Часть 2
Я уже говорил, что ненавижу светофоры? Ах да, повторяюсь. Но тут хоть сотню раз повтори, а всю неприязнь так и не выскажешь.
Я стоял, гипнотизируя красный свет напротив. Но зеленый по-прежнему меня нагло игнорировал и загораться не собирался. Ох уж этот красный, такой упрямый, никогда уступать не хочет.
— Ты! — внезапно изумленно раздалось справа, и кто-то ткнул меня пальцем в плечо.
— Я! — воскликнул в тон ему, поворачивая голову, но дернулся от неожиданности, едва не выскочив на проезжую часть.
На меня ошарашено уставился тот парень из автобуса, которого я несколько дней назад... Неважно. Важно другое, губы его были всё также до безобразия идеальны. Я сглотнул, непроизвольно задержав на них взгляд.
— Ты... — снова повторил он, заворожено глядя на меня. Влюбился что ли? Прям неловко.
— Извини, — коротко кивнув ему, я поспешил на другую сторону улицы, благо светофор уже позволял это сделать.
Вот серьезно, так неловко. Я был уверен, что мы больше никогда не встретимся. Тот автобус... Это было вообще в другой части города, я там редко бываю... Если б знал... не поцеловал бы? Да не, всё равно б не сдержался.
— Постой!
Я ускорил шаг.
— Эй! Стырщик!
— Что? — я даже запнулся.
— Чего убегаешь? — парень поравнялся со мной. — Стыдно?
Ну, не скажешь же, что всё так и есть.
— С чего бы это? — принял невозмутимый вид. — И вообще, что еще за «стырщик» такой?
— Это ты, — ткнул пальцем мне в грудь. — Ты хоть знаешь, что сделал, ты хоть...
Примерно на этом месте мой мозг отключился и стал медленно плавиться, превращаясь в клубничный шоколад. Я мог смотреть только на эти губы и никуда больше. Они будто стали центром моей вселенной, вишенкой на торте, что приковывает всё внимание ребенка, поплавком на воде, который завладевает взглядом рыбака, шайбой на льду, являющейся главной целью хоккеиста. Я просто смотрел, а парень что-то говорил и говорил, то забавно дуя губки, то закусывая нижнюю. В конце концов, мне всё-таки стало как-то неудобно, что он так разоряется, а я даже не знаю о чем речь. Это как-то некультурно и невоспитанно, так же?
— Послушай, — начал я, а он удивленно округлил ротик. — Можешь губы ладонью прикрыть?
Пересилив себя, я поднял взгляд выше губ, заглядывая в растерянные глаза парня.
— Что, прости?
— Говорю, можешь прикрыть ладонью губы и снова всё повторить? А то не могу никак сосредоточиться, ни слова не услышал, — я даже смущенно улыбнулся.
Парень растерянно поморгал и неуверенно поднёс ко рту руку, не прижимая к губам. Я прям даже пожалел о своих словах, теперь не могу лицезреть такую красоту.
— Ты, правда, ничего не понял? — он как-то совсем сник.
— Можешь пересказать всё вкратце? О чем вообще была речь?
— Стырщик... — отвел взгляд в сторону. — О том, что ты стырщик.
— И что это значит? — я недовольно покосился на проходящих мимо людей, которые точно также косились на нас.
— Ты стырил мой первый поцелуй! — воскликнул как-то капризно, и проходящая мимо тетушка неодобрительно покачала головой.
— Да ладно! Не верю! С такими-то губами и никогда не целовался? Для чего тогда они тебе такие, по-твоему?!
Парень покрылся красными пятнами и хотел было опустить, наверно уставшую уже руку, но я вовремя успел схватить ее, удержав на месте.
— Могу не сдержаться, — сказал я таким тоном, будто увидевший гамбургер, сидящий на диете толстяк. — Стырю ненароком второй.
— Отпусти, я понял.
— Как скажешь. Это всё? Вся твоя длинная речь была о первом поцелуе?
— Ну...
— Ты меня просто поражаешь!
— Я? Это ты меня поражаешь! И... — он часто заморгал. — То сердечко в конце... которое ты показал... Зачем? К чему? Я тебе нравлюсь?
— Айгу! А ты бедняга всё это время только обо мне и думал, да?
— Да! — воскликнул и тут же поспешно замахал головой. – Нет, конечно!
— Влюбился? — я сделал шаг к нему.
Он ошарашено уставился на меня. И как только такой красавец может быть таким невинным?
— Глупости... — он практически прошептал.
— Ладонь! — кивнул на опускающуюся руку.
Он испуганно вообще прижал ее к губам, а я, хитро улыбнувшись и сделав еще один шаг, отдернул его руку от лица.
— Нравишься, — прошептал ему в самые губы, нежно касаясь их легким поцелуем.
~Конец~