Часть 2 Глава 11
Я открыла глаза и тут же зажмурилась от света.
— Как себя чувствуешь? — спросил кто-то.
Я слегка повернула голову и взглянула на отчего-то знакомое лицо. Черноволосый паренек, одетый в самую обычную одежду, умудрялся выглядел неплохо и в ней. На его лице имелся неглубокий шрам, очень похожий на мой от телепортации. Во всем его образе чувствовалась естественность, и именно она заставляла поближе к нему приглядеться.
Я отвлеклась от рассматривания знакомого и осмотрела себя. Руки, ноги были на месте, будто ничего и не произошло. Я лежала на кровати, уже явно не в Аду. В маленькой, но очень уютной зеленой комнатке.
Слева от кровати находилась тумбочка с миниатюрными часиками, на которых застыло одно и то же время, и шкатулкой с крохотным зеркалом. Перед ним, на другой стороне имелся на вид деревянный шкаф, украшенный расшитыми салфетками. В комнате было по крайней мере три окна, из-за которых внутри щедро разливался приятный свежий воздух и яркий свет. Я невольно улыбнулась, но потом быстро спохватилась и инстинктивно выпрямилась.
— Сойдёт, — теперь с подозрением я взглянула на паренька рядом. — Кто таков?
— Ты меня знаешь. Я Тобиас.
Он осторожно поднял руку, и локон моих волос поднялся в воздух за легким движением его пальцев, как будто сам, силой мысли. Значит того парня с совета звали Тобиас.
— Рада наконец-то узнать твое имя, — мне очень хотелось ответить на его искреннюю улыбку, но я лишь сильней насторожилась. — Если на чистоту, я в Раю и мертва?
Тобиас рассмеялся, и его золотистые глаза залились добрым светом пуще прежнего. Он не торопясь присел на стул, на котором был до этого, видимо, следя за мной. Тобиас ласково прислонил ладонь к моему лбу и, поняв, вероятно, что мне стало лучше, решил ответить.
— Ты жива, Кэти. Мертвый здесь я.
Я немного оторопела. Видеть мертвого охотника как живого, довольно странное зрелище. Мне хотелось узнать подробности его смерти. Наверно, они дали бы мне хоть какое-то осознание собственной жизни.
— Что произошло со мной там? — спросила я с надеждой на ответ.
Тобиас встал и, махнув головой, подал мне руку, предложив пойти за ним.
— Это не я должен рассказывать. Моя работа на сегодня закончена. Скоро вечер, и мы в это время обычно устраиваем семейные посиделки. Можешь присоединиться. Думаю, никто не будет против, — он также тепло улыбнулся и помог встать.
К своему же удивлению, я чувствовала легкость. Одета я была уже не в свои вещи, от которых, наверно, мало что осталось. Я быстро осмотрела самое простое однотонное платье и нашла его ничем не плоше универсальной формы охотников. Однако в нем я все же была другой версией себя. Той, которая не хочет бессмысленных убийств. А еще, к моей маленькой радости, я была босиком.
Мы вышли из небольшого домика, и я остановилась, рассматривая все, что было передо мной. Я оказалась в какой-то удивительно милой деревушке. Повсюду стояли такие же, ничем не огороженные, с распахнутыми окнами домики. Под ногами шелестели светло-зеленые травы, приятно щекочущие кожу. Такого я не чувствовала давным-давно.
— А где мы? — спросила я, смотря на чистое небо и заходящее, привычное солнце. — И не скажешь, что на небесах.
— Первый уровень ангельского Рая, — он начал спокойно рассказывать что-то, пока мы пересекали холмики, добираясь до других деревень. — Их всего три. На этом ангелы и Архангелы. Он почти неотличим от Земли, но здесь никто не видит смысла в глупых войнах.
Когда мы забрались на самую верхушку холма, Тобиас едва коснулся моей руки.
— Хочешь пробежаться, пока ангельской крови в тебе больше, чем обычно? — он с доброй надеждой глянул мне в глаза.
Я кивнула и побежала вниз с горы с практически незнакомым человеком. Чувствуя его положительные эмоции, я заражалась ими и хотела бежать ещё быстрей. Неожиданно мои ноги оторвались от земли и пару секунд я пробежала в воздухе.
— Поставь, поставь меня! — крикнула я, с мольбой смотря на Тобиаса.
