Глава 30.
На улице холодный январский день.В этом году зима очень сурова : сильные ветра и обильный снегопад. Сеул за пару осадков снега превратился в снежный городок. Даже Рождественская ночь была крайне холодной, но все же зима — по истине, прекрасное время года. Ведь зима — это прежде всего сказка и новое начало. Мы отпускаем прошлое, меняем свое настоящее и готовимся к будущему. И так изо дня в день, из года в год. Мы и сами менямся со временем, начиная от внешности и заканчивая состоянием души. Неужели в этом мире нет ничего постоянного?..
— Пак Ин Сан, — из раздумий меня выводит Но Ыль. Она так уверенно стоит на своих высоких каблуках и смотрит прямо на меня, — с Вами все в порядке?
— Я просто задумалась. Который час?
— Уже позднее время, Госпожа. Все сотрудники уже закончили свой рабочий день, лишь мы тут с Вами остались да и охрана.
Я смотрю на свои наручные часы. И правда, уже половина одиннадцатого. Сегодня я решила остаться подольше в компании, чтобы разобраться с навалившейся работой.
— Уже поздно, давай по домам, — говорю я Но Ыль, поднимаясь со своего кресла.
— Как скажешь. Тебя там, кстати, твой молодой человек ждет.
— Ох, я совсем забыла.
В смятении складываю все папки в стопку и кладу на стол, остальные бумаги собираю в кучу и закидываю в сумку, праллельно надевая пальто. Никак не привыкну, что уже целую неделю Ким Тан ждет меня с работы и отвозит домой.Иногда мы заезжаем в какое-нибудь уютное кафе, где ужинаем вместе. Столь позднее время - единственный шанс побыть вместе, ибо днем у меня работа, а у него учеба. По выходным времени видеться тоже почти нет. Я опять сижу за кучей бумаг, разбирая то, что не успела среди недели, а Тан готовится к зимним экзаменам.
Быстро собравшись, я попросила свою секретаршу закрыть мой кабинет и идти домой. Сама же уже спустилась на лифте. В большом зеркальном холле почти никого не было, кроме охраны и парня, удобно расположившегося на диване для отдыха. Тан сидел с закрытыми глазами, расставив руки в стороны, на спинку мебели. Реснички его глаз слегка шевелились, значит, он не спит.
— Хватит притворяться, — буркую я, встав прям на против его, — если так устал, не нужно было приезжать.
— Тебя не проведешь, — хитрая мордочка расплывается в улыбке. Он поднимается с дивана, берет мою сумку в свои руки, всем видом показывая, что мне не стоит сопротивляться. — Я уже начинаю ревновать тебя к работе, ты так много уделяешь ей сил и времени, что мне достается только жалкая оболочка тебя.
Я не стала что-либо говорить в ответ, ведь прекрасно понимала, что Ким прав. Мы обсуждали уже этот вопрос, и пришли к выводу — понимать и уважать нашу занятость. Но иногда это давалось тяжело, особенно ему. Последний месяц я вся загружена работой, и мысли только о ней, но зато результат этой отдачи есть. Дела компании успешно шли в гору, что очень радовало моего отца.
— Ты слышала, что Кан Ы Соль все-таки уехала в Японию? — Спросил Тан, когда мы уже мчались по дороге домой, — она так любит Чхве, что бросила все дела и летит к нему.
— Надеюсь, он это оценит по достоинству. Они были бы хорошей парой.
За месяц отъезда Ен До от него пришло лишь 2 весточки в виде электронного сообщения и звонка. Он тоже очень загружен работой и обучением и предпочитает не отвлекаться. И если нам всем удалось с этим смириться, то только не Кан Ы Соль. Эта девушка просто страдала и скулила без него, и даже вечно веселая Ли Бо На не могла ее отвлечь. В итоге, после сотни мыслей и мучений, Ы Соль приняла решение поезжать к Ен До и признаться ему в своих чувствах. Подобный поступок в наше время — редкость, но достойный восхищения и уважения.
Спустя час машина Ким Тана стояла у ворот моего дома. Охрана уже принимала его как своего родного и без малейших колебаний открывала для Кима ворота.
— Спокойной ночи, — сказал и губами коснулся моих волос, вдыхая весь их аромат, — у тебя завтра тяжелый день.
— У меня всегда тяжелый день, — вздыхаю я и с грустью смотрю на него, — прости, что уделяю тебе мало времени.
— Все хорошо, — его рука касается моей, — иди спать и не забудь выпить стакан воды перед сном.
Я нежно улыбнулась ему с благодарностью за его терпение и понимание. Мне сейчас было не до любви, романтики и всего такого, но этого человека потерять я не могла. Он — мое сокровище.
Дома я ни с кем не смогла заговорить, сил хватило только снять обувь и доползти до второго этажа в свою спальню. Родители уже спали, а сестра с мужем пили чай в гостинной. Очередной день, заваленный работой и отнявший у меня последние остатки моей энергии. Я выпила заранее приготовленный мамой стакан теплой воды и просто упала на кровать без сил. Плевать на все, дайте поспать.
