𝐄𝐧𝐝𝐥𝐞𝐬𝐬 𝐦𝐚𝐝𝐧𝐞𝐬𝐬

Глаза Чарли расширились, когда она увидела рухнувшую на спину Дженнифер. Та тяжело дышала, казалось, лишилась рассудка. Девушка поднялась, подошла к комнате Энтони, взглянула во внутрь и увидела мёртвое тело, со свисающей вниз рукой. Из душного помещения сразу начал выходить омерзительный запах разлагающегося трупа. Чарли захлопнула дверь и потянулась к домашнему телефону, дрожащими пальцами набирая уже приевшийся номер скорой помощи.

Машина прибыла довольно быстро, а позже установили, что парень умер от передозировки амитриптилином – трициклическим антидепрессантом, который он принимал на протяжении нескольких лет и после длительного периода снова возобновил употребление, не проконсультировавшись перед этим с врачом. В то время как Дженнифер истошно ревела, сжимая пальцами куртку Джеймса, который, всё ещё находясь в потрясении от произошедшего, утешительно обнимал её за плечи, Чарли стояла как изваяние, как слепленное, неживое нечто. Ни слезинки, ни гримасы. Эмоции отступили, оставив внутри звонкую пустоту. Энтони мёртв? Это же вздор, даже звучит как чушь! Так же, как и смерть Эммы, Кэтрин и Кристофера. Всё это выглядело как абсурд. Как безумие.

Поговорив с шерифом, она поблагодарила его за помощь, и позже все разъехались, оставив троих ребят в пустом безмолвном одиночестве. Джеймс кое-как уговорил Дженнифер уйти в дом и отдохнуть. Она не могла находиться рядом с комнатой, где умер её друг. Знала бы Дженнифер, что мертвы ещё трое её друзей, о существовании которых она благополучно забыла вместе с Джеймсом. Завтра забудут и Энтони.

Чарли бродила у веранды позади дома, иногда поглядывая на кресло-качалку, словно надеясь, что там окажется Кристофер. Она представила, как он сидит и читает излюбленный детектив, позже выглядывает Кэтрин и зовёт всех ужинать. В гостиной будут сидеть Дженнифер с Эммой, а потом, когда все сядут за стол, Энтони с гордой улыбкой преподнесёт им очередной шедевр кулинарии. Чарли усмехнулась, вообразив, что все смеются, радуются концу пятницы, ведь завтра всех будет ждать выходной. Улыбки, греющие душу. Затем перед глазами встал образ пустых серых глаз Кристофера, стекающая по щекам кровь Кэтрин, серое мокрое от воды тело Эммы и, наконец, пена из рта Энтони. Девушка слегка наклонилась вперёд, до сих пор не понимая, почему весь мир продолжает покачиваться.
А потом она оказалась на коленях, с колотящимся сердцем, извергая свой завтрак. Чарли не сразу заметила, как за её спиной оказался перепуганный Джеймс. Он собрал её волосы, говорил с ней, но девушка не понимала ни слова. Казалось, они мешаются друг с другом, а она кашляла и отплёвывалась, видя перед глазами не только комковатую жёлтую гущу на земле, но и отголоски моментов за последние дни: кровь, пена, мёртвые тела. Они всплывали обрывками, заставляя её безудержно дрожать.

На следующее утро Дженнифер с трудом поднялась с постели и спустилась в гостиную. Дома было непривычно, пусто. Она огляделась по сторонам и не сразу заметила, что на первом этаже помимо комнаты Джеймса и Энтони была ещё одна. Вздрогнув от неприятного ощущения, девушка медленными шагами направилась вперёд по коридору и остановилась напротив двери. Почему-то в голове она представила безупречно чистую комнату с большим стеллажом, наполненный книгами, шкаф, доверху забитый пиджаками и рубашками, аккуратно заправленную кровать и небольшой проигрыватель на тумбочке. Откуда все эти знакомые, чёткие образы? Дженнифер помотала голову и дёрнула за ручку, но вместо ожидаемой без единого изъяна комнаты, увидела лишь две стиральные машины и полки на стенах с толстым слоем пыли. Её настроение снова упало, поэтому, закрыв дверь, она направилась обратно на второй этаж.

Там тоже была лишняя комната, помимо её и Чарли. В этот раз в голове предстал беспорядок, обклеенные яркими плакатами и постерами стены, множество красивой, модной одежды, бижутерия, разбросанная на туалетном столике, широко распахнутое окно и громкая музыка. Но снова мимо. Она увидела лишь чулан с ненужными вещами, о большинстве которых даже не знала. Дженнифер печально опустила голову, даже её аппетит пропал.