Взглянув на его по-доброму игривое лицо, я невольно вспомнила только начало наших развлечений с Феликсом. Нам было так же легко, спокойно и надёжно. А сейчас... Никого из тех, кого я считала семьёй, рядом не осталось.
Вскоре мы пришли в пункт назначения. Домики в этой деревне были больше и с закрытыми окнами. Мы подошли к двери, но я на секунду обернулась. День почти закончился, и легкая прохлада успокаивала лучше настойки из трав.
— Заходите, — послышался другой голос с тем же, уже становящемся привычным мне смиренным спокойствием.
Я посмотрела на мужчину в дверях. Одет он был в такую же простую одежду, как и я с Тобиасом. Его брови слегка подскочили вверх, но быстро вернулись в естественное состояние.
— Мой отец. Просто ангел, — шепнул он и пригласил войти.
Внутри дом оказался таким же скромным, как снаружи, но очень уж уютным. Таким, в который хотелось бы возвращаться после тяжелого дня. Здесь, кажется, было всего две комнаты. Гостиная, где стоял большой диван с кофейным столиком и безумно мягким ковром. Да кухня, где сейчас собралась вся семья.
— Она ожила! — с добрым смехом Тобиас представил меня всем.
Ко мне тут же подбежала на вид маленькая девочка. Она со всеми чувствами, которые только имела, обняла меня. Сзади также подошел еще кто-то. Рассмотреть его у меня не хватило времени, так как отец семейства поцеловал мою руку, пригласив пройти дальше.
Когда, наконец, я смогла заново дышать, то рассмотрела всех.
— Моя маленькая сестренка Соль.
Я посмотрела на девочку, умело управляющуюся с ножом и фруктами. Не особо верилось, что ангелы могли быть детьми.
— Будь осторожна. Она может разбить тебе сердце, — шепнул он, и она наигранно укоризненно рассмеялась.
На кухню снова зашел кто-то, кого я не успела разглядеть в первый раз. Это был парень очень похожий на Тобиаса, однако на его лице имелось куда больше осознанности и какого-то опыта. Он, хоть и был настроенным довольно дружелюбно, держался более отрешенно.
— Мой брат.
Он подошел ближе и тоже еле коснулся губами моей руки. Какой прекрасный жест однако, позволивший меня почувствовать себя еще более некомфортно.
— Я Элиглас, — он слегка улыбнулся и принялся помогать сестренке.
Тобиас дал мне какую-то миску с фруктами и чем-то еще, попросив помочь им. Я принялась размешивать содержимое миски, поглядывая на веселое времяпрепровождение семейки, в которую я попала. Отец, поняв, что его помощь уже не требуется, ушел в гостиную. Элиглас помогал Соль, время от времени дурачясь с ней.
Хоть сначала он и показался мне угрюмым, потом все же становился в моих глазах все более лояльным. Теперь его темные глаза, особо выделяющиеся на фоне светлых волос казались мне такими простыми и располагающими к себе так же, как глаза Соль. Тобиас слегка отличался от них более темной шевелюрой, однако во всем повторял их черты характера и черты их отца. Все же они были родными.
— Кэти, лови, — девочка быстро кинула мне яблоко, застенчиво улыбнувшись. — Ты все же живая, тебе надо поесть.
Я поймала яблоко, смущенно улыбнувшись. Мне было слишком непривычно, что все они так милы с незнакомым им человеком. Через пару минут братья взяли все наготовленное и прошли в гостиную. Отец семейства уже убирал мешающие книги с кофейного столика, а Тобиас призывал сесть рядом с ним, что я и сделала. На стол теперь поставили интересные блюда. Они вызвали у меня удивление: таких, кажется, я еще не видела. Но большее удивление у меня вызвали последующие слова главного в этом доме ангела.
«То есть они собираются вот так вместе и просто... Разговаривают?» — были мои мысли в тот момент.
— Теперь, когда мы вместе, рассказывайте, что нового произошло за эту неделю. Тобиас?
Все обратили свое внимание к пареньку, сидящему рядом со мной. Он без тени неуверенности или особого веселья, словно на допросе, начал рассказывать.
— Многого не произошло, кроме того, что Кэти наконец-то проснулась. На основной работе все по-старому, выиграл несколько душ да на этом и закончил.
— Душ? — не удержалась я. — Ты...
— Борюсь за человеческие души, чтобы их не приручили демоны, типа того.
