#33
Вернулась в свою комнату я почти сразу после того, как пришла в себя от счастья. Дима проводил меня, вел по коридорам, держа за руку.
- Спасибо большое, что спас нас сегодня. Без тебя не было бы нас сейчас, - улыбнулась я, стоя у двери к своей комнате.
- Ась, ты тот самый человек, ради которого я могу сделать все, что угодно, - Дима улыбнулся и пошел к лифту. Мне так хотелось стоять неподвижно и смотреть, видеть последний раз за этот день изгибы его тела, его прекрасные осенние локоны, видеть его походку, такую уверенную и спокойную, как у льва или тигра. Но я знала, что он слышит каждый мой вздох, каждое мое движение в этом пустом светлом коридоре. А потому я бросила на него последний взгляд и открыла ключами дверь родной комнаты.
Темнота, к которой я научилась так быстро привыкать, скрывала от меня черно-красный готический интерьер комнаты. Лунный свет падал из окна и освещал какую-то часть помещения, но тьма все равно царствовала здесь. Я села на диван и посмотрела в окно. На небо, усыпанное звездами, на прекрасную бледно-голубую луну, на темное покрывало небес. Ночное небо - это та темнота, к которой мои глаза никогда не привыкнут.
Я очень благодарна Максу. Он не отказал в помощи даже после нашего расставания, хотя имел на это полное право. Он помог открыть во мне истинную силу вампира. Когда-то он научил меня превращаться в летучую мышь, а сейчас научил регенерировать других существ.
Сегодня я поняла, что люблю Диму. По-настоящему люблю, я готова идти за ним на самый край света, готова ждать его верно, даже если он уйдет навсегда. Я поняла это, когда очнулась в его комнате. Когда он улетел за Джеком, и я осознала, что боюсь не только за Джека, я боюсь за то, чтобы и с ним ничего не случилось. А когда он пришел, уставший до смерти, с него капала кровь, как же я хотела ему помочь. И я обязана ему жизнью за то, что он спас меня. А самое главное, что отдать ему свою жизнь будет для меня великой честью и самой большой наградой.
Через некоторое время я легла в кровать и сладко уснула. Джек тоже улегся на мою кровать и уснул рядом.
Утром я чувствовала себя как никогда бодро и счастливо. Я приготовила кофе со сливками, омлет, и села завтракать. Джек был рядом, ел из своей миски корм.
После завтрака я выпрямила волосы, накрасилась, надела вчерашнюю Димину толстовку и шорты. Несколько минут я просто стояла, обняв себя руками, и представляла, что обнимаю Диму. Толстовка, пропитанная его запахом, заставляла мое воображение работать усиленно и рисовать в мыслях все более яркие образы любимого. Я уже не боялась в мыслях называть его именно так - Любимый. Для меня это слово казалось каким-то званием, особенным и возвышенным. Человек, получивший такое звание, никак не может не оправдывать его, ведь это особенный человек, который не состоит в списке почета, полном таких же людей, как и он, нет. Он занимает особое место - место в сердце. Превыше всяких пьедесталов.
Потом я присела на кровати и обняла Джека.
- Я так счастлива, что с тобой все хорошо, - сказала я, а к глазам подступали слезы счастья.
- Глупая, - послышался мягкий человеческий голос. Я огляделась. Но кроме как от Джека, ни от кого больше этот голос исходить не мог.
- Джек?! - удивленно сказала я, поражаясь все больше.
- Ну, не приведение же. Хотя в этом мире все возможно, - говорил Джек, а я все отказывалась верить в это.
- Ты говоришь?
- Ага. Я давно хотел с тобой поговорить. Но знаешь то чувство, словно ком в глотке застрял? - я молча кивнула, и он продолжил. - Вот-вот, и у меня тоже самое. А когда ты меня регенерировала, не сразу конечно, но вскоре я понял, что этого кома нет. А ты глупая, Аська.
- Это еще почему?
- Мне тут целыми днями о своем чешуйчатом плачешься, а ему сказать не можешь.
- А если я ему не нравлюсь?
- А вы носиками терлись? Или как там это у вас, двуногих?.. - пес нахмурил веки и задумался.
- Можно сказать, что да.
- И ты еще сомневаешься? Носики не врут.
- Ну, понимаешь, говоря на твоем языке, носики в современном мире уже ничего не значат.
- Ладно, тогда сама подумай. Он меня из таких мест ради тебя достал, он ради тебя со стаей волков дрался. Это не показатель?
- Ты, наверное, прав. Но я все равно сомневаюсь. Да и боюсь признаться.
- Ты намекни. Лапкой его потрогай, обнимай.
- Думаешь?
- Ась, я, конечно, пес, но я далеко не глуп.
- Ты самый лучший, Джек.
Я обняла своего мягкого друга. Я была удивлена и рада, что он заговорил, ведь теперь у меня есть не просто друг, а говорящий лучший друг.
И так, по совету Джека я решила пофлиртовать с Димой. Мой песик прав, за свое счастье нужно бороться!
Я надела джинсы и майку, причесалась, немного прибралась в комнате и отправилась к Любимому.
Но он был не один. В его комнате был странный парень.
- Привет, - улыбнулась я Диме, посмотрев ему прямо в глаза.
- Привет, - он тоже улыбнулся.
- Ты не занят?
- Нет, проходи.
Я прошла и увидела его. Этого парня, который, несмотря на свою божественную красоту, не понравился мне сразу.
Это высокий спортивный парень в темных джинсах и черной рубашке с закатанными рукавами. У него немного смуглая бархатная кожа медового оттенка, ярко-красные растрепанные волосы, темные кофейные глаза и лукавая улыбка. Он очень красив (хотя мне больше нравится Дима), но мне он отчего-то сильно не нравится. Его взгляд собственника, осматривающий меня с ног до головы и загадочная улыбка, его до боли знакомые и злые кофейные глаза... Все в нем пугало и отталкивало.
- Знакомься, Ась, это мой новый знакомый, Слава, - представил нас Дима, и все вдруг встало на свои места. Это Слава. Брат Лики, волк из стаи напавших на меня и Джека.