Глава 9
Я так и не отрывалась от его губ. Медленно скользя по ним языком, я чувствовала, как внизу живота просыпается такое же знакомое чувство, которым я хотела насладиться еще с самого утра. Через секунду он все же взял паузу, взглянув на меня.
— Ты правда сказала мне замолчать? — на его лице была улыбка.
— Да, — теперь я испытывала смущение, граничащее со стыдом, но именно это и давало долгожданное наслаждение. — Проблемы?
Он деланно покачал головой и слегка дотронулся до моей щеки. Еле касаясь пальцами моей кожи, он придвинулся ближе. Его большой палец неспешно прошелся по моим губам. Я знала, что была красной больше некуда, но не могла убрать с него взгляда. Неужели после стольких убийств что-то еще может дарить мне смущение?
Неторопясь, он остановился. Еще немного поводя пальцем по моим губам, Никлаус притянул меня к себе. Теперь спиной я чувствовала его, а шеей наслаждалась его горячим дыханием, влажным язычком и легким покусыванием. От последнего по телу проходила легкая дрожь, смешиваясь с прерывистым дыханием и смущением.
Через пару секунд его руки оказались на моей талии, еле касаясь разгоряченной кожи. Его пальцы осторожно приподнимали края моей майки. Хоть я и не была пай-девочкой, но мои щеки горели, а дыхание училась с каждым сантиметром, на который его пальцы поднимали мою одежду.
Прохладные пальцы слегка касались сначала моей талии, затем нащупывали каждое ребрышко, пока не дошли до края нижнего белья.
«Еще», — даже мысли разбрасывались так, что мне было сложно сосредоточиться на чем-то одном.
Теперь его губы дотронулись до кожи моей шеи с другой стороны. Я снова вздрогнула и слегка прикрыла глаза. Было очень приятно ощущать его губы.
«Ты уверена, что действительно хочешь этого?» — внезапно спросил он, чуть отодвигаясь.
Я задумалась. Сейчас это жгучее желание выпустить пар, отвлечься от неожиданных поворотов в собственной жизни и первым счастьем, но было ли это действительно моим? Или это вновь навязанные чувства самим Никлаусом? Я не знала ответ, отчего все действия становились бессмысленными.
— Я понимаю, — он крепче сжал меня в своих объятьях, зарываясь в волосы. — Тебе надо понять, чего действительно хочешь ты, а не те, кто вокруг тебя. И я подожду.
Я благодарно улыбнулась и, развернувшись, прижалась поближе к его груди. Никлаус усмехнулся, поглядывая на меня, поглаживая меня.
— Но это не отменяет того, что твои щечки такие же красные, как и волосы. От этого ты выглядишь еще милее, — проговорил он, чуть отдаляясь, чтобы лучше взглянуть на меня.
Я смотрела на него и невольно улыбалась. Теперь я ощущала тепло и тонкую благодарность за то, что он понимает меня, или хотя бы старается. Сейчас я точно знала, что это были исключительно мои чувства.
— Прекрати меня смущать, Никлаус! — чуть громче сказала я, закрываясь руками. — Давай вернемся к ответам на мои вопросы.
Он слегка рассмеялся, не меняя взгляда.
— О, теперь ты находишь это важным. А вот пару часов назад тебе было куда интереснее изучать мои губы.
Руками я закрыла лицо, после чего и вовсе отвернулась на другой бок. А я ведь так и не разобралась, насколько мне нравится, когда он меня смущает. Никлаус еще раз рассмеялся и притянул меня к себе. Мне стало не так холодно, когда его руки накрывали мои.
— Думаю, для начала не помешает одеться. Твои вопросы подождут столько времени? — он шепнул мне это на ухо, упираясь носом в шею.
Я что-то промычала.
Уже одетая я сидела в главном офисе, где впервые встретила Марису. Можно было бы сказать, что за время моего отсутствия там ничего не поменялось, ведь у меня было ощущение, что прошло уже больше месяца. На деле же всего день, поэтому это было излишним.
— То есть вы создали свой бойцовский клуб против демонов и ничего не сказали мне? — спросила я, переводя взгляд с Никлауса на Марису и обратно.
— Первое правило, — усмехнулся мой... друг.
— О нем знали только мы. Совет думает, что я на их стороне, Рейна думает, что на их. То же самое касается и Никлауса.
— Я вообще-то не с тобой говорила, — немного грубовато сказала я. — С радостью выслушала бы тебя лет скажем восемнадцать назад, но, увы, ты их провела где-то в другом месте.