Он посмотрел на меня, ожидая моей реакции. Тогда я подумала, что это должно быть так интересно, поэтому восхищенно протянула несколько слов.
— Кэти, может, хочешь поделиться своими ощущениями от этого места? — глаза ангела устремились на меня, от чего я заметно дрогнула.
— Довольно уютно, — приврала я, после чего встретила его осуждающий кашель. — То есть, красивые пейзажи, но не хватает технологий, прогресса...
— Войн, убийств, погонь и беготни, — резко закончил Элиглас, с вызов взглянув мне в глаза. — Не пробовала не убивать всех при любой возможности, Катарина?
Я смотрела, как ещё не угасшие огоньки в его глазах танцевали на обнаженной яростной душе. Из всей семьи только он ещё не смирился с тем, что оказался здесь, будто не находя из-за чего-то покоя. Он был куда старше, чем выбранный им возраст своего тела. Я дала бы ему лет тридцать-сорок. Именно в этом возрасте начинаешь хоть немного разбираться в жизни. Даже если она уже закончена.
— Это ее выбор, — отец семейства кивнул сыну. — Хочешь высказаться?
Элиглас поставил бутылку чего-то на стол и, не смотря ни на кого в частности, с таким же воодушевлением рассказал о работе.
— Заканчивал дело по очередной наивной душе. То была девочка, примерно твоего возраста, Катарина. Верила в то, что богатство сделает ее счастливой, а способности в математике востребованным специалистом, чуть ли не царем мира сего. Она, безусловно, училась, и тогда я был не нужен. Но и на нее нашелся демон. Ее слабыми сторонами оказались, как, впрочем, легко догадаться, самолюбие, излишняя смелость, недоверчивость да чувство, что весь мир ей по колено.
Демон оказался искусным творцом. Говорил, как она ему нужна, что она ему нравится, ну вы понимаете. Всю ту чепуху, что делала её благодарной, покорной, тешила ее эго, вместе с чем все более привязывала ее душу к нему, — Элиглас исподтишка взглянул на меня. — Она не была глупа, совсем наоборот, но распознать волка в овечьей шкуре не смогла, ведь тот делал вид, что это и есть судьба. А в последний момент он предал, убив. После смерти она и сама выбрала его, — он еще раз взглянул на меня, но уже куда более открыто. — Хоть я и был с ней все это время, комплименты все также нравятся куда больше, чем объективные наставления.
В комнате царствовала тишина. Тобиас слегка кашлянул, удивленный неожиданным напором со стороны брата. Отец семейства также посмотрел на сына, но не сказал ни слова, лишь улыбнулся. Но Соль быстро исправила положение, взяв книгу со столика.
— Время чтения! — крикнула она и, вернувшись на место рядом с Элигласом, начала читать заново.
Я не слишком вникала в сюжет, размышляя о словах почти незнакомого мне парня, который уже знал обо мне больше, чем я сама. Так, по крайней мере, решила я, когда жизнь девочки из его рассказа походила на мою. Это слишком бросалось в глаза.
Мое внимание также привлекло их полное взаимопонимание. Они не ссорились, договаривались обо всем да к тому же прекрасно проводили время вместе. В общем, делали то, чего всегда не хватало мне.
Последующие пару часов, после того, как луна взошла над горизонтом, осветив находящиеся в воздухе очертания чего-то свыше, мы провели слушая чудесный детский голос Соль. Очень скоро я начинала засыпать, беззастенчиво лёжа на диване.
Из ума никак не выходили мысли о прошлом, о том, что же было тогда в аду. И каким образом там появился Никлаус, стоя как ни в чем не бывало перед Верховным, совершенно не обращая на меня внимания? Может, метафорично говоря, он был для меня, как демон для той девушки?
— Уже поздно, можешь остаться здесь. Утром тебя ждут, — дружелюбно сказал Тобиас, протягивая мне одеяло.
— Кто?
— Один из Архангелов. Гавриил.
На этом наше общение с Тобиасом прекратилось, на некоторое время. Я поднялась на верхний этаж со свечкой в руках и, не расстилая кровати, плюхнулась, засыпая уже на ходу. Тогда я не замечала никаких звуков, исходящих снаружи, и не задумалась о том, что раз ангелы мертвы, то сна, как потребности, у них нет.
