глава 8
Виктория Лазарова
Подготовка к свадьбе шла полным ходом. Я, конечно же, клала хуй на неё. Хотя нет, меня заставляли участвовать в этом. Но не по собственному желанию: я сидела в гостиной и спорила с сучкой-ангелом из-за чёртовых цветов.
- Живые, они красивее будут смотреться! - возмущённо едва ли не кричала на меня Кери, а на её лбу появились характерные морщины.
- Дура, они быстро сдохнут. Лучше искусственные! - орала я в ответ, не поскупившись на ругательства. - Нахуя покупать живые дорогие цветы ради одного сраного мероприятия? Купите сразу дохлые, и дело с концом!
- Я не дура! - начала возмущаться она. В её крошечный мозг впечаталось только одно оскорбление, а остальные мои слова она пропустила мимо ушей.
Закатив глаза, я откинулась на спинку кожаного дивана. Господи, какая же она тупая сука. Так и хочется раскрасить её морду за несколько дней до моей свадьбы.
И тут я выдала своё любимое, что заставляло эту шлюху заткнуться и не спорить со мной:
- Я невеста, так что выбор остаётся за мной - цветы будут искусственные.
Она поджала губы, но не стала спорить дальше. Спасибо, шлюха. Я довольно выдохнула и откинула гадкий журнал на стеклянный кофейный столик. Заебали суки.
- Так вы решили, какие цветы? - вкрадчиво поинтересовался Данте, наклонившись ко мне сзади, появившийся неизвестно откуда.
- Чёрт! - выдохнула я, едва не крикнув, вздрогнув. Оборачиваюсь к нему: ты давно здесь стоишь, ирод?
- Недавно, - ответил пидор и, обойдя диван, уселся рядом со мной. Слишком близко для урода, который мне пока что никто.
- Я решила, что цветы будут искусственные, - хмыкнула я, отодвинувшись от него. Гнида, не лезь.
Его моя реакция только позабавила, и он в ответ поднялся с дивана и подошёл ко мне. Прежде чем я, тупая, поняла, что он делает, этот урод подхватил меня на руки и сел на диван. При таком раскладе я оказалась у этого гада на коленях.
- О-оу... я тут вспомнила, у меня цветы завяли, нужно полить, - пробормотала ангелочек и смотала удочки. Съебалась сука.
- Ты что делаешь? - нахмурилась я, пытаясь слезть, но этот сучёнок держал меня за талию, не давая уйти.
- Хочу проверить реакцию своей куколки на подобную выходку, - сообщил урод с самодовольной ухмылкой.
Выбесил. Я замахнулась рукой, чтобы влепить ему пощёчину, но он перехватил моё запястье своей рукой.
- Отпусти, - сказала я раздражённо, пытаясь вырвать руку, но этот тупой куколд только сильнее сжал её. Не до боли, но крепко.
- Не хочу, - ответил он, и его ухмылка стала ещё шире. Козёл. Он приблизился ещё ближе, и его горячее дыхание обжигало мне шею. Щекотно. - И что же ты сделаешь, милая?
Урод, какая я тебе «милая»? Парнокопытный.
Хмыкнув, я попыталась влепить ему пощёчину свободной рукой, и её мой благоверный жених тоже перехватил, прежде чем она достигла цели - его щеки.
Блять.
- Отпусти меня, - запротестовала я, дёргая руками. Бесполезно. Этот урод намного сильнее меня, и то, что я в его лапах дёргаю руками, как жук лапками, ему по барабану. Выродок.
Ответа я не получила. Вместо этого этот урод подложил меня под себя, как подстилку.
Картина обзора быстро изменилась: теперь я смотрела на него снизу. Спиной я вжалась в диван, а тот огрызок навис надо мной и держал обе мои руки над головой.
Как так-то? Что мне делать? Нахмурившись, я вопросительно посмотрела на него. Тц, из-за этого урода у меня скоро морщины появятся, не удивлюсь, если в тридцать лет у меня будет седая башка.