Будильник, как и полагалось, прозвинел ровно в 7:00. С адской болью в спине и шее я поднялась с постели. Где-то минут 15 я проклинала этот мир, затем приняла тяготы этого утра и пошла в душ.
За завтраком, как и всегда, сидела вся семья. Отец попивал свой зеленый чай из бамбука, который заваривает лично мама, сама же она препочитает черный чай с кусочками сухофруктов. Сестра, будучи на приличном сроке беременности, сметает на своем пути все : от соленой рыбы до молочного коктеля. Чжи Мо, всегда идеально выглядевший в темно-синем костюме, на завтрак обычно пил свежее какао и заедал заварным пироженым. Вот и все привычки моей семьи.
— Доброе утро, — я поцеловала ачжосси в щеку, затем маму и с усталым видом села на свое место, — я ничего не хочу, только кофе, двойной.
И в ту же минуту наша домоправительница, Госпожа Мин, отправилась на кухню за моим кофе.
— Ты совсем мало ешь, — сказала мама, — и выглядишь усталой.
— Будь как твоя сестра, — засмеялся Со Чжо, указывая на свою старшую дочь, которая так отчаянно пыталась засунуть себе в рот большой бутерброд. Она лишь мило захихикала, когда Чжи Мо не мог смотреть на ее мучения, и разрезал бутерброд на две части.
Я с умилением каждый раз смотрела на их такие отношения. В них было слишком много нежности и заботы, прям как в первые месяцы их знакомства. Чжи Мо старался быть идеальным мужем и отцом. Как-то на работе, в его кабинете, я увидела у него пособие "Молодого отца", которое он уже давно читает, так как закладка лежала на последних страницах. Интересно, а у нас с Таном будет также?
Я никогда об этом не думала.
— Мы тут кое-что с вашей мамой решили, — заговорил внезапно ачжосси.
По его виду было понятно, что это что-то очень важное и касается меня. Отец тяжело вздохнул и с любовью посмотрел на меня, прежде чем выдал :
— Ин Сан больше не является директором "JK GROUP".
Эти слова со звоном в ушах остались в моей голове. Сначало почувствовалось непонимание, затем некая облегченность, а позде некая обида. Я что подвела свою семью? Что-то сделала не так? Из меня такой плохой директор? Хотя кого я спрашиваю, боже, Ин Сан, да ты ни капли в этом не понимаешь! Какой из тебя руководитель? Ты всего пару месяцев работаешь, а по ощущениям, мне пора на пенсию. Меня не на долго хватит, я слишком слаба, чтобы нести на себе такой груз ответственности и отвечать за благополучную жизнь своих сотрудников.
Моя самооценка резко упала, превратившись в лужу в самой низине.
— Все так плохо, да? Простите, что подвела вас.
— Нет, что ты, — вмешалась мама, — ты самый лучший руководитель! У тебя же все стало получаться.
— Тогда почему ачжосси решил меня уволить?
— Потому что я не могу смотреть на твои мучения, — тихо прошептал он, будто просил прощение. — Это все не для тебя, это просто не твое. Ты молодая девушка, тебе нужно заниматься тем, что ты хочешь, жить по-другому. Боже, да я со своей компанией забираю у тебя лучшие твои годы!
Я с непониманием смотрела на своих родителей. Они же сами хотели, чтобы именно я продолжила дело ачжосси Пака, что теперь не так? Какие лучшие годы? Я не боюсь работы, лишь бы все было хорошо с моими близкими! Да ради здоровья своего отца и матери, благополучия нашей семьи я готова загнуться в этом мире бизнеса.
— Ты уже которую неделю валишься с ног после работы, — продолжил папа, — пойми, этот бизнес...Он просто сломает тебя. Я с молодости пахал, чтобы "JK GROUP" была на международном уровне, я своего добился, но посмотри на меня, — он движением головы указал на свое слабое состояние, — я не хочу, чтобы ты стала такой. Тем более ты - не я. Ты еще не сталкивалась с трудностями, тебе придется идти по головам, чтобы удержать все в своих руках.
После его слов за столом назвала гробовая тишина, слышались только шаги нашей домработницы, которая передо мной поставила чашку кофе. Я с трудом сделала обжигающий глоток, чтоб убрать этот нарастающий ком в горле.
— Спасибо, — это все, что я смогла выдавить из себя.
Я не боялась наговорить с обиды глупостей и сделать больно родителям. Обида как такова прошла. Я боялась заплакать. Заплакать от счастья, от благодарности за такого отца, который ставит мои интересы и мое здоровье выше своих принципов и дела всей своей жизни.
— Выбери себе дело по душе и живи этим, живи своими интересами, своими любимыми, — закончил папа, и поднявшись со стола, направился в свой кабинет.