Глава 11.
- Дос-кун! Мне надо уйти по делам. Я скоро вернусь!
Это были последние слова, которые услышал Фёдор, прежде чем Николай опять сгинул в непонятном направлении, оставив после себя пару широких рубашек и потрёпанный альбом. Дни отдыха стремительно шли на нет, а Фёдор начинал всё больше сомневаться, знает ли Коля лексическое значение слова «скоро». Прошло где-то три дня, а абонент был всё ещё «выключен или находится не в зоне доступа сети», а квартира Гоголя пустовала, в чём вкоре Федя убедился лично. Не вытерпев тотального игнорирования, он агрессивно накинул на себя верхнюю одежду и направился к квартире Николая, вытаскивать сего индивида из плена собственных заморочек. На улице было тепло, ярко светило солнышко и блестел, переливаясь свежий снежок.
Достоевский только сильнее нахмурился, стараясь скрыть глаза от слепящего света и быстрее преодолеть путь.
Но, как не странно, звонок в дверь и лёгкие постукивания костяшками результата не дали, а напротив, вызвали ещё большее непонимание.
До слуха донеслось эхо этого самого звонка, что звучало в абсолютно пустой квартире так непривычно одиноко, что ли?
Брюнет чуть потоптался на пороге, нервно кусая костяшки измученных пальцев и обдумывая сложившуюся ситуацию.
Да, никто не спорит, что где-то за день до того как Гоголь ушёл, он вёл себя странно, но Федя не придал его поведению внимания, хотя бы потому, что... нет, ну, а что можно ожидать от человека с биполярным расстройством, который периодически забывает пить таблетки?
На самом деле, всего, что угодно. Хотя, теперь Федя начал заметно жалеть, что не выпытал у Коли причину его беспокойства.
Блондин то и дело издавал нервные смешки, осыпал тёмноволосого шквалом чёрного юмора и обеспокоенно поглядывал на телефон, но...
Кто же знал, что может произойти нечто подобное?
Дост тихо вздохнул и вытащил из кармана сигарету. Щелчок и дым обволок сознание, пробрался в лёгкие и ядом просочился под кожу.
Всё-таки, стоит позвонить Гону.
Действие не заставило себя долго ждать и на другом конце провода вскоре верещали о том, что: «Неужели Демон о ком-то волнуется? Завтра начнется оттепель?»
Парень устало сел на лестничные ступеньки, обнимая одной рукой острые колени, а другой придерживая телефон.
- Он пропал... да, в квартире его тоже нет.
На несколько секунд повисло молчание, нарушаемое только шуршанием стиральной машинки и задумчивым мычанием Вани.
«Приезжай. Я Сашу позову.»
Дост буркнул нечто непонятное и бросил трубку, не сдвинувшись с места. Брюнет смотрел в одну точку и курил, по-тихоньку стараясь понять, как же он докатился до такой жизни. Безжизненный взгляд аметистовых глаз стал совсем стеклянным и холодным, словно лёд. Разум посещали далеко не радужные мысли.
Бросил... оставил... одиноко... опять не нужен...
Боль в висках вспыхнула резким огнём и в горле образовался непонятный, мерзкий ком.
Как же глупо... Фёдор так долго жил один, отгораживаясь от других неприступной стеной, а что сейчас? Пропал всего один человек, один грёбаный человек, а его мир уже рушиться, колется на части, превращаясь в безжизненную пустыню.
В пу-сто-ту.
Почему, за такой короткий срок может всё измениться?
Буквально за секунду, рушатся и строятся новые идеалы, словно бумажные города.
Один взгляд, одно коротенькое слово делает тебя совершенно другим, заставляя измениться, как внутренне, так и внешне.
И всего лишь один человек оживляет и убивает за такой короткий срок, что меньше даже ничтожной секунды.
Почему Фёдору просто не забить? Уйти в свою квартиру, сесть за ноутбук и начать писать какой-нибудь рассказ, который вскоре сам же удалит, посчитав бездарным? Почему он сидит на этих грязных ступеньках, курит ненавистные сигареты и надеется, что вот-вот появится Коля, виновато улыбнётся и придумает глупую отговорку? Зачем он с болью в измученном сердце думает о печальном исходе их...
Лю...
Симпатии?
По-че-му?
Достоевский буркнул нечто невнятное себе под нос и достал телефон.
Брюнет быстро нашёл в контактах знакомое «Придурок» и нажал на вызов.
Пошли гудки.
Протяжные, долгие, они вызывали непонятное чувство в груди, которое Федя неохотно окрестил страхом.
10 секунд... 30...
