Кобра. Наследница

Дженн

Бах. Упс. Как неловко. Я разбила вазу. Четвертую. Какая я неуклюжая. Мои губы непроизвольно растянулись. Черт. Это так весело - делать ему гадости. Я не знаю, как он отреагирует, но вот уже в сотый раз прокручиваю в голове картинку с выражением его лица, когда он зайдет в комнату. Вполне вероятно, что мне осталось жить всего-то ничего, но я не жалею о том, что сделала: рассыпала все книги с полок, разбила торшер около кровати и "совсем случайно" уронила четыре вазы. Кстати, дорогие наверное. Хотя, мне как-то все равно.
- Эй, Лекс, где же ты? Приди и останови  меня! Смотри, что я натворила! - прокричала я в пустую комнату. - Ты не придешь, тупая тварь! А знаешь почему? - я злобно загоготала, - Потому, что ты не знаешь, что я убиваю твою комнату, осел. Ты меня не остановишь. Засунь свои гребанные наручники себе в задницу, баран, они мне совсем не мешают рушить твой облачный дворец! - я забралась на кровать королевских размеров и начала скакать, истерически смеясь. - Я - королева зла и хаоса! 
 - Мало того, что ты Месть, так еще и сумасшедшая!? - я резко остановилась. Фак. Вот попадалово. Меня сейчас убьют. - "Я - королева зла и хаоса!" - перекривлял он. Я приготовилась к злому выражению лица Лекса и стала медленно поворачиваться. Но вместо этого я увидела приподнятую бровь и удивленное лицо парня, которому я надрала задницу на ступеньках перед завтраком. Меня затопило облегчение и разочарование одновременно. Облегчение от того, что я еще немного поживу и разочарование от неувиденного бешенства куриной жопы. Я начала сканировать его тело. Он был сложен физически также, как и Лекс. Бицепсы, пресс. Отличием были только резковатые скулы и светлые русые волосы. Не знаю почему, но он не вызвал во мне такого дикого восторга, как Лекс. И с каких это пор я начала всех сравнивать с ним? Лекс, Лекс, Лекс! Сколько можно, Дженнифер!? Я мысленно дала себе оплеуху. - Ну и что ты тут устроила? - спросил он, многозначительно осматривая комнату. - Ты ведь понимаешь, что когда он увидит все это - ты - труп? - в его голосе явно слышалось веселье.
Я пожала плечами с непринужденным выражением лица, хотя на самом деле во мне бушевала смесь любопытства и нервного возбуждения.
- Он мне ничего не сделает. - без особого энтузиазма ответила я. Ну, может быть, на самом деле я не была в этом так уж убеждена.
- Не уверен, рыжая, что мы оба говорим об одной и той же личности.
- Не называй меня так. - не то, чтобы я злилась из за этого. Всегда хотела иметь рыжие волосы. Уж чем - чем, но этим меня точно не взбесить. Просто моя натура требовала, что бы последнее слово всегда было за мной. Иначе говоря - я просто жутко вредная.
- Я буду называть тебя так, как захочу рыжая. - что ж, не я это начала.
- Ошибаешься, кареглазый. Ты будешь называть меня так, как я захочу. - все это время я подходила к нему, и, так как стояла на кровати, то была на добрых сантиметров двадцать выше него.
- И что ты сделаешь, рыжая, если, ну, дай ка подумать, напримееер... Нет!? - мы стояли уже нос к носу.
- Я завяжу твои яйца тебе на уши бантиком. - прорычала я сквозь зубы. Его глаза полезли из орбит от удивления. С довольной мордашкой, выражающей абсолютную победу, я спустилась с кровати. Уже подходя к двери, я услышала его голос:
- Знаешь, а ты мерзкая... - это звучало так, будто я была первой девушкой, сказавшей ему подобное. Повернувшись к нему, я вскинула бровь.
- Что, кареглазый, я первая, да? - спросила я, ухмыляясь.
- Что первая? - недоуменно спросил он.
- Я первая, кто хочет завязать тебе яйца на уши, а не засунуть их себе в глотку?
- По части девушек у нас обычно Лекс. Нет, другие конечно тоже любят "повеселится", но у него просто каждую ночь новая и обычно они не задерживаются здесь до утра. В отличие от тебя. - и тут до меня дошло. Он только что назвал меня одной из "подружек" Лекса. Наверное, по выражению моего лица, он понял, что до меня дошло.
- Ты! Мерзкий кусок дерьма! Ты только что назвал меня шлюхой! - заорала я, быстро шагая к нему.
- Черт, нет. Я не это имел в... - я не дала ему договорить, залепив такую пощечину, что его голова развернулась вместе с моим ударом. С потоком злости я не чувствовала боли в руке, но от силы, с которой треснула, на ней обязательно будет синяк. Да мне посрать! Я не какая то там шалава! Медленно отходя, я продумывала план мести. Не долго пришлось планировать.
- Ты, гребанный сукин сын! Да ты как посмел! Ты труп, мудак! - с этими словами я подняла какую то книгу и запустила ею в него. Он стал защищаться руками. Эти гребанные наручники не давали мне нормально замахнуться! Фак! Лекс и его гребанная херня! Я продолжала швырять книги и вообще все, что попадалось под руки. Он начал кого то звать, и, вскоре я услышала шаги.
- Мекс, Дрейк, остановите ее! Эта конченная какая-то, Лекс прав был. - закричал кареглазый, пригибаясь от очередной книги. Меня схватила пара рук и я начала выворачиваться.
- Не трогайте меня! Я медленно вырву каждую вашу ресницу по очереди, не скрывая явного удовлетворения при этом! - кричала я. Пригнувшись, я схватила какой то осколок и со всей дури ударила им по руке, держащей меня.
- Сука! Это больно! - ну, зато он меня отпустил. - Мекс, ее нужно вырубить. Она чокнутая, пусть Лекс сам с ней разбирается.
- Идите к черту вы все и ваш чертов Лекс! - вопила я.
- Да, солнышко, мы пойдем. - сказала нежно, но как то резковато копия Лекса. Он что то держал в руке, подходя ко мне. И когда я поняла, что именно, было слишком поздно. Через секунду я почувствовала укол в шею. Мои веки моментально отяжелели, а ноги подкосились. Я начала падать на пол, но чьи-то руки подхватили меня и я не ударилась. Моей последней мыслью было: "Черт, это же надо было так попасться!", а потом просто черная бесконечность. Ни рук, ни комнаты, ничего. Только черная бесконечность.