Глава 12 - Исцеляющая прогулка
Шаги были достаточно тихими, Ника двигалась с грацией кошки. Еë тело с виду было расслабленным, хотя изнутри она была напряжена так, что готова была убежать и скрыться из виду любого небожителя, даже не пытавшись. В беге ей не было равных, даже если бы она и не использовала кулон.
Она ждала в парке Молли, к которой всë же согласилась прийти, хотя был уже понедельник, а Молли писала с предложением погулять ещë в воскресенье. И в три часа дня ей нужно будет уже быть дома, чтобы пойти на акробатику и балет. Ещë вчера она отдала первые добытые лекарства врачам в больнице, где лежала еë мать.
Теперь Ника должна ходить каждый день к принцу Рафаилу, потому что почти каждое лекарство заканчивается за день. И в семь часов вечера она должна уже быть в раю на приëме.
Вечно оглядываясь и пытаясь найти знакомый силуэт, Ника шла по дорожке. Вокруг было много детей и небожителей, которые играли около цветущих деревьев и растений, сидели на скамейках и пили кофе. И наконец Ниялова увидела, как яркий бело-розовый силуэт махала двумя руками и
бежала к ней.
Глаза смертной девочки расширились от неожиданности, но та ничего не успела сказать, как еë притянули в объятия и
обняли всеми шестью руками. Ника не ответила на объятия, погрузившись в полный шок от такой тактильности, но как только Молли отстранилась от неë, еë голубой и карый глаз встретились с ядовито-розовыми.
— Привет!!! — воскликнула Молли, улыбаясь.
— Здравствуй, — мягко улыбнулась Ника в ответ.
— Рада с тобой вновь поговорить! И наконец я разглядела твои глаза вблизи! Ты не представляешь, какие они красивые! Они так сияют! Один прямо как небо, аа если на него свет попадëт, словно алмаз! А другой как чай или шоколад! Ты любишь чай и шоколад! Я очень люблю чай и шоколад! — без умолку тараторила Молли.
Ника замерла, пытаясь осмыслить информацию. Кому-то нравятся еë "уродливые" глаза. Нравятся!
Ника не могла в это поверить и это лишь
сильнее заставило еë движения быть скованными.
Они гуляли часа два, ходя про парку, около деревьев и всего, что только было. Ника в основном была слушателем, но очень внимательной, ведь запоминала информацию о рае и о самой Молли, сама того не замечая, с благим интересом.
И та начала корить себя за то, что еë мать в коме со сломанными костями, а она гуляет и восхищается небесами. За то что заводит дружбу и позволяет себе верить, что она красивая и чего-то стоит. Что она посмела кому-то портить жизнь, думая, что она кому-то будет хорошим другом. Что она ещё имеет право дышать, когда лжëт тому, кто хочет стать ей другом.
— Слууушай, а что ты чувствовала, когда умерла и тебя отправили в рай? — спросила Молли.
— Я... страх... ну, в смысле необычно здесь всë. Очень красиво, — тихо ответила она. — А ты?
— Ужас! — воскликнула Молли. — Когда я была человеком у меня было два старших брата – Энтони и Джонатан, и отец. Я... Не хочу в это верить, но возможно они в аду.
И глаза Ники вновь раскрылись при упоминании ада. Преисподняя всё таки существует.
— А ты? У тебя был кто-то при жизни? Скучаешь о ком-то? — с любопытством спросила ангельская девушка.
— У меня было два младших брата и сестры, и мать. Отец умер, когда мне было двенадцать лет, — без особых эмоций ответила Ника. — Скучаю по... запаху дождя, рассвету и закату. По прогулкам в лесу по ночам или самым ранним утром, когда семья ещë спит, а ты уже прыгаешь по деревьям и смеëшься с ливня, а ты ещë при этом в наушниках. По чувству свободы.
— Лазать по деревьям? — удивилась Молли, смотря на еë белый хиджаб. — Тебе удобно было в такой одежде? Или ты не носила раньше это?
— Я не носила раньше хиджаб, если ты про это. — покачала головой Ника в отрицательном знаке.
— А чем ты раньше занималась? И что заставило тебя носить этот "хиджаб"? — не унималась Молли.
— Я занималась балетом, акробатикой и воздушной гимнастикой. А ты? — посмотрела смертная с почти восхищением и блеском в глазах.
— А я танцевала! И пела! Обожала петь и танцевать! Постоянно с Энтони танцевальные баттлы устраивали, никто никого так победить и не сумел! — с радостью и лëгким возмущением говорила Молли.
— А как отец и другой брат на это реагировали? — подняла бровь в интересе неумершая душа.
— Джонатан закатывал глаза, но оставался в комнате и наблюдал. Иногда даже присоединился, если ему было делать нечего. А отец редко дома был, в основном на работе, да и я думаю, ничего хорошего он бы не сказал. — почти с обидой ответила ангел-паук.
Она посмотрела в небо и вновь обняла Нику. Та на этот раз даже прижалась в ответ и прикрыла глаза. Ей было непривычно, что кто-то, кроме еë семьи, трогал еë в таком нежном контексте. Не бил, не оскорблял, позволял чувствовать себя... нужной и любимой не как старшая сестра, а просто тем, что существует.
— Давай дружить? — тихо спросила Молли. — У тебя были друзья при жизни?
— Нет, не было... — тихо ответила живая душа. — Никогда не было.
— Тогда я соболезную этим людям, — пожала плечами Молли.
Девушки стояли так, что две передних руки Молли были свободны. А одной из другой пары рук, та не отпускала еë, ища физического контакта.
— Кстати говоря, Принцы и Верховные Серафимы сейчас то ли взволнованы, то ли ещë что-то. Несколько моих знакомых работают у Высших. Не напрямую, конечно, но передавали мне это. — с интересом поделилась Молли с Никой. — Ты как к сплетням относишься?
— Да как-то всë равно, — с равнодушием, но одновременно и с подавленным любопытством ответила та. — Слушай, а в раю есть правила?
— Конечно, — кивнула небожитель. — Их тоже выдают с крыльями, нимбом и паспортом. О, ещë тебе должны настроить устройства. Если в Земном мире можно было смотреть только за своим, то в аду можно и за адом, и за Землëй!
— А в раю, если следовать логике, то за всеми тремя мирами? — продолжила Ника.
— Именно! — с восторгом кивнула Молли.
— Извини, мне наверное пора, уже скоро три часа дня, а мне нужно вернуться. — извинилась Ника, делая поклон перед Молли, протягивая руки вверх, где левая ладонь лежала на правой. — Извини, если не сказала раньше, просто...
— Да всë окей, — с улыбкой перебила еë ангел, снова притягивая в объятия всех своих четырëх рук. И на этот раз Ника ответила, спрятав лицо у еë шеи, отказываясь показываться миру.
Они стояли так несколько минут, а после отстранились друг от друга и разошлись, хотя Молли предлагала проводить еë до той квартиры, где она жила, но Ника со всей вежливостью и любезностью отказалась.
Скрывшись в ближайшем переулке, она использовала порталы и исчезла дома, в своей комнате.
Еë крик радости был слышен на весь дом, на все два этажа, хотя она пыталась сделать его глухим в подушке.