Глава 37
Pov Чимин
- Мистер Пак, пожалуйста...
- Я в курсе, что я мистер Пак! Я в курсе, что, сука, пожалуйста! Я в курсе, что людей ищут через три дня! Мне срать! Она еще ребенок!
- Ей уже есть восемнадцать...
- Вы меня слышите?! У меня пропал человек! Член семьи! Ваша задача найти ее как можно скорее и привести ко мне, чтобы я мог убить ее к чертям собачьим!
- Мистер Пак!
- Да что, млять?!
- Во-первых, следите за языком...
- Во-первых, идите нахер.
- Во-вторых, - я поражаюсь спокойствию и выдержке этой женщины, - мы не говорим, что не будем ее искать. Просто сами подумайте - молодая девушка, избалованная, судя по тому, что из богатой семьи, могла поссориться с парнем или подругой и сбежать. Это очень часто происходит, поверьте мне. Не пройдет и недели, как она успокоится и вернется.
- Вы не знаете Т/и, - как же трудно не говорить «моя Т/и», потому что она моя, моя, моя! - Она бы из-за этого ушла в клуб и напилась или бы разбила все к чертям в комнате. Но никак не уехала бы далеко, без телефона и кредиток.
- Мы сделаем все возможное.
- Мне не нужно «сделаем». Мне нужно «делаем», даже «делаю», прямо сейчас. Вы можете проверить камеры наблюдения, узнать, на чем она могла уехать, куда направлялась, где она сейчас.
- Я прекрасно знаю, что делать, мистер Пак, - я ее сейчас убью голыми руками. Просто порву к чертям.
- Послушайте меня... Как вас там, - смотрю на ее бейджик и приближаюсь к ее лицу, облизав губы, - если Вы сейчас начнете действовать, то мы уединимся на некоторое время в вашем грязном и ужасно старом полицейском туалете, где я исполню все твои самые пошлые и эротические фантазии, какими бы они не были. Но это только после того, как ты начнешь действовать и хоть что-то делать. В противном случае я порежу тебя, лапочка, порежу на кусочки и скормлю своему попугаю вместе с косточками. Я понятно объясняю?
Она замирает, приоткрыв рот, и шумно выдыхает, облизав губы. Да, так, примерно, все они и реагируют на меня. Естественно, я не планирую ее трахать, не для нее, как говорится, моя роза цвела, но надо же эту жертву аборта хоть на что-то подтолкнуть.
- Ну так что, сладкая? Начнешь работать или пойдешь составлять завещание? - подаюсь еще ближе и, остановившись в паре сантиметров от ее губ, щелкаю зубами. Она подскакивает и, снова проведя языком по губам, краснеет, кивая так отчаянно, словно хочет, чтобы ее голова оторвалась к чертям.
- Д-да...
- Вот и умница, - щелкаю ее по носу и отступаю, поправив рубашку, - я буду искать своими способами, но если ее найдете вы, поверьте, ваша контора будет обделана золотом и посыпана сверху бриллиантами.
Разворачиваюсь и выхожу на улицу, шумно выдохнув, прикрыв глаза. Чудно, одно дело наладил, теперь что делать мне. Прослеживать ее путь с собаками? Куда она могла пойти? Зачем вообще поперла куда-то?
- Ты как? - рядом останавливается Юнги и протягивает мне бутылку воды.
- Мне бы чего покрепче.
- Чимин.
- Да знаю я, - фыркаю, сделав пару глотков, и вытираю губы, - я просто на дне, понимаешь? Куда она могла попереться? К кому направиться? Куда намылиться? У нас нет больше нигде родственников и знакомых, да и друзья у нее только здесь.
- Она ведь не могла просто так свалить.
- Конечно не могла, - цежу я, закатив глаза, - это же Т/и, а ее воспитал я. Поэтому она убежала со спецэффектами.
- То есть?
- Обмоталась, млять, в гирлянду и убежала голой!
- А если серьезно?
- Как ты меня сейчас бесишь, брат. Вот правда. Бесишь так, что затолкать бы тебе яйца в глотку и наслаждаться, как ты ими давишься, - ловлю его равнодушный взгляд и пожимаю плечами. - Ну извини, из меня сейчас только дерьмовые шутки и идут. Ибо я сам в дерьме.
- Я ведь серьезно говорю - она не могла просто так уйти. Должна быть причина. Или даже несколько. И желательно весомых, потому что она девушка не глупая, по пустякам не решит сбежать.
