Красная ложь

Виктория Лазарова

В дверях моей новой комнаты появилась ангел, собственной персоной — сука. 

— Чё припёрлась? — спросила я грубо, без натянутой вежливости, нахмурившись. Из-за этой дряни у меня морщины появляться начнут. Надо избавиться от неё пораньше. 

— Хочу поговорить с тобой о нём, — ответила она и без разрешения зашла в мою комнату, прикрыв за собой дверь. Какая наглость у какой-то шлюхи. Абсурд. Задушить бы её за такое. 

— Говори быстрее. Мне не особо интересно слушать твою тираду о том, как сильно ты любишь Данте и что он принадлежит только тебе, — фыркнула я без лишних церемоний, только с желанием побыстрее от неё избавиться. Раздражает меня эта шалавушка. 

— Ну раз уж ты сама это сказала, то понимаешь, что ты для него только вещь. Развлечение. А я с ним уже больше двух лет, и он мне доверяет, — говорит она с усердием, от которого меня воротит. Дрянь собирается тянуть моё время? Обломись, сука. 

Без лишних церемоний я схватила эту девку за локоть и потащила к двери. Она вскрикнула и попыталась упираться. Кстати, эта гадина была меньше меня ростом, да и более компактная, меньше меня в пропорциях. 

— Я тебя услышала. Запомни, сука: мне не интересен твой Ромео и ваши с ним отношения. Не беси меня — и будешь в порядке. Но если будешь лезть ко мне, то даже твой Данте тебя не спасёт, — говорю я ледяным тоном и, распахнув дверь, вышвыриваю её в коридор. Потеряв опору, она споткнулась о ковёр и упала. — Поняла меня? 

В ответ эта размалёванная фифа только выкрикнула: 

— Ты!.. Как ты посмела так со мной разговаривать?! Данте тебя… — слушать её угрозы я не стала и, показав ей средний палец, захлопнула дверь перед её носом. 

Вот ещё — нервы себе трепать с этой падалью. Да и я её даже не знаю. 

— Рот закрой, а то зубы будешь в баночку собирать, — крикнула я ей, усмехнувшись, идя к кровати. И поверь, копыта сейчас дорого стоят — уж я-то знаю. 

Она ещё несколько минут орала всякие ругательства в мой адрес, но я не особо вникала в их суть. Вместо этого я уселась на кровать и, взяв телефон, начала переписываться с… никем. 

У меня не осталось тех, с кем я могу переписываться. Подруги — в России. С родителями у меня нет желания контактировать, они предатели. 

Мне остаётся только листать ленту Инстаграма и смотреть сторис, что у кого нового. В этот момент я ощутила себя одиноко. Впервые за долгое время. Тц, блять. 

Данте Росси

Сопроводив Викторию в её комнату, я направился в свой кабинет. Марк же сказал, что у него появились личные дела и он отлучится. Вернувшись в кабинет, я сел в кожаное кресло за массивным деревянным столом. 

Ну что ж, сейчас у меня появилось время обдумать всё произошедшее. Вика оказалась не «обычной женщиной» с мягким характером. Нет, совсем нет. Она оказалась настоящей ядовитой змеёй, и та её пощёчина… Вместо злости я ощутил восторг, странное возбуждение. 

Виктория меня впечатлила, и я захотел привязать её к себе. Медленно ломать и перевоспитывать её кнутом и пряником. 

Это не любовь, точно не она. Скорее интерес. Такого любопытства я не испытывал даже к Кери, которая живёт в моём особняке больше двух лет. Она — мой живой запас крови. Обладательница редкой четвёртой группы, и если я получу ранение, именно её кровь используют для переливания. 

Внезапно дверь моего кабинета распахнулась. Я инстинктивно потянулся рукой под стол, где был приклеен пистолет. 

К счастью, это была Кери, и оружие мне не пришлось использовать. Её вид был растрёпанный: платье смято, волосы взъерошены. Под глазами виднелись следы от растекшейся туши. Она плакала. Недавно. 

Ворвавшись в кабинет, Кери бросилась ко мне. Убрав руку с пистолета, я поднялся с кресла, девчонка тут же уткнулась лицом мне в грудь и начала рыдать. 

Я не обнял её. Не стал успокаивать. Она мне никто, просто донор крови. 

Но очевидно, она так не думала. В её радужном мире у нас были какие-то отношения. Иногда своей наивностью она меня бесила. Но всё же я прожил с ней два года и не мог просто оттолкнуть или ударить за то, что ворвалась ко мне в кабинет. 

— Что случилось, Кери? — спросил я сухо, на русском языке. Кери не знала итальянского, она была из России. Чуть отстранившись от меня, она тихо всхлипнула и перевела на меня взгляд. 

— Т-та девушка… — её голос дрожал. Она снова притворялась жертвой. — Которую ты сегодня привёл… она меня ударила и толкнула так, что я упала… 

Я слегка удивился этой новости. Виктория только приехала и уже устроила драку? Пф. Не ожидал подобного от невестушки. На моих губах расплылась ухмылка. 

Кери же, заметив это, помрачнела. И смотрела на меня вопросительным взглядом. Она даже прекратила ныть. 

— Почему ты смеёшься? — спросила она робко, впиваясь в меня взглядом голубых глаз. 

