21
С того вечера, когда я осталась ночевать у Лехи, прошло несколько дней. Мы виделись почти каждый день — мы стримили, веселились.Между нами всё ещё висело то невысказанное, то, что мы оба чувствовали, но никто не решался назвать. Он смотрел на меня так, что у меня замирало сердце, я ловила себя на мысли, что жду его сообщений, скучаю, если не вижу хотя бы день. Но мы оба молчали. Боялись, наверное. Или ждали правильного момента.
Одной ночью я стояла на балконе. Смотрела на огни Белграда, которые теперь стали почти родными, и думала. В голове крутились мысли, которые я отгоняла от себя уже давно, но сегодня они пришли с такой силой, что я не могла их игнорировать.
Я вспомнила тот вечер, когда зашла на его стрим, а там была Лера. Как она красила его лицо, как наклонялась, как он смеялся. Тогда я сказала себе — мы просто друзья. Но внутри всё кипело. Я ревновала. Я ревновала так, как не ревнуют друзей.
А потом он прислал лилии. И записку: «Манюнь, не ревнуй». Он знал. Он понял без слов. И вместо того чтобы сделать вид, что ничего не происходит, он прислал цветы. Мои любимые. Розовые лилии.
Я вспомнила, как он смотрел на меня на кукинг-стриме, когда я поправляла его руки. Как он сказал: «Если бы мне нужно было, я бы попросил тебя». Как он поправился, когда чат спросил про разное отношение к Лере и ко мне: «Я ко всем одинаково отношусь... ну, почти одинаково».
А потом я вспомнила те четыре месяца, когда я не выходила на связь. Я не отвечала никому, но его сообщения я читала. Каждое. Он писал не каждый день — чувствовал, что я не готова. Но он писал. И в этих сообщениях не было жалости, которой я так боялась. Было: «Я рядом. Ты же знаешь». Было: «Если захочешь говорить — я здесь». Было: «Ника, ты справишься. Ты сильная».
Я перечитывала их ночами, когда не могла спать. Они пробивали в самое сердце, давали сил не сломаться окончательно. И я знала, что когда-нибудь скажу ему спасибо. Но сейчас, стоя на балконе и глядя на огни города, я поняла, что это не просто благодарность.
Я люблю его.
Слова пришли неожиданно, но, когда я произнесла их про себя, они прозвучали так правильно, так естественно, что я удивилась, почему не поняла этого раньше. Все эти недели, все эти дни, все эти моменты — его взгляды, его забота, его попытки не задеть меня жесткой шуткой, его цветы, его записка, его «манюнь» — всё это было любовью. И моя ревность, и моя обида, и моё желание быть рядом — тоже.
Я стояла на балконе, обхватив себя руками, и улыбалась в темноту. Он любит меня. Я люблю его. Мы оба любим друг друга, но оба боимся сделать первый шаг.
Я вернулась в комнату, легла в кровать, но долго не могла уснуть. В голове крутились мысли, планы, надежды. Завтра я скажу ему. Или послезавтра. Или в ближайшее время. Найду момент и скажу.
---
Утром я проснулась поздно. Дианка уже ушла по своим делам, в квартире было тихо. Я сделала кофе, села на кухне, листая телефон. На душе было спокойно, даже умиротворённо. Как будто вчерашнее осознание что-то сдвинуло внутри, и теперь всё встало на свои места.
Я допила кофе, собралась привести себя в порядок, когда телефон завибрировал.
dangerlyoha: «Ника, привет. Как дела?»
Я улыбнулась. Всегда улыбалась, когда видела его сообщения.
Ника: «Привет. Нормально. Только проснулась»
dangerlyoha: «Я так и понял. Ты сегодня хочешь встретиться? Без стримов. Просто вдвоём»
Я посмотрела на экран, и сердце забилось быстрее. Без стримов. Просто вдвоём. Это было что-то новое. Он предлагал не просто забежать на чай или посмотреть выпуск пузатой, а встретиться наедине. Настоящая встреча.
Я набрала ответ, стараясь, чтобы голос внутри звучал ровно, хотя на самом деле всё дрожало.
Ника: «Звучит как свидание»
Я добавила смайлик, чтобы это звучало как шутка. Чтобы он не подумал, что я на что-то намекаю. Чтобы защититься, если он ответит в том же духе.
Ответ пришёл через несколько секунд. Я открыла его и замерла.
dangerlyoha: «Да. Свидание»
Два слова. Без смайликов. Без шуток. Просто — да. Свидание.