На утро, когда пейзаж за окном был почти таким же, коим я видела его в прошлый раз, я неловко оторвалась от подушки и осмотрелась. Эта комната при дневном свете становилось куда более приветливой, нежели при свече. Неподалеку стоял письменный стол с парой книг на нем. Все книжные шкафы по стенкам также были набиты книгами разных эпох, стран, жанров. А в единственном, на вид деревянном шкафу висела такая же однотипная одежда. Не хотела бы я умереть и оказаться тут.
Я подошла ко столу и кончиком пальца провела по страницам старой книги. Они были шершавыми и пожелтевшими от времени, и язык, на котором книга была написана, был мне не знаком.
— Вижу, ты уже проснулась, — послышался голос за моей спиной.
Я обернулась. Передо мной, как будто я стояла сейчас в баре Висконсина, но никак не в Раю, появилась Мариса. Она выглядела куда менее строгой, да к тому же ее прическа была изрядно потрепана. А белый, отдающий в седину, цвет волос был уже не таким чистым.
Она держалась также, словно ничего и не происходило. Интересно, какого это, играть на две стороны?
— Что-то забыла? — я скрестила руки на груди и с деланным равнодушием посмотрела на нее.
Мариса вздохнула и не ответила колкостью. Она лишь сделала кости спины мягче и податливее, чем обычно, позволив им быть не такими прямыми, и села на край кровати. Рукой она неожиданно дотронулась до волос, но тут же с силой опустила ее, положив на колени. Верный признак внутренних переживаний.
— Катарина, — начала было она, но слух тут же зацепило мое имя, значит она все же его знала.
— Исса, — поправила я.
Она подняла глаза на меня. В них не было ничего. Абсолютно. Ни одного намека на душу.
— Хорошо. Я просто хотела удостовериться, что ты в порядке. Тебе изрядно досталось.
Мариса сделала сочувствующий вид. Однако глаза по-прежнему не выражали ничего. Словно вместо них была стеклянная пустота.
— Ты имеешь в виду то, что меня предал человек, который и рядом то не особо был? Или что меня раза четыре пытались убить? Причем не таким безобидным способом, как выстрелом, куда уж там.
Где-то внутри я совсем не хотела спорить, но снаружи мне хотелось, чтобы она почувствовала то, что чувствовала я все свое детство.
— Такова судьба охотника.
— Судьба охотника находиться без матери всю жизнь и буквально убивать свои проблемы? — я еще больше оскалилась, видя, как ее глазам все еще абсолютно плевать. — Удостоверилась? Можешь проваливать.
— Я хотела сказать еще кое-что, — она впервые с того момента, как я ее увидела, с мольбой посмотрела на меня. — Не верь тому, что тебе здесь говорят. Не все здесь так честны, как ты считала.
— Спасибо за подсказку, — бросила я. — Видимо, Феликс сказал тебе, что в ближайшем будущем меня предаст кто-то еще?
Она помахала головой, не сводя с меня взгляда, а я невольно вспомнила, как некогда ночами думала о том, какой была моя жизнь, будь моя мама хоть чуточку заботливей и ответственней. Не оставь она меня. И хоть Арго и старался заменить мне ее, невозможно заменить маму. Арго...
— Если обсудишь то, что было, со мной, станет легче. А если не хочешь говорить со мной, то хоть с Равеном ты должна...
Я смотрела, как из ее равнодушных глаз вытекает невесомая капелька слез, такая прозрачная и воздушная, что казалось, что ее и вовсе нет. Горло тут же что-то схватило так, что дышать стало куда сложней.
— Я не должна ничего тем, кто меня предал.
Сквозь стекло глаз Марисы блеснуло какое-то чувство, которое я тут же переняла.
— Знаешь, ты очень смелая. Даже смотря на твой внешний вид. Мне очень нравится цвет твоих волос, — она подняла взгляд на меня, уперев его прямиком в мои глаза. — Удивительно, но в твоем возрасте я тоже красилась в похожий.
Я была в знатном шоке. То есть получается, что я лишь повторяю характер женщины, оставившей меня на дороге? Злость, как единственная доступная мне эмоция, быстро приливала к моей голове. Последствия этого были бы не слишком радостными. Поэтому я сделала глубокий вздох и закрыла глаза. Я пыталась телепортироваться, однако то у меня не вышло.
— Катарина? — я резко открыла глаза, проглотив вставший ком.