Я с легкой грустью взглянула на кексик с уже задутой свечкой, стоящий рядом. До чего же скромное празднование. А что еще делать, когда весь свой, оставленный отчимом, капитал, я уже пустила на ветер? Однако мой восемнадцатый день рождения отличался неким счастьем, эмоциями и пылью в голове. Все воспоминания находились под слоем тумана, как будто пьяна я была каждый день.
— Я повторяю, Исса, — она упрямо посмотрела на меня. — У меня не было выбора. Если бы я была с тобой, то скажи мне, сидела бы ты здесь? Нет, дорогуша, сейчас ты бы уже закончила свою земную жизнь, просто потому что жалела бы себя, мол, какая печаль, куда ушел мой отец, — она безэмоционально изобразила истерику.— Вместо того, чтобы искать способы спастись.
— То есть находясь без вас обоих, я должна была думать, по типу, охренеть, как мне повезло жить с приемным отцом?
Я посмотрела на то, как уголки губ Никлауса слегка поднялись вверх, но под осуждающим взглядом Марисы не рискнули остаться на месте.
— Нет, отчего же, — в ее голосе слышалась усмешка. — Но ты бы так не отвечала.
От ее равнодушного и спокойного тона во мне просыпалась ярость. Неужели, она не понимала, что детям нужна мать? Неужели, не могла признаться, что ей просто не хотелось ответственности и глупых затрат своей драгоценной молодости? И неужели, так сложно заткнуться и поговорить на равных? Но если задуматься сейчас чуть глубже, а не хотела бы я в свои восемнадцать продления молодости, а не заботы о ребенке?
— Ты знаешь, как я узнала, что я не человек? — спросила я. — Я, блин, была найдена своим будущим сводным братом да напарником, знаешь где? Рядом с полуживой приемной матерью. Пока отец упивался своей драгоценной работкой, Демон упивался ее душенькой. И если бы не мой братец, я бы не сидела сейчас здесь. Просто потому что уже закончила б свою земную жизнь.
Я смотрела на ее равнодушное лицо и мне хотелось сделать все, что угодно, лишь бы оно выразило хоть одну эмоцию. Почему нельзя если не объясниться за свой поступок, то хотя бы посочувствовать? Наверно, я хотела того, что на самом деле было мне не нужно.
— Закончила бы, потому что с таким уровнем эмпатии, Демон с легкостью мог забрать и мою душу. А полу-ангельская душа ребенка многого стоит, — я вспомнила, что Никлаус никуда не уходил.
«Успокойся. Она сожалеет. Посмотри и ее мысли», — прозвучало в моей голове.
Я пренебрегла его словами. Мне не хотелось рыться в ее мыслях. Я вела себя, как ребенок, которого случайно забыли в магазине. И это надо было прекращать.
— Касаемо настоящего, — я пересилила свои эмоции и с вызовом заглянула в глаза матери. — Рейна противник, но что насчет Арго?
Мариса покачала головой. Она не хотела говорить этого прямо либо после моей тирады, либо зная, как я относилась к Арго. Она промолчала, что окончательно заставило меня забыть о том, кто я есть, и вывело из себя. Мне надо было остыть. Я хотела побыть на природе, но подсознание или же кто-то заместо его, выбрали за меня. Продолжая думать о Марисе, я подмяла пространство под себя и через минуту оказалась у себя дома. В старом, пыльном доме господина Эванса.
Прохаживаясь между закрытыми занавесками окнами, я с грустью смотрела на то, как здесь одиноко. И с какой-то ностальгией вспоминала, как впервые встретилась с Никлаусом, как встретила Демона и убила используемое им человеческое тело, как Киллиан, будучи еще живым, хоть и не свободным, приходил сюда, как иногда мы с Эйми делали здесь уроки, и как весело было сбегать отсюда посреди ночи, а также впервые засыпать рядом с бывшим нянькой. Мысли о Никлаусе навеяли и его способность.
«Где ты?» — прозвучало в голове.
Я начала подниматься по лестнице в свою комнату.
«Дома, где ты должен был следить за мной».
Я была уже почти в своей комнате, когда голос Никлауса резко изменился, и последующие слова он буквально прокричал, пускай и мысленно.
«Уходи оттуда немедленно! Слышишь?»
«Что? — удивилась я, берясь за ручку двери. — Почему?»