Я перечитала ещё раз. Потом ещё. Сердце колотилось где-то в горле, руки дрожали. Он сказал это серьёзно. Он сказал это так, будто не шутит. Будто ждал этого момента так же, как я.
dangerlyoha: «В 19 заеду за тобой»
Ника: «Хорошо. Жду»
Я отложила телефон, посмотрела на часы. 12:30. Семь часов. Семь часов, чтобы собраться, чтобы привести себя в порядок, чтобы успокоиться и не выглядеть как сумасшедшая, когда он приедет.
— Дианка! — крикнула я, влетая в квартиру. — Дианка, срочно!
— Что? Что случилось? — она выскочила из своей комнаты с перепуганным лицом.
— У меня свидание, — выпалила я. — С Лёхой. Он сказал, что это свидание. Настоящее. В 19 заедет. А сейчас двенадцать. Я ничего не успеваю.
Дианка секунду смотрела на меня, потом улыбнулась так широко, как я не видела у неё давно.
— Ну наконец-то! — она схватила меня за руку и потащила в ванную. — Давай, времени полно. Сделаем всё красиво.
---
Следующие несколько часов пролетели как один миг. Душ, маска для лица, маска для волос, скраб, увлажнение — я нанесла всё, что только можно было нанести. Дианка стояла рядом, подавала то одно, то другое, комментировала, советовала, иногда просто смотрела и улыбалась.
— Ты как на экзамен собираешься, — сказала она, когда я в очередной раз поправила волосы.
— Это важнее экзамена, — ответила я.
— Это точно, — согласилась она.
Макияж я решила сделать непривычный для себя — более яркий, более выразительный. Стрелки, смоки-айс, нюдовая помада. Дианка одобрила.
— Тебе идёт, — сказала она. — Он обалдеет.
Потом я встала перед шкафом. Перебрала несколько вариантов, но в итоге выбор пал на синий костюм в полоску — юбка и приталенный пиджак. Строго, но женственно. Элегантно, но с характером.
— Это оно, — сказала Дианка. — В этом ты выглядишь так, что он точно не устоит.
Укладка заняла последние полчаса. Объёмные локоны, немного небрежные, но при этом уложенные идеально. Я посмотрела на себя в зеркало и улыбнулась. Я была готова.
— Ну что? — спросила Дианка, поправляя мне воротник.
— Страшно, — призналась я. — Очень.
— Это нормально, — она обняла меня. — Иди. Всё будет хорошо.
Я ждала. Каждую минуту, каждую секунду. Я сидела на диване, смотрела на часы и ждала. Дианка ушла в свою комнату, чтобы не мешать, но я слышала, как она переминается за стеной.
Телефон завибрировал.
dangerlyoha: «Я внизу»
— Он приехал, — сказала я, вставая.
— Иди, — Дианка выскочила из комнаты, обняла меня на прощание. — И не нервничай. Ты прекрасна.
Я взяла ключи, сумочку, сделала глубокий вдох и вышла из квартиры.
---
Он стоял возле машины, когда я вышла из подъезда. В руках — букет. Синие лилии. Я замерла на секунду, узнав цвет. Синие лилии — символ верности и благородства. Он выбрал их специально. Я знала.
Он посмотрел на меня, и в его глазах зажглось что-то, от чего у меня перехватило дыхание.
— Лень, не надо было, — сказала я, подходя ближе.
Я взяла букет, поднесла к лицу, вдохнула аромат. Потом, не думая, не соображая, просто подчиняясь порыву, я привстала на носочки и поцеловала его в щеку.
Он замер на секунду, потом улыбнулся.
— Я готов дарить тебе букеты каждый день, если будет такая благодарность, — сказал он тихо.
Я почувствовала, как щеки заливаются румянцем.
— Тогда придётся держать цветочный магазин, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
— Справлюсь, — он открыл передо мной дверь машины. — Садись.
Я села, он убрал букет на заднее сиденье, обошёл машину и сел за руль. Я смотрела на него — профиль, руки, которые держат руль, лёгкую улыбку на губах — и чувствовала, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди.
— Ты сегодня очень красивая, — сказал он, не глядя на меня.
— Спасибо, — ответила я. — Ты тоже ничего.
— «Тоже ничего»? — он усмехнулся. — Я старался.
— Видно, — я улыбнулась.
---
Мы приехали в ресторан, который я не знала раньше. Он находился на крыше высотного здания, и оттуда открывался вид на весь город. Огни, мост, река — всё было как на ладони. Атмосфера внутри была особенной — приглушённый свет, живая музыка, столики, расположенные так, что создавалось ощущение уединения.
Мы сели за столик у окна. Официант принёс меню, но я почти не смотрела в него — не могла оторвать взгляд от Лехи. Он сидел напротив, смотрел на меня, и в его глазах было что-то, что заставляло сердце биться быстрее.
