Impregnable

- Меня не пускают. - выдохнула я, спускаясь по ступенькам главного входа в род дом. Закарий стоял оперившись о машину и выпускал серые клубки дыма. - мама не отвечает, скорее всего ее повезли в род зал. Я написала смс, что я здесь и если что я тут же приду к ней.

- Выходит будем ночевать в машине?

Я оборачиваюсь, с надеждой в глазах смотрю на него.

- Ты останешься со мной?

Я отступаю подальше, ведь от него слишком сильно веет едким запахом никотина, что мои легкие просто сворачиваются в трубочку.

- Ну конечно. Если тебе нужно -я всегда протяну руку помощи.

Улыбаюсь. Мне показалось, или все таки эта фраза прозвучала двусмысленно?
Думаю он один из немногих засранцев, которые придут на зов о помощи. С таким не так трудно дружить, как казалось бы. Уверенность в себе, искренность к таким заблудшим душам, искренний разговор на ночь - и все. Вы в списке доверенных лиц.
Все было бы просто, если бы не мой страх вот перед такими парнями. Я не держала цели подружиться с ним, наоборот наша первая встреча вызвала во мне отвращение и желание уйти как можно дальше,  не связываться с ним.

- А ты помнишь нашу первую встречу? - как ребенок улыбаюсь во все тридцать два зуба, когда нахожусь в полу лежачем состоянии. Опущенные кресла автомобиля давали возможность поспать хоть пару часов и спасти уже затекшую спину. Закарий кивает, после чего не спускает с меня взгляда.

- Ты знаешь, я вспоминаю ее часто, это тогда дало мне возможность изменить мнение о девушках. Возможно немного изменила меня, и крупно перевернула мою жизнь. 

- И что же в ней особенного произошло?

- Появилась девушка-шатенка, которая открыла глаза на многие вещи. Серьезно, Ли, сколько бы я не язвил и не говорил что-то гадостное - ты для меня самый светлый человек. Ради таких как ты - мужчины сворачивают горы.

Я горько смеюсь заглядывая в шоколадные глаза. Наши лица находятся на таком близком друг от друга расстоянии, что я могу ощущать его дыхание, легко касающиеся шеи.
- Если бы я была той, о ком ты так завороженно говоришь. Не тебе ли знать, что я была с другим, в то время как мой парень даже этого не замечал.

- Ну ты знаешь, я эгоист. К тому же собственник. Меня мало волнует его состояние или уж тем более мысли. 

- Может мы не будем сидеть в машине и поедем ко мне домой? Ольга нас накормит и мы выспимся. Утром я уже поеду к маме, а ты... по своим делам? 

Я внимательно всматриваюсь в его профиль лица, как в темноте его ресницы отбрасывают тень на щеки. Зак лежит с закрытыми глазами, губы слегка разомкнуты, он долго думает, прежде чем тихо забормотать:

- Не стоит.  Если мы поедем к тебе, то не сможем вот так вот поговорить. Я не буду видеть тебя и слышать голос потому что наверняка меня положат в гостевой комнате, которая находится даже на другом этаже. Так что мне комфортней здесь. Лежать в миллиметрах от тебя и слышать дыхание. 

Замираю я, как замирает со мной мое сердце. По  сути такие спокойные, пробормотанные в дреме слова, смогли оказаться сверх романтичными, или возможно даже с долей интимности. Не могла даже подумать, что вот он, вот такой вот разбышака и сорванец Закарий может так красиво выражать свои мысли. 

***

На рассвете я уже открыла глаза, и тут же почувствовала что мы не находимся где оставались. Вопреки ужасному чувству отекшего тела, я вышла с автомобиля, где находилась одна.

- Карта на телефоне показала озеро недалеко отсюда. Здесь намного лучше. - Закарий сидел спиной ко мне, смотря на водоем  и  выкуривая очередную сигарету.

- Может быть хватит курить? - присаживаюсь рядом и стараюсь забрать с рук чертов никотин, но блондин уворачивается. - Ты же бросил.

- Сорвался. - тяжело выдыхает, выпуская едкие серые клубки дыма. Он даже иронично засмеялся, смотря на трубочку меж его пальцев. - Иногда нервы хлещут через край. И руки как-то сами потянулись.