- Ты что делаешь? - спросила я, выдохнув. Его лицо было всего в нескольких сантиметрах. Мой взгляд невольно скатился с его глаз вниз, к его губам.
И только через пару секунд я поняла, что пялюсь на его пасть. Испанский стыд! Была бы у меня свободна рука - влепила бы себе пощёчину. Нет, я, конечно, не смущалась глядеть на губы своего жениха - а чего смущаться? Он же через несколько дней станет моим мужем. И всё же не стоило так открыто смотреть.
Отогнав непрошеные мысли, я перевела взгляд ему в глаза - урод пялился на меня в ответ.
- Ничего, просто любуюсь своей будущей женой, - хмыкнул он наконец-то.
- Слезь с меня, - возмутилась я раздражённо.
- И не подумаю. Назови мне хоть одну причину, почему я должен это сделать?
Этот вопрос поставил меня - умную и образованную женщину - в тупик. Действительно, почему? Он на меня не давит, и кроме рук меня не касается.
- ...слишком близко, - наконец-то выдавила я из себя и тут же отвела взгляд в сторону.
Ужас! Катастрофа! Из всех отмазок я выбрала эту тупость! Боже мой, в этой Италии я стала ещё тупее, чем была! Так, Виктория, соберись, тряпка!
Взяв себя в руки, я посмотрела на него, и господи, пожалела об этом, как только сделала. Этот урод улыбался на все тридцать два зуба. Ему, видимо, нравилось это.
- И мне руки затекли, отвали уже.
Меня это чудо уже не слушало, он был в своих - наверняка пошлых - мыслях.
Хмыкнув, он наклонился и поцеловал меня. Ну, поцелуем это было сложно назвать - простое прикосновение чужих губ к моим. И наконец-то отпустил мои руки и отстранился. Стоило ему это сделать, как я тут же отстранилась и, словно ошпаренная, вскочила с дивана.
Я хотела вмазать ему кулаком, но... Что обо мне люди скажут, если на свадьбе мой же жених будет с фингалом? Поэтому я с размаху влепила ему пощёчину.
И убежала оттуда, как крыса в нору.
На следующее утро мне пришло очень милое сообщение:
"Тварь старая, мы прилетели в Италию, приедь и забери нас из аэропорта."
Очевидно, что это Лёшка написал, сопляк, гадкий мой братец. Так, стоп. Что они сделали? Прилетели в Италию. Что я должна сделать? Забрать их из аэропорта.
Вскочив с кровати, я забыла про свой внешний вид и побежала к Данте - за несколько дней жизни здесь я запомнила, что и где находится.
Кто бы мог подумать, что спальня этого урода была напротив моей.
Без стука и без разрешения я влетела в его комнату, распахнув дверь с возмущённым голосом:
- Эй, несчастье ходячее, проснись и пой!
Я бесцеремонно прошла внутрь и распахнула шторы, заставив моего прелестного старика зажмуриться от яркого солнца.
К моему шоку, который наступил после того как я осознала и увидела картину, я была в ахуе.
Мой благоверный был едва ли не голым. На нём были только боксёры. Он лежал на животе, уткнувшись лицом в подушку, одна его рука свисала с кровати. А край одеяла лишь слегка прикрывал его бёдра.
Я, как и каждая уважающая себя барышня, тихо прокралась к его кровати, достала телефон, зашла в камеру и сделала несколько фото этой соблазнительной картины.
Данте поморщился и потянулся к одеялу, видимо он вовсе не хотел просыпаться. Урод.
Я наклонилась к нему и заорала на ухо:
- Проснись, старикашка! - заорала я едва ли не на весь дом. Мой пенсионер испуганно вскочил, и весь сон с его морды слетел мелкой пылью.
Я прямо-таки видела, как в его глазах загорелась ярость и лютая ненависть к той, кто прервал его сон. То есть ко мне. Интересно, что ему снилось? Наверняка какая-нибудь беловолосая шалава.
- Я надеюсь, у тебя весомая причина, почему ты разбудила меня в такую рань? Сколько сейчас часов? - угрюмо сказал он. Я же закатила глаза.