Слух уловил приглушённую мелодию, играющую за дверью ненавистной квартиры. Парень поднялся на ноги и приложил ухо к холодной поверхности, схватившись одной ладонью за ручку, как бы пытаясь открыть закрытый механизм. Ну, действительно, любимая Колина песня, от которой у любого нормального человека давно бы начался нервный тик.
Фёдор ещё сильнее нахмурился, сдвинув тёмные брови к переносице. Быстрым нажатием большого пальца парень скинул вызов и бросил тлеющий окурок в лестничный пролёт. Да плевать, блять.
Хоть всё норм алым пламенем.
Вдруг, со стороны соседей квартиры послышался громкий голос и входная дверь распахнулась.
На пороге стоял молодой парень, с длинными, светлыми волосами. Они были какие-то странные, что по цвету, что по виду. Спереди короткие, неровные, а сзади длинные и собранные в высокий хвост. Серебристые глаза парня сверкнули любопытством и он доброжелательно улыбнулся.
- Вы знакомый Коли?- мягко спросил незнакомец, наволившись спиной на дверной косяк.
Фёдор утвердительно кивнул, разглядывая новую персону. Ещё чего не хватало...
- Не многословный.- насмешливо фыркнул парень и кинул взгляд на закрытую дверь.- Он уехал дня три назад. Спешил ужасно, забежал ко мне в квартиру, кинул в лицо кошку и ключи, приказав позаботиться. Ты что-то от него хотел?
Да, хотел. Прям очень хотелось врезать по наглой морде Гоголя и крикнуть в лицо о возврате нервных клеток. Или компенсации, в виде... так, ладно, в голову ничего изощрённого не приходит, но это дело времени - прийдёт.
- Нет.- хриплым голосом ответил Федя, замечая, что около ступней парня валяется та самая кошка, и играется помпончиками на домашних тапочках.
- Хотя... да. Хотел объяснить значение слова «скоро».- Федя слегка повёл плечами и протянул незнакомцу руку.- Можно взять у вас ключи?
Светловолосый удивлённо распахнул глаза, а потом замялся, нервно потирая затылок.
- Ну не знаю... Вы близкие друзья?
Достоевский криво усмехнулся и в аметистовых радужках блеснул недобрый огонёк.
- Соулмейты. Этого достаточно?
Парень издал приглушённый смешок и быстро кивнул.
- Конечно. - парень отошёл с прохода, приглашая зайти.- поиски могут затянуться. Вот незадача, совершенно не понимаю, куда я их положил.
Светловолосый обеспокоенно огляделся, шаря в ящике тумбочки и нервно закусывая пухлые губы.
- Я подожду.- спокойно произнёс Дост, решив воспользоваться данным ему временем и получше разглядеть парня. Прямой, чуть вздёрнутый нос гармонично смотреться на худом лице, а губы ярко контрастировали с общей бледностью, наливаясь нежно персиковым цветом. Телосложение парня было худощавым, но не лишённым мышечной массы, подтянутым и не слишком изнемажённым. Да уж, вечно из-за выходок Гоголя приходится попадать в подобные ситуации.
Тем временем парень искренне старался отыскать ключи, которые только утром видел на этой самой тумбочке. Но факт остаётся фактом: ключей на ней не было. У бедняжки аж пот на лбу выступил от стараний.
Фёдор обречённо вздохнул и оглядел коридор на присутствие данного предмета.
- А это не они?
Дост кошачьей походкой обошёл парня и нагнулся, поднимая с пола блестящий предмет.
Светловолосый широко улыбнулся и кивнул.
- Да, это они... слушай, может зайдёшь на чай? У тебя усталый вид.- светловолосый склонил голову чуть в бок, дожидаясь ответа. Фёдор задумчиво посмотрел на парня, на лежащую в его ногах кошку и вновь вздохнул.
- Хорошо. Кстати, я Фёдор.
- Приятно познакомится. А меня зовут Сигма... Прозвище.- парень издал тихий смешок и пошёл на кухню.
Достоевский снял с себя верхнюю одежду и направился следом, разглядывая маленькую квартирку. Какие-то картины, криво весящие на стенах, на тумбочки разбросанны игральные карты, а вместо абажура весящие на оголённых проводах лампочки. М-да.
- Так... Николай что-то тебе говорил по поводу своего... внезапного отъезда?- шелестящим баритоном спросил Дост, присаживаясь на низкую табуретку. Кухня была уютная и маленькая, с встроенными в стену шкафчиками и цветами на широком подоконике. Взгляд почти сразу же привлёк огромный букет цветущих роз, стоящих в середине стола. Сигма что-то невнятно хмыкнул и пожал плечами.
- Что-то с семьёй связанно. Я правда не знаю, Коля никогда не отсчитывается за свои действия.