На самом деле на улице было чертовски красиво: восход поражал своей красотой и грациозностью. Парк в такое время суток был девственно чист. Вокруг витали только голоса природы: шумела вода, было слышно шуршание травы на ветру и пение птиц. 

Из моей головы все не выходили последние моменты. Я постоянно перекручиваю словно видео нашу с Домиником ночь. По началу я даже старалась не думать, ведь уверяла и продолжаю уверять себя что я не жалею. К тому же потерянную девственность не вернуть и рано или поздно это должно было произойти. 
Многие говорят что это новый этап взросления, хотя я не согласна. Наутро мне стали ощутим мои внутренние изменения, но я не думаю, что это именно взросление. 
Нет. Просто новые чувства, ощущение, восприятие мира, это по-моему самое обширное, но не более. 

И да, я пожалуй готова чтобы признаться самой себе: мой страх потерять невинность не с тем человеком и старые душащие воспоминания не стоили этого. Девственность - не повод отдаваться кому попало, но и хранить ее после восемнадцати как какую-то ценность в жизни, пожалуй глупо. Я слишком переоценила себя глубоко внутри. И это чертовки глупо. 

- Ты.. прости меня за тот вечер. Я не должна была уезжать, или хотя бы обязана была предупредить тебя. - я опускаю глаза, и как можно сильней сжимаю край футболки. Мы сидим близко, я бы сказала даже очень. Перед нами озеро, а за спинами прекрасный парк с аллеями, лавочками, еще закрытыми закусочными и лавками, и с еще выключенными фонтанами.

- Я знаю, Ли. На тебя надавили и это я прекрасно видел. Просто... некоторые планы жестко обломались как только на территории появился твой Дом. - он кладет свою голову мне на макушку и наконец выкидывает бычок куда-то в траву. От него все еще не вкусно пахнет никотином.

- Что еще за планы?

- Теперь я не могу рассказать об этом. Все накрылось и вряд ли что я тогда задумал сможет получиться теперь. Может быть когда-нибудь я напьюсь в дрова и расскажу это тебе. Но прости, не сейчас. Для меня это немного болезненно.

Болезненно? Закарий никогда не говорил о боли. Как о душевной так и о физической. Хотя когда он влез в драку, ему пришлось показать свою неустойчивость. Человек не может быть стальным. И я думаю нормально, когда бывает больно и до ужаса неприятно. Это чувства, которые присущи человеческой душе.

Другой вопрос - следствие боли. Иногда душу раздирает словно когтями от не сказанных слов, не взаимных признаний, не сделанных поступков.
Для самых ранимых даже слышать довольно банальное "не люблю" сравнимо с хрустом костей. Иногда боль, щемящая где-то глубоко внутри, словно вырывает голосовые связки тем самым заставляя беззвучно просить помощи у самого себя.

И то, что Закарий никогда не говорит о таких чувствах как боль, сочувствие, сострадание, ранимость. Не значить, что он черствый. Внутри у него самая настоящая целая вселенная, в которой можно растворится. Он не впускает никого внутрь, всегда остается один на один со своими страхами. И я бы хотела узнать его изнутри, как какой-то ценный экспонат.

- Может быть и я когда-то напьюсь и мнооогое расскажу тебе. - протянула я, кладя голову на его плечо чтобы было удобней. Раньше, да в общем и сейчас мне не всегда хватает смелости для каких-то важных поступков. Часто мысли о том, что я могу все испортить попросту останавливают меня, не дав возможности рискнуть.
***

- Я думаю сейчас то вы меня пустите? Лаура знает что к ней пришли. - немного уставше, но твердо спрашиваю я. 
Больница наглядно заполнилась людьми. Краем уха слышны разговоры. В больнице наконец посветлело, и белые стены при солнечном свете уже не выглядят так мрачно как это было вчера ночью.

Девушка кивает, называя мне номер палаты.
Мне уже сказали что она родила. Закарий ездил со мной в магазин за мамиными любимыми лилиями и заодно я прихватила фрукты.
  Мне так страшно переступать за порог палаты, страшно, но жутко хочется увидеть ту маленькую жизнь, что всего несколько часов назад появилась на свет. Ребенок еще не понимает, что он несет вместе с собой. 