- Да херли я знаю? Она говорила... - замираю, прокрутив в голове наш последний диалог, - постой. Она в записке указала, чтобы я не злился на Розе и Чонгука. Это странно, кстати.
- И ты, млять, молчал?!
- Не ори, - рычу я в ответ, фыркнув, судорожно соображаю. - Но при чем тут они? Я ведь, между прочим, так и не понял прикола с ее лисицей. Я слышал, что он говорил вроде как с ней по телефону, собираясь встретиться, но дома его не было, а так быстро прийти и уйти он бы не мог. А тут Чонгук и Розе, и... вот же дерьмо, - выдыхаю я, застыв, - вот же ублюдки малолетние!
- JM , ты чего? - Мин даже бледнеет от моего крика, коснувшись моего плеча. - Ты в норме? Может, скорую вызвать, а то ты сейчас лопнешь к херам.
- Вот именно, что я лопну к херам, Юнги! Этот сука Чонгук тогда, кажется, говорил с Розе, а не с Т/и, и после нашей встречи он пошел к ней, а потом Т/и... Млять! Млять, Мин, ты понимаешь, что она их застала вместе?! Своего екнутого парня и лучшую, трахнутую на всю голову подругу?! Она их застукала!
- Застукала за...
- Да трахались, судя по всему, - провожу рукой по лицу, прикрыв глаза, - и если взять в скопе Лису, Дженни, моего идиота-отца, этих мразей, которые были якобы ее друзьями, то в принципе можно даже ее понять, вот только... Куда она могла податься? Каков ее план?
- Она ведь не могла просто сесть на поезд и поехать никуда, - фыркает он и замирает, поймав мой потемневший взгляд, - или...
- Или могла, - обреченно киваю я, покачав головой, - или могла.
***
- А ты меня правда любишь? - Т/и упирается подбородком в мою шею, лежа у меня на груди, и улыбается, играясь моими волосами.
- Конечно, - скольжу рукой по ее обнаженному телу, прижимая ее ближе к себе.
- Как сильно?
- Очень сильно, - сжимаю ее ягодицы, и она прикусывает нижнюю губу, стараясь сдержать стон. - Не кусай губы, - шепчу я, приподняв голову.
- А то что? - хитро улыбается мелкая, и я дергаю бровями. - А так можно? - и она проводит языком по губам и потом снова прикусывает губу.
- Не жить тебе, - резко переворачиваю ее на спину и раздвигаю ее ноги, - проси о прощении.
- Пожалуйста, - шепчет Т/и, обдав мои губы мятным дыханием, - трахни меня.
Подаюсь вперед, чтобы коснуться ее губ, и это длится целую вечность. Вроде еще чуть-чуть и блаженный вздох. Свобода в ее губах, легкость, страсть, желание, огонь, облегчение от того, что она рядом, так близко со мной, такая ласковая, податливая, страстная, моя. Я хочу дышать ею, снова и снова утолять жажду в ее объятиях, но она все дальше с каждой секундой, и в какой-то мой мир рушится, когда я открываю глаза. Оцепенение. Осознание, что это был сон. Боль. Сердце вдребезги.
- Т/и... - шепот в пустоту, и я закрываю глаза руками, плотно зажмурившись, словно желая погрузиться в сон, где она рядом со мной. Не хочу верить, что это сон, не хочу верить в то, что это правда происходит. Она не могла уйти, не должна была уходить. Мой мир - ад без нее, просто ад, из которого я не могу выбраться. Без нее все бессмысленно, без нее нет жизни, без нее нет ничего. Одна пустота и невыносимая боль от того, что она оставила меня.
Я не люблю это мерзкое чувство, которое люди называют болью. Раньше я вообще его не испытывал, но сейчас, потеряв ее, только она и существует в моей жизни. Ну и еще гнев, злость, обида, если бы я ее нашел, я бы, наверное, прибил ее за такую тупую выходку.
Если бы нашел... Я найду ее. Я наизнанку вывернусь и посчитаю трещины на своих ребрах, но найду мою мелкую, потому что она не должна оставаться в этом мире одна. Если она и правда уехала в никуда, как сказал Юнги, то у нее будут проблемы. Большие. И от жизни, и от меня. Я даже не знаю, что скажу, когда найду ее, потому что прошло только двое суток с того дня, как я узнал о том, что она сбежала, а я уже слетаю с катушек. Разбил к чертям сервиз, окончательно доперевернул ее комнату, так что теперь там нужен кардинальный ремонт, наорал на её мать так, что она теперь заикается, лежит и пьет успокоительное, сорвал горло, чудом не врезался в столб на машине...