Повернув ее в правильную сторону, я попала в свою комнату, и меня тут же чуть не стошнило. В воздухе витал запах гнили и смрада. Я бы удивилась этому, если мой взгляд не наткнулся бы на разорванное тело моего отчима на кровати.
Некоторые его конечности лежали отдельно от общего тела. Было ощущение, что его горло перегрызла собака, оставив руку лежать на полу рядом, обливаясь кровью, от которой теперь были лишь сухие разводы. Сколько ж времени прошло.
У отчима не было и половины лица. Или я не смогла разглядеть ее из всего бордового месива. Живот был также распорот, и виточки кишечника спадали на пол, обвиваясь вокруг ножки кровати. Искусная работа. Сердца на месте не было, а вот мозг лежал практически отдельно. Многих частей тела и вовсе не доставало, в особенности мясной ткани. Как будто, его тело кто-то... съел?
Это, как мне показалось, и было ответом на мой вопрос. Но позже все стало куда серьезней. Откуда-то со стороны я услышала глухое сопение, смешанное с рыком. Я быстро обернулась, встретившись лицом к лицу с парой красных, горящих огнем глаз. Это был пес, размерами куда больше, чем обычно. С его морды, где торчало четыре острых клыка, стекали вязкие слюни. Смешиваясь с каплями крови, они давали бы удивительно противную жидкость, способную, в зависимости от ситуации, как мне казалось, и убить жертву.
«Что за черт?!» — я еле выдохнула, и тут же кинулась вниз.
Адская тварь погналась за мной. На ее лапах оказалась по несколько пар отростков. Шерсть хоть и была, но короткая. Из-за чего складывалось впечатление, что вместо нее была одна непробиваемая броня. Сверху глаз странные отростки, отдаленно напомнившие мне брови.
Ответ Никлауса я послушать не успела, ведь все мои мысли были заняты тем, как бы спасти свою шкуру.
Я не могла сосредоточиться на Марисе, чтобы исчезнуть отсюда, как по волшебству, но и остановиться, разумеется, тоже. Я вбежала на кухню. Пес живо догнал меня. Слюней стало в разы больше. Они, казались, среагировали на мой живой запах, ощущаемый им через подвижные ноздри. Я немедленно закрылась столом, а после, как на автомате, использовала силу парня с совета и отбросила его еще дальше. Прямиком на пса. Тот, казалось, даже не поморщился.
Спина твари переходила в увесистый хвост с такими же отростками, как над глазами, но куда острее. Если попасть таким в человека — считай пропал. И кто просил меня телепортироваться из спокойной базы в Варшаве куда-то всего-то, подумаешь, к себе домой?
Пес приостановился и грозно зарычал. Издавна не видела кого-то более ужасного, чем он. А мысли по поводу его происхождения еще больше донимали меня. Что если это сам адский охранник?
Не прекращая смотреть псу прямо в глаза, я быстро успокаивала себя, надеясь найти сил для перемещения обратно. Мне до дрожи в костях было противно смотреть на его изогнутую морду, украшенную пожелтевшими зубами и непробиваемой шерстью. Честно говоря, я смогла бы победить его, будь у меня с собой хоть что-то, кроме короткого клинка для ближнего боя. Ну или хотя бы спастись, телепортировавшись куда-то подальше. Однако моим мечтам было не суждено сбыться, поскольку сзади меня раздался самый противный мне голос.
— Ну вот мы снова и встретились, лапушка. Мы дали тебе время развлечься, — она улыбнулась, погладив тварь по голове, будто это был корги. — А теперь, куда бы ты не пошла без моей воли, он тут же похитит тебя, да так, что я стану твоей госпожой. Вот Равен удивится, скажи.
Комната преобразилась от ее заливистого смеха. Одета «госпожа» была в довольно нарядный костюм, в котором все прелести его тела были слишком красиво подчеркнуты. По сравнению с моей черной майкой с воротом под горло, да такими же черными простенькими брюками.
Я тут же взглянула на ее надменное лицо, замечая, как ее глаза направлены куда-то за меня. Резко обернувшись я встретилась глазами аж с двумя моими знакомыми. Себас и... Феликс.
— Перешел на сторону демонов после всего, что было между нами? — я с осуждением взглянула ему в глаза. — На кой-черт тебе это сдалось?
В глазах названного брата затаилась грусть. Но это было где-то там, глубоко. На поверхности была лишь одна едкая зависть, желание убивать.