Элиглас вошел в мою комнату, где я была уже одна. Он выглядел встревоженно и не сводил с меня взгляда. А потом подошел и обнял. От него пахло какими-то травами, природой. Этот запах успокаивал.
— Что?.. — я резко пришла в себя и отошла назад. — Что ты хотел?
Я внимательно посмотрела на него. От него явно исходили эмоции. К тому же они были намного ярче чем ото всех, кто был здесь.
— Проведать как ты, — он постарался дружелюбно улыбнуться, но притворство плохо у него выходило.
Я кивнула. Находиться рядом с ним было даже слишком неудобно. Он хоть и имел молодое тело, душой был намного старше.
— Почему я не могу телепортироваться? — спросила я.
Элиглас хотел избежать ответа. Он уже развернулся и собирался выйти из комнаты, когда я поймала его за рукав.
— Где все мои способности?
Та злость, которая в общем-то и не далеко ушла, возобновилась. И становилась все больше, после того, как Элиглас проигнорировал меня. Ровно до тех пор, пока я не закрыла ему все пути, загородив дверь собою.
— Я тебя спрашиваю, чертов ангел, — я старалась говорить без дрожи, но осознание того, что он мертв, но все же жив душой, слишком напрягало.
Губы Элигласа тронула легкая улыбка. Если бы ее можно было описать словами, то собрав воедино все языки мира, не хватило бы слов для выражения той насмешки, смешанной с грустью, которая невольно передавалась и мне.
— У Архангела, естественно, — его рука мягко дотронулась до моей талии, отодвинув от двери.
Он вышел из комнаты и начал спускаться с лестницы.
— Куда ты пошел? — я тут же поспешила за ним, раздражаясь из-за его железного напускного спокойствия.
Как говорится, поспешишь — людей насмешишь. Я споткнулась, оступилась и чуть было не свалилась с пары ступенек. Само собой разумеется, что Элиглас с легкостью поймал меня. Это немного смягчило мой нрав.
— Как уйти отсюда? — тут же спросила его я, пока он был в зоне досягаемости.
— Без ведома Архангела — никак.
Он быстро отпустил меня, поставив на ноги и поспешил к выходу. Дома, как оказалось, никого не было.
— То есть получается я заложница? — крикнула я чуть громче, все еще спеша за ним.
Неожиданно мягкая рука Элигласа стала тверже и оказалась на моем рте.
— Заткнись и пойдем.
Спорить с почти единственным знакомым в этой местности не хотелось совсем, так что я пошла, куда он указывал. Выйдя из дома, ангел лишь прикрыл дверь и прошел дальше, устремившись куда-то в даль зеленых полей и возвышенностей, покрытых лесами.
— Куда мы идем? — поинтересовалась я, однако ответа не последовало.
Спрашивать более я не решилась и просто шла, куда меня вели. Ощущение не из приятных. Шли мы долго, пока не набрели до самого обрыва.
— И что это? — спросила я. — Мне прыгнуть вниз или как?
— Мы не умирать пришли, а передохнуть, — за пару часов это было первое слово от проводника.
Элиглас присел на траву, свесив ноги со склона и похлопал рукой по земле, подзывая меня. Я присела рядом. Босые ноги приятно обдуло летним ветерком. Я смотрела на множество деревень внизу, огороженных бескрайними полями и лугами, усыпанными цветами. Наверно, так я и представляла себе Рай.
— Что ты видишь? — неожиданно спросил он.
— Деревья, поля, дома, ты и сам это видишь, — с недопонимаем ответила я.
Проводник покачал головой.
— Я вижу совсем другое. Рай — это далеко не место, — ответил он. — Мы видим по-разному, особенно после смерти. Мы сами проектируем наш Рай. Всё в голове.
Я повернула на него голову и внимательно всмотрелась в его глаза. Неужели, это могло быть правдой?
— А что видишь ты? — осторожно спросила я, зная, что это, наверно, слишком личный вопрос.
— То, что лучше не видеть никому.
Элиглас откинулся на спину и посмотрел в небо. Для меня оно было безоблачное, голубое, просторное, представляющее полную свободу. Но каким оно было для него, — я не имела понятия. А что если б и Никлаус оказался здесь, то что бы он видел?
— Как ты думаешь, какая моя способность? — неожиданно спросил он.