Мои мысли рассеиваются, когда я понимаю что  до сих пор стою у двери и я так и не осмелилась постучаться, мои руки настолько дрожат, что бедные цветы слегка трясутся в букете. Я выдыхаю, поправляя белый халат на плечах и слегка приоткрываю дверь.

- Лейла, солнышко, проходи. Не стой в дверях. 

Мама сидит на кровати и ярко улыбается мне, протягивая руки для объятий. 
- Ну как ты? - спрашиваю, мягко кладя лилии ей на тумбу вместе с фруктами и перевожу взгляд на чудо, что лежит в маленькой перевозной кроватке. Солнышко спит. Он настолько маленький что меня просто сжимается все внутри, и так трогает, что уже невозможно сдержать слез. Огромный синий чепчик,  детские перчатки на ручках кажутся просто громадными. 

- Наш Эрик только уснул. - она с такой материнской лаской укрывает его одеяльцем, слегка поглаживая ножки. - Я в полном порядке, это было так быстро, что я даже не успела оглянуться. 

Мне нравится что она так говорит, значить действительно все в порядке. На удивление мама выглядит довольно таки свежо. Обычно насколько я знаю, роды - очень тяжелый и мучительный для женщины процесс. И я думала маме в таком возрасте да еще и семимесячного рожать, будет жуть как не легко. Где-то даже читала, что со схватками можно проходить около двух суток.
И если вчера вечером ее только госпитализировали, а уже ранним утром в кроватке лежит это солнышко - похоже она неплохо отделалась.

- Я вообще не знала что все будет так быстро. Вчера днем я заказала себе суши и думала что просто рыба попалась не свежей, раз разболелся живот. Ольгита вызвала скорую
Правда эта врачиха на меня посмотрела. И такая: "Милая, да ты рожаешь" У меня глаза на лоб влезли, ей Богу. Зато рожать было совсем не тяжело, так как он крохотный, 2 килограмма 300 грамм всего. И да, папа насколько я знаю уже вылетел. Скоро будет дома. Ты останешься ненадолго?

Видя как светится мама от счастья, я тут же вспоминаю как когда-то давно они пытались завести ребенка. Мне было лет четырнадцать, и проблемы с отношениями в семье только начинались. Кошмары только начинали преследовать меня и я помню как мама ездила по больницам для всякого лечения. С каждым разом ей все тяжелее было видеть меня в поту посреди ночи в постели. И с каждым разом все тяжелее было видеть как с досадой врачи разводят руки, предлагая другие способы забеременеть.

А потом. Потом отец хотел закрыть меня в лечебнице. Я выплюнула ему в лицо что он тиран, которому запрещено воспитывать детей. И тогда их мечта родить второго ребенка отошла далеко в планы, так как начались серьезные проблемы со мной. 

- Я планировала задержаться. Доминик все равно в отъезде. А я не хочу летом тухнуть одной в квартире, так что я думаю вы не против? 

- Солнышко, конечно нет. Оставайся сколько тебе угодно. И я думаю с твоей помощью мне будет только лучше. И я очень счастлива что ты приехала. Вначале я думала позвонить, но боялась побеспокоить и...

- Прекрати. - перебила ее я. - с этого счастливого момента, я думаю все обиды в прошлом.

Мама смеется мне в ответ и накрывает мои руки своей ладонью. Я сразу бросаю туда взгляд и немного опешиваю. Ее руки уже не такие гладкие как были раньше. Кисти теперь украшают слегка вздутые венки. Ее кожа уже не такая молодая как была годами ранее. И от этого меня словно пронзает током. Мама стареет.
Возможно именно это служит неким толчком для примирения и в дальнейшем никаких ссор. Жизнь родителей не вечна. И тратить и так уже изношенные нервы - это только сокращать их срок.

Мне неприятно осознавать что возможно именно те скандалы и проблемы со мной послужили нескольким морщинкам на ее лице, парочкой срывов и днями утраченной молодости. 

Всем привет :) Как настроение?) Как лето?) Лично меня последние три или четыре дня накрыла депрессия, как и накрылись мои планы опубликовать главу раньше. Как вам прода?) Я думаю угодила, а там все пишите в комментариях ♥