— Мне стоило повстречать тебя, как я тут же заметил, что взгляд всех прикован к тебе, Исса. Отец тут же перешел к твоему. Софи тут же стала твоей подругой. Арго и тот, нашедший тебя, говорил мне, что без моего влияния ты была бы послушной. Что это я во всем виноват?
Он слегка потупил взор, но потом снова посмотрел на меня.
— Твой отец мертв. Но и это не решило проблемы. Он отдал все имущество тебе. Удивительно за какие такие заслуги, учитывая, что и дома то тебя особо не было. О, — он с издевкой посмотрел на меня. — А напомни мне, где ты была? Ты была со мной, гуляла по разным барам, убивая людей. Нравилось? О да, я видел этот блеск в твоих глазах, когда очередное беззащитное сердце оказывалось у тебя в руках. Но почему-то ни Арго, ни твой отец, ни высший совет не открывали глаза на эти проблемы, спуская тебе с рук буквально все. Скажешь, твое очарование? Да неужели. Твоя способность всех очаровывать была когда-то актуальной. И знаешь я забыл бы все это, не так уж мне и хотелось быть в центре внимания. Если бы не одно но.
Феликс медленно подходил ко мне со всей этой тирадой. В самом конце он резко взял мои руки, сильно перетянув запястья. Почему я раньше не заметила, до какой степени он психопат.
— Если бы ты была со мной, — он буквально выплюнул это. — Я звонил тебе, ты помнишь. Именно тогда я решал чью сторону выбрать. Хотел предупредить тебя. Но потом ты просто взяла и выкинула меня из головы, ни разу не вспомнив. И ушла к Равену. Негоже так обходиться с друзьями. Не находишь?
Ни Рейна, ни Себас не прерывали его все это время. Но после этой финальной точки, Рейна не спеша подошла к моему сводному брату и нежно поцеловала его в губы, исподтишка поглядывая на меня. Я по-прежнему с непониманием смотрела то на нее, то на обстановку в целом. Чего происходит, собственно? Также хорошо жили. В это время Себас быстро перехватил мои руки.
— А ты то что? Завидуешь, что забрала у тебя Равена или что? — мне и сейчас было абсолютно наплевать. Если я и смогла бы приручить их всех, то из множества знакомых Рейны, найдется тот, кто натравит пса против меня. Больно надо.
— Я всегда был против таких стерв, как ты.
Я усмехнулась, смотря, как Рейна приказывает появившейся из ниоткуда Марисе, отправить меня в Ад. От Себаса, к моему удивлению, шли волны угрызений совести. Наверно, надо было лучше узнать, кто на нашей стороне, и на какой стороне, собственно, я.
Что-то быстро коснулось моего левого запястья. Да так, что кожу начинало разъедать, будто ее полили кислотой, но никак не оружием. То был клинок, обработанный водой из подземной реки Смрада. Еще один способ отправиться прямиком в Преисподнюю.
Пространство также быстро менялось, как и при телепортации. Однако власти над ним, как там, я не имела. Признаю, я чувствовала легкий страх. Из головы все еще не выходило изуродованное тело отчима и жгучая потребность спасти Эйми. Фиговая из меня спасительница, если честно.
— Ну вот и пришли, Исса. Добро пожаловать.
Все мое тело тут же поразила некая волна отвращения, причем не моего. Я открыла глаза.
Воздуха практически не хватало. Передо мной не было ни адских ворот, ни лавы и огня. Был мрак и склоны, полные твердой переработанной из тел людей пыли. Наверху не было неба. Точно такая же картина пустоты из человеческих смертей ужасала своей реалистичностью. Чуть вдалеке виднелась черная, как смоль, полоска. Река Смрад.
— О, кстати, Исса. Не бойся, если будет сложно дышать. Это место не любит живых, — она усмехнулась. — Мы лишь на степи, разделяющей людской и демонический ад. Куда, думаешь, стоит ее сводить, Себас? — Рейна весело подпрыгивает рядом с братцем, но все же идет вперед.
— Вход в людской ад запрещен живым. Ты прекрасно это знаешь, — он безэмоционально потащился вперед, с тихой болью поглядывая на склоны, выступы и горы, снесенные будто после урагана смерти. — Так мы дойдем до Тайнебриса.
Мы двинулись вперед. Как только мы ступили на степь, песок оживал. Он двигался, говорил, показывал картинки. Я не понимала ничего из его немого сурдоперевода. Либо потому, что я чувствовала их страх, боль, ненависть, и не могла сносить их без ощущаемой физической боли, либо потому, что прямо сейчас я была жива. Продвигаясь вперед, я слушала хруст костей, неожиданные всхлипы других людей и детей да и не людей вовсе.