— Потому что мне весело, разве не очевидно? — произнёс я с издёвкой, отстранившись от неё и вернувшись в кресло. — Если ты думаешь, что я буду лезть в ваши девичьи разборки, то глубоко заблуждаешься. — мой голос стал жёстче. — Мне дела нет до твоих проблем. 

Жестом я указал на дверь. 

— Выметайся из кабинета и не смей сюда входить без стука. 

Кери застыла. Видимо, она не ожидала такого поворота. В её радужном мире я должен был её успокоить и пойти к Виктории разбираться. Только она не учла того факта, что она мне никто. Лишь расходный материал, который легко заменить. 

Медленно, будто окаменев, она направилась к выходу и остановилась у двери, бросив на меня взгляд через плечо, будто надеялась, что я её остановлю. 

При Виктории я был мягок с Кери только затем, чтобы посмотреть на реакцию невесты. К моему удивлению, она лишь с отвращением и лёгким безразличием наблюдала. Не пыталась вмешаться или прервать нас. 

Видимо, она придерживается позиции: я не трогаю никого — и не трогайте меня. 
И всё же, тогда почему она ударила Кери? Видимо, эта девчонка сама полезла к ней. Забавно. 

Через несколько часов, которые я благополучно провёл в кабинете за бумагами, настал ужин. 

Я послал одну из прислуги, чтобы она пошла за невестушкой. 

Когда за столом уже сидели я и Кери, моя змеюка соизволила спуститься. Её волосы были завязаны в высокий хвост, на ней была чёрная одежда: спортивные штаны, белая водолазка и сверху спортивный свитер. Она выглядела красиво. 

— Жених, не мог бы ты держать эту пернатую сучку при себе? — первое, что спросила она, презрительно глянув на Кери. 

Я же просто наблюдал, как она садится за стол напротив Кери. Та удивилась, что Ви назвала меня «женихом». Она ведь не знала, кто такая Виктория и что она моя невеста, хотя через неделю станет женой. 

— Куколка, Кери сообщила мне, что ты её ударила. Не соизволишь объяснить? — спросил я спокойно, но с намёком на холод в голосе. 

Виктория удивлённо подняла одну бровь, а затем неожиданно расхохоталась, прикрыв рот рукой. 

— Чего смешного? — отозвалась Кери. 

Виктория вытерла мнимую слезу и поднялась из-за стола. Атмосфера в столовой резко изменилась, она стала натянутой, как струна, готовая лопнуть. 

Неторопливо обойдя стол, Ви остановилась позади стула Кери. Та удивлённо и настороженно повернулась к ней. 

— Что ты делаешь? — спросил я мрачно, нахмурившись. Я не понимал, что она собирается делать, и не мог предугадать её действия. 

— Ты сказала, что я тебя ударила, так? — спросила Виктория подозрительно сладким голосом у Кери. Она проигнорировала мой вопрос. Кери же в ответ только кивнула, не понимая, что происходит. 

— Ох… ну раз уж ты обвиняешь меня в этом, то пускай это будет хотя бы правдой. — И прежде чем кто-то понял, что происходит, Виктория схватила Кери за волосы. Та вскрикнула, Ви же оттянула её голову назад и, сжав кулак, ударила. Из носа тут же брызнула кровь. — Ну вот и поступок. 

Сказала Ви. Это был не лёгкий шлепок, как в машине. Это был удар. Все в зале замерли, не ожидая подобного. 

Виктория отпустила ошарашенную Кери и вернулась на своё место с довольной ухмылкой. Она гордилась собой. Не сожалела. 

Я перевёл на неё ошарашенный взгляд. 

— Что… зачем ты это сделала? — спросил я жёстким тоном, разозлившись. 

Виктория даже не одарила меня взглядом, лишь неторопливо разрезала стейк. 

— Ты обвинил меня в том, что я ударила Кери, — начала она спокойным, ровным тоном. — Так что я решила, чтобы это обвинение имело почву. 

В этот момент моя злость рассыпалась, как карточный домик. На её место пришли другие эмоции: удивление, растерянность, любопытство, интерес. 

— В каком смысле «чтобы это обвинение имело почву»? Объясни. 

— Ну раз уж ты такой тупой, то я объясню, — ответила она и отложила вилку с ножом. В этот момент мне даже стало не по себе: нож в её руках показался оружием, которое «случайно» может оказаться у меня в боку. 

Меня даже не оскорбило то, что она назвала меня «тупым». 

— Я не била Кери до ужина. Только вышвырнула её из комнаты, где я сейчас живу, — объяснила Виктория, наконец-то одарив меня взглядом. 

— То есть, она соврала, что ты её ударила? — переспросил я, нахмурившись, переводя взгляд на Кери, вокруг которой уже крутилась прислуга. Девчонка пыталась остановить кровь из носа салфетками. 

— Ага. Она тебя надула, олух, — фыркнула Ви, усмехнувшись. 

Ругать Кери сейчас было бесполезно, так что я не стал ничего ей говорить. 

Остаток ужина прошёл в тишине. Виктория больше не произнесла ни слова, и навязывать разговор я не стал. Всё равно завтра будем составлять брачный контракт. 

Когда ужин закончился, Ви быстро поднялась наверх, в свою комнату. Видимо, усталость после перелёта взяла своё. 

Тг: Ада Рейн