Позже она уселась на свою кровать, взяла первую попавшуюся книгу и начала читать. Сегодня суббота, раннее утро, но чёрт возьми, начало дня хуже не придумаешь. Дженнифер несколько раз перечитала параграф, чувствуя, как что-то не даёт ей покоя. Оно зудело в голове – тошнотворное ощущение, которое не хотелось вытаскивать на поверхность. Её интуиция кричала о том, что что-то не так, что она что-то упустила, забыла. Но вместо этого, девушка закрыла книгу, положила её на край кровати и попыталась снова заснуть.
С таким же успехом она могла пытаться летать. Недолго думая, Дженнифер раздражённо цокнула языком, собрала пару вещей в сумку и покинула дом, предварительно оставив записку, чтобы никто не беспокоился.

Открытое окно в такси позволяло как следует почувствовать запах большого города. Дженнифер уже была в Манхеттене, но за всё время поездки ни разу не взглянула на прекрасный пейзаж высоток. Она больше не ощущала необходимости с гордостью смотреть на город. Честно говоря, он был ей скорее противен. Спустя десять минут машина остановилась напротив очередного многоэтажного здания.
— Мне подождать вас? — вежливо спросил пожилой таксист, на что Дженнифер лишь протянула ему деньги.
— Нет, спасибо. Думаю, я останусь здесь на некоторое время. Хорошего вам дня, сэр.
— И вам. Не грустите, юная леди. Чем серьёзнее лицо, тем прекрасней улыбка.
Дженнифер кивнула, её губы невольно дрогнули, прежде чем она покинула такси. Уже не обращая внимания на аномальную жару, девушка вошла в здание, затем с хмурым видом поднялась в лифте на сорок второй этаж. В её голове крутились воспоминания, когда она показывала свою квартиру Джеймсу. Он наверняка сейчас спит у себя, даже не подозревая, что мысли о нём приносят ей утешение.

Дженнифер закрыла за собор дверь и, пройдя чуть дальше, уселась на покрытый плёнкой диван. Её взгляд упал на комод, где в рамках стояли фотографии. На одной из них она увидела Луи, своего брата-близнеца.
— Я не смогла спасти своего друга, — прошептала она в пустое пространство. — Мне так жаль… я не смогла спасти ни тебя, ни Энтони. — На глазах выступили слёзы. — Что мне теперь делать? Я не понимаю… Я ничего не понимаю! Меня гложет какое-то чувство, будто всё вокруг неправильное. Луи, подскажи мне… пожалуйста.

Джеймс распахнул глаза, уставившись в серую стену. Его дыхание участилось, а голова гудела после странного сна: ужин, звенят бокалы с виски, все празднуют чьё-то возвращение в коллектив, он рассказывает о своих похождениях по Лас-Вегасу, остальные смеются, слушают. Но кто остальные? Их голоса звучали приглушённо, а на месте лиц были размытие пятна. Лишь Чарли и Дженнифер чётко вырисовывались в его памяти. А потом сон испарился и пришлось резко проснуться в холодном поту. Парень скривился от неприятных ощущений и, стянув полотенце с двери, поплёлся в душ.
Холодная струя воды отлично отрезвляла его, поэтому Джеймс довольно долго простоял под ней, обрабатывая мысли. С неохотой покинув ванную, он прошёл на кухню, где на двери холодильника висела записка. По почерку Джеймс сразу понял, кому она принадлежала.
— Уехала в свою квартиру? Она издевается? — пробубнил парень, пытаясь выудить из шкафа свою кружку.
— Кто уехал? Дженнифер? — раздался дрожащий голос за спиной. Джеймс резко обернулся и увидел Чарли с широко распахнутыми глазами. Он вздрогнул от её вида и кружка выскользнула из рук, с громким звоном разбившись о столешницу.
— Эй, ты чего? — вопросил он, пытаясь собрать осколки в ладонь.
— Она точно умрёт… Она следующая… — забормотала Чарли, отходя назад.
Джеймс встал в ступоре. Его голова снова заболела, а разум отчаянно молил вспомнить те лица, которые он видел во сне. Словно он больше не выдерживал. Парень сжал виски, будто пытаясь выдавить из головы забытое. А потом внезапно, почти машинально, вцепился Чарли в плечи и потряс её.
— Ты что такое несёшь? — воскликнул Джеймс, на что Чарли замотала головой.
— Ты не поймёшь, это нельзя так просто объяснить… Она в опасности! Мы уже не поможем…
— Чарли, прекрати так говорить, просто объясни, как есть!
— Её преследует смерть! — закричала девушка почти в истерике. Джеймс оторопел, в недоверии хмуря брови. Но нутро подсказывало, что это может объяснить все его чудовищно неприятные ощущения внутри.
— Каким образом? — почти шёпотом спросил он, ослабляя хватку.
— Я не знаю… Знаю лишь то, что если мы не окажемся рядом, то забудем про неё, как и все остальные.
— Забудем? — вот оно: ответ на его вопросы. Джеймс мало что мог сообразить сейчас из-за головной боли и резкого осознания. — Хрена с два я забуду об этой язве.
Он огрызнулся самому себе и, схватив ключи, бросился к машине. Чарли застыла на секунду. Этот грубый, животный порыв был первым лучом надежды за всё время, поэтому, не теряя больше ни секунды, девушка поспешила за ним.