— Охота было терять свое время, чтобы позаниматься такой ерундой, как заставить меня походить по трупам? — спросила я, закрывая глаза от прилипчивой пыли.
— Не моя воля, — только и сказал Себас, упрямо идя вперед.
— Не понимаю, насколько надо быть разумным, чтобы вести живую в Ад, просто на экскурсию, — снова пожаловалась я, идя вперед с мыслями, что если что и случится, смерть — не худший исход.
В нос резко ударил запах гнили. Я, насколько это было возможно, взглянула вперед. Река. Не прошло и года. Внезапно, мои ноги соскользнули, да так, что я вполне могла остаться без них. Вода в этой реке убивает все. Даже то, что было давным-давно убито изнутри.
— Осторожно, — руки Себаса уже в который раз помогли мне не сохранить жизнь.
— Приказ был довести меня живой? — спросила я с интересом, смотря на его лицо, в котором теперь проглядывали нотки сожаления. — Или об этом тебе нельзя даже говорить?
Он резко отпустил меня, подальше от реки. И с презрением то ли ко мне, то ли к самому себе, отвернулся. Рейна уже вовсю болтала с каким-то демоноподобным существом. Мы подошли ближе.
— Она живая, — раздался его голос, будто у меня в голове.
Подходя ещё ближе, я начинала понимать, почему его голос так странно раздавался в моей голове. Дело не в акустике бездонной степи, а в зашитом вроде нитками рте. По человеческим меркам, он был немой.
— В ней течет ангельская кровь, — голос опять повторился.
Рейна закатила глаза.
— Высшая ангельская кровь.
После этих слов Себас удивленно посмотрел на меня и перевел взгляд на Рейну. Она, казалось, не была особо поражена его словами, в отличие от меня. Высшая ангельская кровь? Кто мой отец?
— Ты думаешь, матушка откажет мне в такой игрушке? — она состроила невинные глазки и посмотрела прямиком в черные, бездонные глаза охранника, без тени страха на лице. — К тому же папочка никогда не противился таким развлечениям.
— Разрешения от Верховных не было, — таким же сухим голосом, раздававшимся в голове, заявил страж, не пропуская к еле видному мосту, который я сразу и не заметила.
"Потому что об этом и не должны узнать", — мысли Рейны уже по моему желанию, легко передались мне.
Девушка почти незаметно кивнула Себасу, и тот единым словом решил эту несущественную проблему. Мы прошли в лодку для заманчивого путешествия по дьявольской реке. Напоминает сказочки и мифы, только сердце, готовое разбиться от слишком частого ритма, напоминало о том, что все это действительно происходит со мной.
— Берегись! — Себас силой толкнул меня в сторону от щупалец, поднимающихся, казалось, прямиком со дна.
Погруженные в текучую черную жидкость, они были похожи скорей на толстых червей, чем на... А это, собственно, кто?
— Не переживай. Обычные подземные твари. На девятом уровне таких полно. Притворяются полудемонами, однако по сути, у них даже разума нет, — разъяснила Рейна, весело шагая вперед, по ту сторону степи. — А стук живого сердца здесь услышишь не каждый день.
Мы прошли дальше. За рекой, за туманом, находился девятый уровень демонического ада. Правителя здесь, как и особо опасных демонов не было. Это была пустошь, куда преимущественно девались тела усопших да покоились божественные тела Верховных. Я глубоко вздохнула, проходя мимо похожих на человеческую кожу нарядов, которые, будто на вешалке, покоились где-то в стороне. Мне хотелось блевать, будем честны.
Я не помню всего, что происходило со мной в аду: многие воспоминания были стерты впоследствии, однако, что-то постоянно возвращает меня к этому странному месту, где, как мне казалось, я могла понять, чего хочу я, а не мое окружение.
Мы поднялись на восьмой уровень. Здесь и начинался Ад, в привычном его понимании. Повсюду суетились мелкие демоны. Многие из них имели совершенно не человеческое тело. У одних росли маленькие отростки на голове, что трудно было назвать рогами, другие и вовсе были похожи на простые сгустки слизи или шерсти. Врезавшись в одного такого, я еще долго не могла преодолеть отвращение ко всей этой процессии в целом. Данный уровень хоть и не был высоким, еще имел какую-то жизнь и некое движение. Здесь еще никто не постарел и не нашел себе приют, насколько это представлялось возможным для демонов.