Я еще больше удивилась его вопросам, но заставила себя подумать. Если бы у меня все еще была способность читать мысли, жить было бы проще.
— Вечная грусть? — скорее шуткой предположила я. — Или преобразование реальности?
— Распознавание слабых и сильных сторон, Катарина, — тут же ответил он, не улыбнувшись даже на мгновение.
Я также легла на траву. Это помогало расслабиться и прекратить думать о депрессивном.
— Ценная способность в мире охотников. Помогает убивать.
— И какие же мои слабые стороны? — спросила я больше для поддержания разговора, чем ради интереса. — Слабость или трусость?
Я почувствовала, как он покачал головой, но не спешил с ответом. Его губы что-то шептали ветру, который разгонялся все больше и больше, пока я размышляла о том, что может быть моими слабостями.
— Я не могу сказать, тогда ты не разберешься в этом сама. К тому же не все, что я говорил вчера вечером, было о тебе. Но скажу лишь, не называй предателями тех, кто хочет исправиться или защитить тебя. Дай им шанс, выслушай. Ведь он все же может быть твоим раем.
Я удивилась.
— Ты поэтому всегда такой угрюмый. Не выслушал кого-то? — язвительно сказала я, задетая тем, что ему известно обо мне больше, чем я того желала бы.
— Не лезь не в свое дело, Катарина.
Элиглас резко встал и помог встать мне.
— Архангел ждет тебя.
Примерно через час, что было трудно определить среди мертвых, мы оказались рядом с небольшим домиком, почти не отличавшимся от всех остальных. Элиглас остался снаружи, сев прямо на траву. Я прошла внутрь одна. Открыв дверь самостоятельно, как-то посоветовал проводник, я оказалась в миниатюрной комнатушке, где имелся только стол, стул, книги да кресло, на которое я и села.
— Катарина? — послышался голос позади.
Я хотела встать, однако голос тут же воспротивился.
— Нет, нет, сиди.
Я обернулась, увидев, как мужчина лет тридцати спокойно подходит к стулу, садясь за стол. Он выглядел очень опрятно и был в той же одежде, что и все здесь. Или мне так только казалось?
— Как ты, как себя чувствуешь? — заботливо спросил он, протягивая мне кружку чая, от которой я вежливо отказалась.
— Хорошо, а вы, собственно, кто?
Архангел улыбнулся и, ничуть не смутившись, принялся говорить дальше.
— Ты уже знаешь свою маму, теперь будешь знать и отца.
— Ты мой отец?
Он кивнул.
Если знакомство с матерью было настолько непредсказуемым, то знакомство с отцом, который оказался чуть ли не самым главным в Раю, превзошло всё.
Верни мои способности, и я вернусь домой. Все станет на круги своя. Ты меня больше не увидишь, как и прежние восемнадцать лет. У меня нет желания находиться здесь, — со скрытой злостью сказала я, но на ум приходили слова Марисы, может, он лжет.
Он покачал головой.
— У меня нет твоих способностей, — он как-то совсем не по-ангельски улыбнулся. — Если выполнишь задания, то сможешь их найти.
Я обхватила голову руками. Неужели, бессмыслица в моей жизни все ещё не прекращается? Зачем Архангелу прятать силы какой-то охотницы? Чисто для развлечения? Или это его шутки, как отца?
— Ты считаешь, что это законно? Насильно держать меня здесь? — я встала с кресла и посмотрела на него сверху вниз; все же общаться с Архангелом оказалось куда проще, чем с самовлюбленными Верхновными демонами, да к тому же не так болезненно. — Там, где только и есть что предатели?
— Как поймешь правила игры и выиграешь, можешь уйти даже не попрощавшись. Для многих рай является адом, — спокойно сказал он, с потухшим красным блеском в глазах. — Я всегда слежу за тобой, Катарина.
Он исчез. Был Архангел и нет Архангела. Я развела руками и со злостью вышла из дома. Элиглас быстро поймал меня за руки, не дав убежать. От неожиданности я закричала.
— Чего тебе-то? — огрызнулась я.
— Твое первое задание в Тайнебрисе, если ты все еще хочешь отсюда уйти, — безымоционально сказал он, не отпуская мои руки. — Советую поскорей узнать правила и начать им следовать.
Я посмотрела на него, не теряя злости и, стиснув зубы, оттолкнула.
— Правила созданы не для того, чтобы им следовать.