- Шесть. Причина просто катастрофическая. Ко мне родители с братом приехали, - говорю я возмущённо, поставив руки по бокам.
- И что с того?
Его равнодушие меня добило. «И что с того?» - это всё, что он способен сказать в такой ситуации? Серьёзно? Ему что, похуй вообще?
- Тебе похуй? - прямо спросила я, прищурив глаза.
- Нет, не похуй, - выдохнул он. - Просто я не понимаю, чего ты так вспылила только из-за того, что приехали твои родственники.
Нет, ну он тупой какой-то? Или это из-за старости у него беда с башкой?
Цокнув языком, я бесцеремонно пошла к его шкафу и распахнула его. Ну а что стесняться? Мы же скоро поженимся. И стала смотреть его шмотки. М-да, как всё скудно: чёрные костюмы, бордовые или чёрные сорочки и пара белых.
- Ты на похороны каждый день, что ли, ходишь? - фыркнула я, не оборачиваясь, и без лишних церемоний рылась по его шкафу в поисках приличных шмоток.
- Не каждый день, - отмахнулся он, бесшумно идя ко мне.
Я только хмыкнула в ответ, взяла серую сорочку и какой-то более-менее нормальный костюм. Обойдётся без галстука, он идёт не на мероприятие, а на встречу. Знакомство. С моей семьёй.
Опа-ча. Я почувствовала его руки на своей талии, а его обволакивающий, бархатный голос у самого уха...
- Дорогая, ты уже в моём шкафу роешься? - спросил он с издёвкой.
- У тебя ужасный вкус в одежде, - фыркнула я, не оборачиваясь к нему, хотя сердце предательски забилось быстрее. Это что, инфаркт? Но я слишком молода.
- Исправишь это после свадьбы? - поинтересовался он, веселясь ещё больше. Он притянул меня к себе так, что спиной я была вплотную прижата к его груди.
- Обязательно, - съязвила я, попытавшись отстраниться. Бесполезно. - Может, отпустишь меня?
- Не хочу. От тебя приятно пахнет, - ответил он и уткнулся лицом мне в шею. Да что это, чёрт возьми, такое? Псих, он просто псих. Ну пахнет от человека хорошо, так это значит, что сразу нужно нюхать его?
- Да прекрати ты уже, нам же нужно поторопиться в аэропорт, - запротестовала я, а он только сильнее прижал меня к себе.
- Я отпущу, но только если ты выполнишь одно моё условие, куколка. - Он развернул меня лицом к себе, словно я и вправду была куклой в руках кукловода. И снова он был слишком близко.
- Что за условие? - поинтересовалась я, нахмурившись. Могу поспорить, что он загадает какую-то хрень.
- Поцелуй.
Так и знала, не мог же этот гад загадать что-то нормальное. И всё же делать мне нечего. Выдохнув, я встала на носочки - потому что этот урод был высоким - и поцеловала его в щёку.
Этот ушлёпок ведь не говорил, куда именно целовать. Ну вот я на своё усмотрение и поцеловала его. Дурак.
Вот только дура здесь только я. Одной рукой придерживая меня за талию, другую он положил мне на затылок, полностью лишая шанса отстраниться от него. Я в ловушке.
- Попалась, - говорит он хриплым голосом мне на ушко. По позвоночнику предательски пробежали мурашки. Не от страха.
Я попыталась отстраниться. Результата ноль. Данте наклонился и укусил меня за шею. Резко выдохнув воздух через рот, я замерла. На месте укуса появилась лёгкая, приятно ноющая боль.
Когда Данте отстранился, на его лице была довольная ухмылка. Что он сделал? Он убрал руки и поднял их в жесте добровольной капитуляции, сделав несколько небольших шагов назад.
Когда до меня, тупого создания, дошло, что этот урод намеренно оставил на мне следы, я тут же рванула к зеркалу и, слегка оттянув ворот сорочки, заметила на шее красный след. Засос. Укус.