— Дом, милый дом. Зайдем похвастаться нашим героем? — Рейна подмигнула братцу, отправившись в сторону возвышения, сделанного в центре небольшого «городка». Там, по логическим суждениям, должен был находиться правитель этого уровня. Осталось выяснить, кто именно.
Если бы раньше я знала, что в будущем мне придется оказаться лицом к лицу с Верховными демонами, я бы не стала пропускать демонологию только по причине людской жизни. Может, все уроки, которые есть в нашей жизни, все же пригодятся? Когда-то потом.
Мои руки были уже мертвенно-холодными, когда мы вошли в некую залу. Страх был во мне целиком уже тогда, когда я встретилась с самым низшим правителем Ада. Матерью демонов. Тело охватывал некий почтительный страх, нежелание перечить, выражать свои мысли, а то и вовсе существовать. Внутри все сжалось в один густой комок, отчего я еле подняла взгляд на саму правительницу.
— Мое почтение, — сказала Рейна, поклонившись сидящей вдалеке тени.
Слегка шевельнувшись, тень, казалось, различила гостей и быстро преобразовалась. Теперь перед нами сидела молодая женщина, чем-то напоминающая Рейну, но никак не прежнее свое обличье. За ее спиной развевались два черных крыла, занимающие половину самодельной комнаты. Я на секунду прикрыла глаза и сделала вздох, силясь абстрагироваться от страха.
— Мм, пахнет белым сердцем, — прозвучал ее миловидный голос, от которого мое тело поразила дрожь. По преданию, Верховные демоны по силе практически не уступали создателю, если он вообще имеет место быть. А голос служил их плетью и средством исполнения воли. Наверно, нет такой способности, которая не была бы им подвластна.
Себас мягко взял мою руку и, слегка сжав ее, придвинулся ко моему уху.
— Лилит. Правитель восьмого уровня.
— Но...
Я хотела что-то шепнуть, но правительница была уже рядом со мной. Размеры ее тела во многом превосходили мои. На Земле нет ничего, что можно было поставить в сравнение с ее ростом. Я взглянула вверх на ее лицо и равнодушно расправляющиеся крылья, нервно сглотнув. В один момент ее тело снова преобразилось, став сопоставимым с моим. Крыльев видно не было, как и прошлого темного одеяния. Теперь она была в совершенно человеческой коже.
— Бойкая, ангельская головушка, — ее белесая рука слегка провела по моим волосам, и я тут же почувствовала мертвенный холод, исходящей от нее. — Ты так похожа на нашего брата.
Белые, без зрачков, глаза обратились к Рейне. Бесцветные губы изобразили легкую ухмылку и были тут же возвращены ко мне. Мои проводники явно оценили ее шутку и не думали разъяснять ее мне.
— Такое же забытье, такая же непокорность давящему окружению, — она не отрываясь, смотрела на меня, из-за чего горло постепенно сковывал лед. — С такой душой можно и Рай захватить, не принять ту же участь.
Он еще раз осмотрела меня с головы до ног, придирчиво фыркнула и вернула прежнее обличье. Правительница воссела на трон, пропустив нас дальше.
Проходя уровень за уровнем мы шли к той, пока еще неведанной мне цели. Каждый раз Себас не забывал рассказывать мне о каждом из Верховных, видимо, осознав, что все уроки демонологии я благополучно пропустила. Многие из демонов выглядели слишком величественно, а рассматривая их обличья, я не могла не укреплять свой страх, единым взглядом проникновенных глаз. Каждый из них словно был правителем мира.
— Зло. Самаэль. Правитель седьмого, противник одного из архангелов, — сказал Себас, когда мы проходили мимо равнодушно оскалившегося демона; он не был таким приветливым. — Его терзает надежда уничтожить мир, отомстив за слабость. Хоть он и олицетворяет зло и является одним из сильнейших, сделать по сути не может ничего, пока живы остальные Верховные.
Я посмотрела на демона, чьи крылья были подожжены собственным гневом, и во мне самой родилось то же чувство. Агрессия на то, что есть некто сильней меня. Его острые клыки выпирали из выдвинутой вперед челюсти, пока кулаки, на коже которых вздымались вены, сжимали ручки трона, сделанного из, по всей видимости, переработанных человеческих костей. Он словно сдерживал себя, чтобы не напасть.
Прежде чем и я начала пылать яростью, Себас взял меня за руку, ведя прочь с проклятого места зла. Рейна затерялась где-то в покоях у Лилит.