- Вы... друзья?- Федя убрал с лица тёмную порядку выбившийся волос, и проницательным взглядом впился в лицо парня.
- Ну...- Сигма чуть замялся, барабаня пальчиками по столешнице.- Скорее хорошие знакомые. Он просто иногда просит последить за своей квартирой.
- Ясно. Он не сказал, когда вернётся?- Дост даже сам удивился тому, что сейчас спросил. Почему ему это так важно!?
- Нет. Ему видимо срочно пришлось уехать.
- Понятно... - вдруг, на колени к Фёдору запрыгнуло нечто мягкое и пушистое. Чёрная кошечка тихо замурчала и заластилась к холодной ладошке.
- Хах, ты ей нравишься.- Сигма аккуратно налил чай в белые кружки и поставил на стол.
- Как её зовут?- холодно поинтересовался Федя, нежно почёсывая за пушистым ушком. Видел бы это Гоголь, точно бы в обморок упал от передоза милоты.
- Эм... Дося, вроде как.- Сигма тихо хихикнул, замечая как брови брюнета на секунду взметнулись вверх. Ну Коля... об этом они с Достом поговорят отдельно.
- Чудесно. Можно её забрать?- «Дося» уткнулись мокрым носом в руку Фёдора и начала аккуратно царапать ноготками ноги парня.
- Ну, если ты хочешь, то конечно, не думаю, что Коля был бы против.
Сигма присел на табуретку напротив и отпил душистый чай.
Неплохое знакомство.
***
Замочная скважина легко щёлкнула, впуская Фёдора в уже давно знакомую и в какой-то мере любимую квартиру. Только... сейчас в ней было как-то странно пусто и безумно одиноко, до такой степени, что из неё захотелось сбежать. Без Гоголя это не больше чем просто помещение, просто одинокий дом.
Федя снял ботинки и зашёл в зал, отмечая огромное колличество вещей, разбросанных на полу. Куда же он так торопился? Книги, тёплые свитера, непонятные зарисовки - всё валялось на полу, смятое и брошенное.
Внутри у Достоевского творилось что-то не понятное, странное и пугающее. Он присел на пол и взял в руки любимый кардиган Гоголя - ярко жёлтый, с ядовито красными пуговками и нашивкой в виде червовой дамы.
В душе бушевал ураган и сверкали яростным блеском молнии. Вдруг стало тягостно грустно и захотелось увидеть Николая. И всего на миг, поддавшись эмоциям, тонкие пальчики сжали вещь и поднесли к носу, вдыхая запах знакомого одеколона. Тёмные волосы упали на глаза и Фёдор болезненно прикусил губу, желая ошибиться. Желая быть неправым.
Его же не могли... его же не могли бросить?
На ватных ногах он прошёл в спальню и там же нашёл телефон личного несчастья. Ввести пароль не составляло труда, особенно когда пароль 1111*
Да уж, как умно.
На заставке стояла знакомая фотография: он, всячески закрывающий лицо и знакомая мордаха Коли.
А вот сообщений у Гоголя пришло дофига.
От Пушкина, от самого Доста и от... кого?
Фёдор слегка нахмурился и быстро нажал на нужный диалог.
22:36
«Коля, срочно приезжай! Ты мне очень нужен!»
22:40
«Я не шучу!!!»
22:46
«Николай Гоголь, если ты сейчас же мне не ответишь...»
Федя перечитал сообщения на несколько раз, стараясь понять кто мог писать Николаю и звать его к себе.
Прочитав ещё несколько яростных угроз и обещаний бросить с крыши он нашёл лишь одно сообщение, отправленное Колей:
23:42
«Скоро буду»
Это было вдвойне непохоже на него. Обычно он строчил длинные сообщения с огромным количеством «воды» и рассказами как «однажды, когда мне было десять лет я нашёл мёртвого голубя».
Достоевский устало вздохнул, потёр кулачками глаза и завалился на кровать Гоголя, решив никуда не ехать и остаться тут. Ваня будет волноваться - плевать. Перевод не закончен - всё ровно.
Брюнет нашёл край покрывала и укутался в него, беря в руки свой телефон. Секунда и режим «полёта» включен и Дост оторван от этого мира.
Тёмные волосы хаотично разметались по подушке, а глаза замерли, смотря куда-то мимо всего материального, в пустоту.
Федя сгрёб в охапку вторую подушку и уткнулся в неё носом, стараясь не думать о следующем дне. Он слишком устал... ему слишком непонятно что происходит вокруг и почему его поведение стало так резко изменяться.
За окном потихоньку зажглись фонари и в комнате послышалась тихое, размеренное сопение. Ничего, завтра он обязательно во всём разберётся.