Я не могу без нее.
Третью ночь я не могу нормально спать. То мне жарко, то холодно, то хочу есть, то пить, то отлить, то я забыл выключить плиту, то нужно принять душ, то давно хотел прочитать книгу, надо открыть, то еще что-нибудь, что совсем не обязательно, но я таким образом словно стараюсь справиться с этой ночной пустотой, которая буквально атакует меня.
Раньше, когда Т/и была дома, я мог притворяться, что слышу ее дыхание, представлять, как она спит, или даже тихо подойти к двери и посмотреть на нее, проверив ее сон. В детстве я часто сидел возле ее кровати, отгоняя, как она говорила, ее ночные кошмары, и я мог вообще не спать, лишь бы она выспалась и была рада.
А теперь могу только лежать и пялиться в потолок, не находя себе места. Кровать кажется слишком большой и неудобной. Слишком светло. Или темно. Или душно. Или холодно. Я сам не знаю, что меня толком не устраивает. Точнее знаю, конечно же - Т/и нет рядом, но в остальном... Я буквально зависим от нее, от ее близости, смеха, касаний, которые мне теперь просто жизненно необходимы.
Каждый раз просыпаясь утром, хочу зайти в ее комнату и разбудить по привычке поцелуем, но кровать перевернута и даже сломана, ее нет, в комнате холодно и пусто, и я снова глушу злобу алкоголем, спиваясь в слюни, чтобы вообще ни о чем не думать. Но даже тогда она снова и снова не дает мне жить.
Мне кажется, что вот сейчас откроется входная дверь, она ворвется в дом со скандалом, поцелует меня в щеку и, забравшись ко мне на колени, начнет рассказывать о своих путешествиях, смеясь и бухтя каждый раз, когда я буду ее перебивать, почти сразу забывая обо всем на свете и продолжая рассказ. И я считал часы, дни, мечась по городу, словно надеясь, что встречу ее где-нибудь по улице, страстно мечтая, чтобы она не уехала куда-то далеко.
Полиция ничего не находит, стараясь убедить меня в том, что камеры наблюдения якобы не работают, и я снова и снова скандалю, угрожаю им, ору, срываю голос, бью все, что попадается под руку, меня выводят, предупреждая, я их шлю, и мы расходимся. Стандартная тупая сцена, которая не меняется вот уже несколько дней. Дерьмо.
Через неделю почему-то резко вспоминаю о существовании Бога, после того, как Мин в шутку предложил пойти в церковь. Туда я, конечно, не пошел, но на небо пялился долго и упрямо, словно ожидая, что свет прольется на меня, как в мультиках, и я получу ответ на самый главный вопрос. Разве я многого хочу? Видеть ее рядом, слышать ее смех, чувствовать ее руки на своих плечах, касаться ее тела. Я обещаю любые деньги за любую информацию о ней, ведь сейчас нет ничего дороже и важнее, чем найти ее и вернуть домой. Она бесценна, она все для меня, и я не могу даже дышать без нее, просто утопая в алкоголе, сигаретах, сне и поисках, ничего не понимая, бесясь, срываясь, крича, ненавидя и просто дико скучая по ней.
***
Звонок на первом этаже будит меня, и я, прекрасно осознавая, что это не полиция, потому что она, если по-честному, то уже мягко послала меня, спускаюсь вниз, не удосужившись даже надеть джинсы.
На пороге стоит Дженни, которая с каким-то плотоядным выражением лица оглядывает мое тело, облизнувшись.
- Че надо?
- Я соскучилась, - она шагает вперед, собираясь меня обнять, но я отвожу ее руки, скрестив свои на груди, и прислоняюсь к стене, откинув голову.
- А я нет. Что-то еще?
- Чим...
- Я устал. Всего хорошего, - разворачиваюсь, чтобы закрыть дверь, но она цепляется за мою руку, повернув меня к себе. - Чего тебе? Мне плевать. Трахаться не будем, спать тоже, как и все остальное, что есть у тебя в мыслях. Иди нахер.
- Нам нужно поговорить.
- Я же сказал - мне плевать.
- Это важно, - упрямо повторяет она, вскинув голову, и я встречаюсь с ней взглядом. Потом, тяжело вдохнув, протираю глаза и, скрипя зубами, пропускаю ее в дом.
- У тебя полчаса. Потом вылетишь из окна, если не успеешь вовремя. Мне не до тебя.