Чем дальше мы шли, поднимаясь по ступеням, ведущим на новый уровень, тем сложнее мне было воспринимать себя такой, коей я была раньше. С каждым новым демоном мои желания менялись в худшую сторону. Их эмоции были слишком сильны, чтобы я могла целиком контролировать себя. Однако где-то в глубине души оставались и мои, истинные чувства. А желание понять, какие желания принадлежат только мне, пробудилось в аду с новой силой.
Смотря на то, как демоны ведут свои козни, игры и жизни, смотря, как драки происходят буквально на улицах Преисподни, как нравится демонам тренировать себя, пробовать свои силы, я находила это все более и более интересным. Может, для меня демонический Ад мог быть Раем? Но раз кровь во мне не подходит для их развлечений, моим желанием неизменно остается просто утихнуть и ждать Воскрешения.
— Пока мы не пришли на следующий уровень, — начал мой проводник. — Дай свои руки.
Я с недоверием посмотрела на него. Но раз уж в затерянном подземном мире мы оказались одни, я не нашла ничего лучше, чем послушаться. Он быстро перекинул веревку вокруг моих запястий, и мы продолжили путь.
— Неужели из сильных существуют только эти восемь демонов? — я снова взглянула на новый уровень, в котором оживления было куда больше.
— Ты, я смотрю, всю учебу пропустила, да? — он усмехнулся, не приостанавливая ходьбы. — Демонов сотни тысяч и даже больше. Одна только Лилит имеет в своем владении сорок тысяч легионов теней. За трон хоть и ведется постоянная война, эти девять демонов все также остаются одними из самых сильных, но не являются единственными.
— А почему мы тогда идем только через Верховных? — снова спросила я.
— Путь по городу не безопасен и нас давно бы атаковали какие-то адские животные. Теперь вопросы наконец-то закончились?
Я что-то язвительно ответила, и мы зашли в покои к очередному правителю, для того чтобы подняться на следующий уровень. Внутри у меня тут же что-то изменилось. И к тому же, почему Себас шел так далеко и отстраненно? Я попыталась приблизиться к нему, но он лишь сильней сжал мои запястья. Ой да ладно, убегу я что ли в конце концов?
— Искуситель. Будь осторожна. Азазель бывает слишком... — он не стал договаривать, лишь ускорил шаг.
Я смотрела на прекрасного полуобнаженного демона. Наверно, такого я видела в своих фантазиях. От него веяло мужеством, силой и сексуальностью. Я не совсем по своей воле смотрела на его лицо, заклейменные руки, ровный и правильный торс, переходящий в еще более правильные части тела. Его глаза с игривостью посматривали на мои. Демон явно меня заметил. Я быстро отвела глаза.
Он чувствовал... желание. Это было вечное желание, неугасающее с возрастом ни на секунду. И оно, соответственно, передалось и мне. Мне невольно захотелось тут же подойти к нему, дотронуться до его мертвенной кожи и остаться там. Внизу живота стало куда теплее, я, кажется, хотела быть здесь. После этого каким-то далеким оставшимся рассудком я поняла зачем Себас связал мои руки. Не сделай он того, я бросилась бы либо к Верховному демону, либо к самому Себасу. Проводник же, еще крепче сжав мои руки, повел меня дальше.
— Адский создатель, — снова сказал Себас, указывая на человеческую тень, с черными крыльями, чем-то напомнившую Лилит. — Всем известный, но боле не опасный, Сатана.
Я взглянула на извивающуюся тень, и на секунду мне показалось, что я увидела не демона, а кого-то родного и настолько понятного мне, словно отца. Во время моих размышлений Себас быстро снял повязку с моих запястий. Сатана в это время не поскупившись на слова сказал пару фраз на латинском, которые еще долго эхом раздавались в зеркальном зале. Я с дрожью прошла дальше, надеясь когда-то выбраться отсюда. Где-то глубоко во мне проснулась новая эмоция. Мне стало не по себе, от того, что он мог накапливать души, становиться сильней. Я завидовала ему.
Я кинула последний взгляд на его искаженное лицо. Мне показалось, что в его полностью черных глазах отражаюсь я сама в совершенно другом свете. Такая же как он, демон. Себас скорей повел меня вперед.
— Мучитель, — чуть тише сказал Себас, когда мы проходили мимо демона четвертого уровня. — Вельзевул. Подобный Люциферу, и... — проводник ускорился. — Тебе лучше не находиться здесь.