Мы сделали заказ. Я взяла вино, он — что-то покрепче. Первые несколько минут мы говорили о всякой ерунде — о погоде, о городе, о том, как прошла неделя. Но я чувствовала, что это только прелюдия. Что он хочет сказать что-то важное.
И он сказал.
— Ника, — он поставил бокал и посмотрел на меня. — Я хочу тебе кое-что сказать.
Я замерла.
— Я мог сказать это раньше. Мог сказать ещё тогда, в Белграде, до того, как ты уехала. Мог написать в эти четыре месяца, но не хотел, чтобы ты думала, что я говорю это из жалости. Мог сказать на кукинг-стриме, но побоялся испортить момент. Но сейчас... сейчас я не хочу больше ждать.
Он замолчал, собираясь с мыслями. Я смотрела на него и чувствовала, как к горлу подступает ком.
— Я люблю тебя, — сказал он. — Не знаю, когда это началось. Может, ещё в Дубае. Может, когда ты уехала и я понял, что не могу без тебя. Может, когда ты вернулась и я увидел тебя на пороге. Я не знаю, как это объяснить. Я просто знаю, что ты — единственный человек, ради которого я готов делать глупости. Покупать цветы. Готовить картошку. Ждать, когда ты будешь готова меня услышать.
Он замолчал. Я сидела, смотрела на него и не могла вымолвить ни слова. В горле стоял ком, слёзы подступали к глазам, но я не хотела плакать. Не сейчас.
— Я не жду ответа сейчас, — сказал он тихо. — Я понимаю, что это может быть сложно. Просто хотел, чтобы ты знала.
Он сделал движение, будто собирался встать, и я поняла — он уходит. Он уходит, думая, что я не готова. Что я боюсь. Что я не отвечу.
Я не знаю, откуда взялись силы. Я просто протянула руку и накрыла его ладонь своей.
— Лень, — сказала я. Голос дрожал, но я продолжила. — Я тоже. Я тоже люблю тебя. Я поняла это вчера, стоя на балконе. Думала о тебе, о том, как ты относишься ко мне, как ждал, как писал, как купил эти лилии... Я люблю тебя. И я не хочу больше ждать.
Он посмотрел на меня. В его глазах было столько всего — удивление, радость, надежда, что у меня перехватило дыхание.
— Ты серьёзно? — спросил он.
— Серьёзнее не бывает, — ответила я.
Он сжал мою руку.
— Тогда у меня есть ещё один вопрос, — он посмотрел мне прямо в глаза. — Ника, ты будешь моей девушкой?
Я улыбнулась сквозь слёзы, которые всё-таки потекли по щекам.
— Конечно же, да.
Он подался вперёд, и наши губы встретились в поцелуе, которого ждали оба. Страстном, нежном, долгом. Поцелуе, в котором было всё — и те четыре месяца молчания, и ревность, и цветы, и его «манюнь», и моё долгое «да». Я чувствовала его руки на своей талии, его дыхание, его тепло. И понимала, что это только начало.
Когда мы отстранились, я увидела, что он улыбается. Так, как я никогда не видела раньше — открыто, счастливо, без защиты.
— Я люблю тебя, — сказал он.
— Я люблю тебя, — ответила я.
---
Мы поели, говорили, смеялись, смотрели на огни города. Время летело незаметно, и когда мы вышли из ресторана, было уже поздно.
— Может, поедем ко мне? — предложил Леха. — Не хочу, чтобы этот вечер заканчивался.
— Поехали, — согласилась я.
Мы сели в машину, и я смотрела на него, на его руки, на его профиль, и не могла поверить, что это происходит. Что он любит меня. Что я люблю его. Что мы наконец перестали притворяться.
Мы заехали к нему. Он открыл дверь, пропустил меня вперёд, и я почувствовала, как этот дом становится для меня родным.
— Я рад, что ты здесь, — сказал он, закрывая дверь.
— Я тоже, — ответила я.
Он подошёл ко мне, обнял, и я уткнулась носом ему в плечо. Пахло его парфюмом, домом, чем-то родным и правильным.
— Ника, — сказал он.
— М?
— Спасибо, что дала мне шанс.
Я подняла голову, посмотрела на него.
— Спасибо, что ждал.
Он улыбнулся и поцеловал меня. И я поняла, что всё было правильно. Все эти месяцы, вся эта боль, все эти сомнения — они привели нас сюда. К этому моменту. К этому поцелую, который был полон страсти.
Подхватив меня на руки мы направились в его комнату. Пару минут и мы без одежды наши тела горят той страстью, которую жаждал испытать каждый из нас давно. Он плавно входил в меня, а я от этой приятной боли стона ла и сжимала простынь в руках. Ночь была жаркой, и шум в квартире стих только под утро, когда вы подали без сил на кровать .
