Я выдыхаю с облегчением.
Для меня это просто удивительно: как же быстро мы проворачиваем такие дела. Выбегать из этого дома, уже вошло в привычку.
Мы перебегаем через дорогу и заворачиваем за угол.
- Нам нужно работать в бандитской группировке, - с трудом говорит Макс. - Можем дома обворовывать.
Я засмеялась.
- Пошли ко мне домой, я тебе раны обработаю, а то ты уже совсем плох, - сказала я.
Мы направились вдоль сквера, привлекая внимания прохожих. Только представьте: парень с девушкой идут вдоль дороги, все грязные, ободранные и в крови. Неприятное зрелище, правда?
Я не знаю сколько мы пробыли в этом чертовом доме, не знаю, что нужно этому мужику от нас, но уверена в одном, что он продолжит нас преследовать.
Мы поднялись вверх по лестнице, дошли до двери в квартиру. Я вспомнила, что мама говорила на случай того, если я забуду ключи, а ее самой дома не будет. Нужно идти к соседям.
Позвонив в соседнюю квартиру, я с трудом отжала ключи у соседки-пенсионерки.
Поворачиваю ключ в замке и толкаю дверь вперед. Дома никого нет, это можно понять по количеству обуви, стоящей у входа.
Мы проходим вперед, разуваемся.
- Иди в мою комнату, - говорю я.
Макс послушно поплелся вперед по коридору, а я свернула на кухню. Открываю ящик, достаю: пластыри, перекись, ватку, иду в комнату.
Макс сидит в комнате. На улице уже давно стемнело, я включаю свет.
- Снимай пиджак, - говорю я и ставлю на стол «аптечку».
Макс стягивает пиджак и закатывает рукава, обнажая свои сильные руки.
Я жадно глотаю воздух, беру перекись и вату, сажусь на кровать, поджимая под себя колени. Беру его руку и провожу влажной ваткой вдоль руки, Макс встрепенулся. Я посмотрела на него, наши взгляды встретились. Он потянулся ко мне. Чувствуя его урывчатое дыхание, на уровне моих губ, я закрыла глаза. Наши губы встретились. Его запах..запах детства. Такой прекрасный, как и он сам. Он сводит с ума, заставляет сердцу биться в бешенном ритме. Он дышит так тяжело, сладко..горячо.
Дыхание слилось в одно, а губы уже не хотели отпускать.
- Нам нельзя, - шепотом сказала я, вспомнив про Стаса. Мы соприкоснулись лбами.
Его руки медленно спускаются по моей спине, он расстегивает молнии. Я не хочу ему противостоять, за то время, когда мы были рядом, я несколько раз хотела его поцеловать. Теперь, когда такая возможность, я могу наслаждаться им все время.
Я расстегиваю рубашку, не переставая целовать его губы. Макс стягивает лямки моего платья, будто бы распаковывает подарок. Я остаюсь перед ним в одном нижнем белье. Толкаю Макса назад и сажусь на него. Он держит мои бедра, я наклоняюсь к нему и целую в губы.
Мы лежим на кровати, укрывшись одеялом. Я глажу его шею рукой.
Встаю с кровати, надеваю свою пижаму. Вдруг раздается скрип двери, я в ужасе смотрю на Макса.
Он вскакивает с кровати и натягивает брюки, я толкаю его в шкаф.
Кидаю под кровать вещи Макса. В комнату влетает Стас, его взъерошенные волосы разбросаны на голове, в глазах блестит огонек.
- Ты где была? - кричит он. - Я чуть не умер, когда ты пропала.
Стас подбегает ко мне и зажимает в объятья. Трогает мои волосы, шею руки.
- Что случилось? - спрашивает тот. - Ты на улицу вышла, а за тобой этот придурок вышел, мы сразу же подумали..
- Макс, - перебила его я. - Макс вышел.
- В смысле? Я так и сказал, - он в недоумении посмотрел на меня.
- Нет, ты сказал придурок, - я сжала руку.
Стас отпустил мою руку и подошел к столу.
- А это что? - он быстро перевел тему, показав на перекись и вату.
Я начала перебирать в голове слова, пытаясь связать их в предложение. Что же ему ответить?
- Я поцарапалась, - огрызнулась я.
- Поцарапалась? - он поднял бровь. - Мы чуть с ума не сошли, а ты просто поцарапалась?
Я облокотилась к стене.
- Слушай, Стас, ты закончил свой допрос? - грубо сказала я. - Можешь идти домой и не играть мою маму.
Стас ошеломлено посмотрел на меня. Сделал шаг в мою сторону и облокотился рукой об стену, рядом с моим плечом.
- Что с тобой произошло? Ты какая-то странная, - сказал он. - И с чего ты вообще стала заступаться за Макса?
- Хочу и заступаюсь, какая тебе разница? - я ответила так, как никогда не отвечала. Что на меня нашло? Почему я так разговариваю со Стасом? Сейчас мне очень противно слушать его заботу.
- Ты его до сих пор любишь? - спросил тот, сжав скулы. - Могла бы и раньше сказать.
- Нет, не люблю, - я соврала.
Наш разговор перебил шорох, доносящийся из шкафа. Стас посмотрел в его сторону, подошел впритык и дернул ручку на себя.