После встречи с ним я начала верить в собственную безнаказанность за любое дело, что бы не сделала. Эти мысли будоражили мой разум так, что руки горели жаждой крови. Мне хотелось убивать, зная, что за это не будет совершенно ничего. Себас быстро увел меня оттуда, несмотря на мои неосознанные сопротивления.
— Левиафан. Правитель третьего уровня, — сказал проводник, указывая на принявшего обнаженный человекоподобный образ демона, развалившись на троне; вокруг него находились всякие дары: золото да драгоценные камни, которые при более внимательном рассмотрении становились не более дорогими, чем пыль. — Противник Рафаила.
Демон кинул на меня ленивый взгляд и, не сводя с меня глаз, облизнул свои губы. Находясь рядом с ним, я невольно впитывала его тщеславие и алчность. Теперь уже и я верила в свою власть, жаждала ее. Эмпату не место в Аду, однако.
Неожиданно, Левиафан поднялся со своего места и принял схожий мне облик. Он не спеша обошел меня по кругу, после чего вновь вернулся к моим глазам, отчего внутри застыл безмолвный страх.
— Ох, за этот сладкий стук я отдал бы все, что угодно, — он слегка наклонился к моей груди, слушая биение сердца; да, там, видимо, все на этом помешаны. — Останешься со мной?
Демон медленно поднялся и, еле касаясь носом моей шеи... нюхал меня? Я попыталась сделать шаг в сторону, но не могла подвигать ничем, включая язык. А он так чесался ответить ему колкостью.
Внезапно со стороны раздалось осуждающее цоканье языком. Левиафан тут же отпустил меня, и я обернулась. С другой стороны зала неторопливо шел демон в таком же обличье, приближаясь к нам.
— Не хорошо забирать чужое, брат, — глухо сказал он, подходя ближе.
Я невольно сделала шаг назад. И с каких пор я представляю для кого-то такую ценность?
— Мгхм, — правитель этого уровня уклончиво склонил голову, однако в его глазах не прекращал гореть опасный огонек. — Астарт.
Последующие события заставляют меня серьезно задуматься о трезвости моего сознания. Экскурсию я, конечно, закончила. Не могу сказать, что получила особое удовольствие меняться под эмоциями кого-то настолько сильного, зато урок усвоила. Наши желания не всегда являются нашими.
Большинство событий были заботливо удалены из моей памяти. Многое, что вспоминалось со временем, записывались отдельно. В этом путешествии я встретила не только незнакомых мне доселе демонов, но и довольно знакомые лица и наслышанные имена. Даже теперь мне нелегко говорить об этом. Особенно после того, как я провела там так много времени.
***
Я смотрела на его голубые глаза, которые так отчетливо светились на фоне темного дыма. Мы были на крыше очередного здания в Тайнебрисе. По его губам легко стекало мороженое, которое мы взяли в одном магазинчике неподалеку. Оно хоть немного, но осаждало мою дрожь от всего происходящего, позволив на секунду вздохнуть.
— Хочешь покажу кое-что? — Себас привстал с самого края крыши и взглянул наверх, на, если это можно было так назвать, небо абсолютно черного цвета.
Он неторопливо снял рубашку и через секунду повернулся ко мне спиной, разглядывая, по всей видимости, мощеные улочки внизу. Я, пытаясь воспринимать происходящее, смотрела на то, как из его лопаток постепенно вырастают отростки, все более и более напоминающие крылья. Я вздохнула и сдвинулась слегка в сторону дабы не мешать, также свешивая ноги с крыши. Через минуту я увидела такие черные беспросветные птичьи крылья, совсем как у Лилит.
— Ты же падший, — на выдохе сказала я, когда он обернулся. — У тебя не может быть такого.
Себас усмехнулся и слегка дотронулся до своих крыльев.
— Дети Лилит, пускай и от людских мужчин, имеют привилегии.
Он оказался куда ближе. Крыша, ночь, другой мир, сродни с Преисподней, его голубые глаза. Казалось бы, куда романтичнее. Но за время, проведенное в Аду, я все же смогла начать свой путь к понимаю собственных желаний.
— Себас, не держи зла, но податливые демоны не в моем вкусе, — я слегка отодвинулась, не прекращая смотреть на его крылья.
Усмехнувшись, мой бывший проводник взглянул сначала вниз, после чего снова возвратил взгляд на меня. Без малейшего предупреждения он использовал свою силу на мне. Оттого-то, я и не помнила половину своего путешествия.
— Ты забудешь.