- Уродец, - выдохнула я наконец. Повернувшись к нему, я схватила со шкафа кожаный ремень с железной пряжкой и без лишних раздумий ударила ублюдка по мягкому месту.
Он вскрикнул и схватился за место удара.
- Сука, - хрипло пробормотал он.
Злость во мне только умножилась. Этот паршивец назвал меня сукой? Да он в край обнаглел.
Не долго думая, я снова замахнулась ремнём, чтобы шлёпнуть его по заднице, но он перехватил мою руку и вырвал ремень. Чёрт. Облом века.
- Так, милая, думаю, тебе пора пойти и остыть, - сказал он и потащил меня к двери, распахнул её и буквально вышвырнул меня, как котёнка, в коридор. - Жду тебя на первом этаже через полчаса, приведи себя в божеский вид, всё же мы поедем за твоей роднёй.
И самое смешное, что сказал это мне тип, который стоит в одних трусах. Он тут же захлопнул дверь перед моим прекрасным личиком.
Показав ему язык - хоть он этого и не увидит - я направилась в свою комнату.
Зайдя внутрь, я стала рыться в шкафу. Нужно надеть что-то такое, чтобы оно прикрывало шею и не было видно алого укуса. Но сейчас же лето, солнце. И я не могу одеться как чёрт знает кто.
Хмыкнув, беру чёрное облегающее платье длиной чуть ниже колен. Его я взяла из-за высокого воротника.
Но мне это показалось слишком... тусклым. Не хватало украшений. Я та ещё сорока и люблю блестящее. Усмехнувшись, надеваю золотые серьги с тёмно-синими камнями, в цвет моих глаз. Ну вот, другое дело.
Хмыкнув, расчёсываю волосы и завязываю их в высокий хвост. Он сюда подходит идеально. На ноги надеваю чёрные туфли на высоком каблуке, которые подчёркивают мои стройные ноги.
Напоследок лью на себя много, очень-очень много духов - чтобы за километр пахло. И, взяв сумочку, шагаю к двери.
Оу, Данте, оказывается, компетентный человек. И подкаблучник. Надел ту одежду, которую я выбрала: чёрный пиджак и брюки, белая сорочка и чёрная классическая обувь всех мужчин.
- Куколка, ты опоздала на двадцать минут, - а язык у него всё такой же паскудный. Ему лучше и вовсе пасть не открывать.
- А мне положено. Я женщина, - фыркнула я, закатив глаза и направляясь к жениху. - И каждая уважающая себя женщина должна опаздывать.
- Ты просто некомпетентна, - цокнул он языком и мягко, но настойчиво взял меня под руку. Без моего разрешения.
Хмыкнув, я намеренно наступила каблуком ему на носок ноги. И, негромко постукивая туфлями по кафелю коридора, направилась к выходу, пока этот лох тихо скулил от боли.
Он быстро нагнал меня и властно положил руку мне на талию, притянув ближе к себе. Сука.
Кстати, я сегодня не видела Ангела. Сдохла, что ли, сука? Ну, туда ей и дорога.
Когда мы вышли из особняка, нам в глаза ударило яркое солнышко. Эх, в такую погоду нужно загорать, а не шляться где-то.
Когда мы дошли до машины, Данте учтиво открыл мне дверь и мягко подтолкнул к пассажирскому сиденью. Как только убедился, что я села, он закрыл дверь, обошёл машину и устроился на водительском месте. Пристегнул ремень безопасности и повернулся ко мне.
- Нервничаешь, куколка? - спросил он спокойно, почти вежливо.
- С чего ты взял? - хмыкнула я, закатив глаза. - Я не нервничаю, да и с чего бы мне...
Он заткнул меня конфетой. Всунул мне в рот шоколадную конфетку со сгущёнкой внутри. Я тут же забыла про Данте и его тупые вопросы.
Усмехнувшись, он наклонился ко мне и пристегнул ремень безопасности - я, дура тупая, забыла об этом. Отстранившись, он завёл двигатель и поехал в аэропорт.
Тг: Ада Рейн