Глава 19.
Следующие несколько дней София провела, запершись дома с племянниками. Телефон словно бесновался, извещая о множестве непрочитанных сообщений от Анжи и Лиона. Но София нуждалась в одиночестве, в тишине, чтобы разобрать хаос своих чувств, переварить то, что произошло несколько дней назад. Она погрузилась в рутину ухода за детьми, в спокойную и знакомую атмосферу дома, стараясь отвлечься от мучительных вопросов, которые не давали ей покоя.
Она приняла горячий душ, надеясь смыть остатки горького осадка, и начала помогать Итану с уроками детей. Внезапно уличный шум прорвался через тишину вечера. За окном завыла сирена, зажужжал двигатель, смешавшись с пронзительным свистом. София недовольно высунулась в окно, после чего поперхнулась от изумления... и увидела знакомый автомобиль О'Брайена. Остановившись прямо перед домом он продолжал сигналить как обезумевший. Секунд через тридцать послышались недовольные крики наших соседей, и она тоже закричала, что было мочи.
- Ну что ты делаешь?! Всю улицу на уши поднял! Ну-ка, уезжай отсюда!.. - но парень только пожал плечами, продолжая сигналить.
С смешанным чувством - от неожиданности и некоторого беспокойства - София спустилась вниз. Томас стоял у машины, сжимая в руках два термостакана. Его фигура выделялась на фоне уже сгустившихся сумерек, а волосы выглядели влажными, поблескивая в свете уличного фонаря.
- Будешь кофе? К сожалению, без молока... - он насмешливо подмигнул, с интересом изучая еë внешний вид.
- Ты действительно думаешь, что я возьму стакан из твоих рук и буду пить? И где проснусь завтра утром? В туалете какого-нибудь бара? - Софи нахмурила нос, всем своим видом пытаясь показать пренебрежение.
- Если ты и проснешься где-то, то рядом со мной... - сказал парень глухо, и по спине Софи пробежал холодок. - Садись, прокатимся?
София колебалась. Часть ее протестовала, напоминая о позорной сцене в туалете бара. Но другая, более слабая, но не менее настойчивая, шептала о желании понять, прояснить ситуацию. Она кивнула.
Они ехали молча, только шум ветра сопровождал их путь. Томас остановил машину у сада библиотеки Харрингтона, там, где они впервые познакомились. Он выключил двигатель, и в машине повис густой туман от испарения воды, смешанный с запахом мокрой земли и листьев.
Томас вышел из машины и Софи последовала за ним. Кремовые стены здания были тускло освещены фонарями вдоль строения. Матовые окна за чугунными решётками были залиты светом, а над слегка поцарапанной дубовой дверью стояло маленькое узкое оконце за которым виделся освещенный небольшой напольной лампой стенд книг.
На Софи упало пара холодных капель. Потом ещё десяток. Дождь начался неожиданно, сильно, заливая глаза девушки сплошной водяной стеной.
- Il-admirant sa beauté, elle-s'émerveillant de sa laideur. (Он - любуясь её красотой, она - удивляясь его безобразию.) - прошептал Томас неразборчиво.
Не ожидая реакции Софии, он прижал ее к стволу старого дуба, прочно окружив руками. Его тело было теплым, а его руки держали её с нежной настойчивостью, исключающей возможность уйти. Торс парня под промокшей рубашкой выглядел впечатляюще и притягательно. Вода, струящаяся по ткани, обрисовывала мускулы, скрывающиеся под ней, создавая контраст между влажной, плотно прилегающей материей и рельефом тела. Капли воды, скатывающиеся по груди, словно подчеркивают каждую линию, каждый изгиб. В этот миг все её сомнения, все нерешенные вопросы растворились. Томас прижался ближе.
- Je vendrai mon âme au diable pour une nuit avec toi... ( Я душу дьяволу продам за ночь с тобой...) - шепчет он.
Его губы были так близко, что София чувствовала их тепло на своей шее. Её сердце заколотилось с усиленной силой, переполняя грудь необычной смесью тревоги и восторга.
Её тело откликнулось на его прикосновение дрожью... Это был не страх. Нервная дрожь разливалась по телу от того, что мы с Томасом стояли слишком близко друг к другу. Его мощная грудь взволнованно опускалась в такт каждому вздоху. Отчего-то Софи не могла отвести взгляда от этих ритмичных подрагиваний развитой мускулатуры парня. Высокий и смуглый, он послал в неë дразнящий взгляд, а затем вдруг резко притянул к груди, смыкая руки замком на пояснице.
- Я люблю это произведение Гюго... - сказал он глухо, подавив тяжелый вздох.
- Неужели ты его читал? - Софи хмыкнула, стараясь скрыть своё смущение.
- L'enfer dans lequel tu seras est mon paradis! (Тот ад, в котором будешь ты, - мой рай!) - прошептал, и София заметила, как подрагивает кадык у него на шее.
Дыхание перехватило, и девушка нервно помотала головой, не в состоянии подобрать правильных слов. Их взгляды растворились друг в друге, и Том болезненно улыбнулся, сосредоточив своё внимание на еë губах.
Томас притянул лицо девушки к своему, царапая жесткой щетиной нежную кожу. Его язык плавно надавливал на кончик языка Софи. Вдруг она ощутила цунами, которое неожиданно накрыло с головой... Она больше не стояла в ступоре... напротив, нежно поглаживала его своими тонкими пальцами..
От Томаса пахло такой непоколебимой мужской уверенностью, безумной смесью силы и порочности... Но вместе с тем его поцелуи были сладкими. Он дразнил Софи. Ей даже не верилось, что этот грубый парень может настолько искусно целоваться.
- Тоом.. - тихо прошептала София.
Парень удовлетворено хмыкнул.