*1
Ветер задувал за окном, звонко присвистывая в приоткрытой форточке, которую я решил оставить еще вчера, дабы хоть немного проветрить застоявшийся в комнате воздух. Не глаженая занавеска с парой непрезентабельных желтых пятен покачивалась в сторону, давая понять направление потоков воздуха. Сумерки еще только начинали опускаться, солнце, через стекло, видно не было, но взгляд сразу же устремлялся к горизонту, где виднелись тонкие розово-красные полоски подсвеченных закатом облаков.
Я кинул свою сумку на ближайшее кресло, она ударилась о спинку, мягко отскочила и с грохотом ударилась об пол. На секунду мне показалось, что внутри что-то сломалось, а вслед за этим я вспомнил, что положил туда недавно одолженный у друга ноутбук.
Трясущиеся пальцы резко схватились за язычки молний. К счастью, внутри все оказалось в полном порядке, попросту несколько ручек сыграли роль ломающейся детали ноутбука. Ненавижу представлять себе самый печальный исход с самого начала, это ужасно напрягает все нервные окончания, да никто не любит, когда происходит что-то такое, заставляющее руки трястись, а лоб покрываться испариной. Серьезно, я сейчас как маленькая девочка чуть не разревелся от разочарования в своей удаче.
Со стороны может показаться, что я строю из себя самого обыкновенного сериального неудачника, у которого в жизни все плохо до какого-то переломного момента, который либо перевернет мое сознание с ног на голову или же наоборот, перевернет мою реальность, оставляя мировоззрение на некой незримой константе. Буду реалистом – ничего такого не произойдет, просто в каком-то моменте станет интереснее, а в каком-то нет, как у героя обычной жизни, которую даже не перемотаешь, чтобы пересмотреть любимые моменты. Это даже немного удручает, ведь если ты пережил нечто приятное, то придется стараться, прикладывать усилия, чтобы приблизить такой же момент удовольствия. Хорошо, наверное, жить в фильме, где все уже заранее спланированно и подготовлено, тебе же нужно просто нажимать на реверс в определенном моменте, а после переживать то, что хочешь заново. Ах, да, картиной же управляет сторонний наблюдатель, совсем про это забыл. В таком случае, может быть, наша жизнь чем-то и похожа на достаточно неинтересный и глупый фильм бесконечной длины.
Комната осталась ровно такой же, какой я ее оставил вчерашним вечером. Такой уход получился совершенно внезапно, организм затребовал ночной прогулки с кем-то интересным. Только проблема вставала в то, что все мои знакомые, что были способны составить достаточно качественный разговор, были уже в царстве Морфея и досматривали очередной сон с голыми девушками и дорогими особняками, в которые они их приводили. Чаще всего мне могли составить компанию на выходных, если на это благоволила погода и еще миллион необходимых условий, о которых я лучше просто промолчу.
С другой же стороны я не так уж и часто был готов идти по улице и долго говорить на волнующие меня темы, просто потому что последнее время у меня не находилось ни желания, ни этих самых тем. Словно кто-то их перепрятал в моей голове на новую полку, до которой я еще никогда не дотягивался. Иногда достаточно необычно замечать некоторое лишнее присутствие в твоей собственной голове, кто, собственно, и портит воспоминания, мысли и все в этом духе. Еще необычнее осознавать факт – этот некто не новая личность и не неизвестная сущность, это ты сам в моменты, когда было очень плохо. Причем совершенно неважно, что послужило причиной такого сильного давления на психику, это может быть совершенно все что угодно, любой пример из любой жизни. Все упирается только в эмоциональную устойчивость того или иного сознания, не более.
Не буду глубоко вдаваться в подробности того, как прошло мое время до начала этого момента, все откроется чуть позже, я то уж уверен.
Дела решил отложить в долгий ящик, как и несколько дней подряд до этого. Ничего не могу поделать с полным отсутствием желания заняться хоть чем-то, что способно поднять или хотя бы уравновесить настроение. Да, меня сильно напрягает тот факт, что я, последнее время, чересчур много прокрастинирую и прикладываюсь к бутылке. В детстве я много раз наблюдал за людьми, живущими без какой-либо особой цели, просто так, словно текущие вдоль берега, подобно ручью, возникшему из ниоткуда в туманное далеко. Меня поистине удивляли и пугали слоняющиеся по улицам люди со смещенным центром тяжести, шагающие через сумерки так, словно земля постоянно старается их уронить и сбить с пути, но они отчаянно борются не только с ней, а еще и с постоянными приступами рвоты или другими человеческими выделениями. Согласен, зрелище не из самых приятных, даже если смотреть с стороны участника такой вечерней прогулки, сам знаю, проверял, чем не горжусь. Только вот, время от времени, накатывает настолько непреодолимая тоска, что хочется лезть на стену без специальных приспособлений, чтобы с грохотом упасть с потолка на спину и вышибить из себя весь этот смрадный дух.
Так вот и произошло мое плотное знакомство с огненной водой, от которого, за последнее время, я довольно сильно устал. Сложно постоянно терпеть нарастающую к обеду головную боль и слабость, а после пытаться согнать ее теми же методами, какими она и была вызвана. Клин клином, как говорят. Жаль только, что подобное решение было, мягко говоря, неверным и немного более вредным, чем хотелось.
Ноутбук зажег экран, мягкий белый свет упал на мою худую грудь, практически не поднимающуюся от дыхания. Занавеска стала играть тенями, изображая странный нечеловеческий танец, больше походивший на жуткое напоминание о чем-то неприятном. Но я отгонял эти мысли. Последнее время темнота все глубже пробирается в мое сознание, как бы я не отталкивал ее в обратном направлении. Хотя, может быть, я, незаметно для самого себя, оставлял дверь незапертой каждый раз, чтобы она вернулась и попыталась снова, когда я вновь буду лежать обессиленным на кровати.
Мышка оказалась крайне неудобной, она была не то специальной для игр или чего-то подобного, либо для левшей, хоть таких и не существует. Она сильно давила задней частью своего корпуса мне в ладонь, создавая ощущение того, что она не хочет находиться в руке, не принадлежащей хозяину. Либо я уже хорошенько проспиртовал свой мозг, и он уже начинает создавать галлюцинации и придумывать для них крайне логичные в какой-нибудь другой вселенной оправдания.
На деле же оказалось, что моя ладонь была попросту грубо разрезана, из раны уже не сочилась кровь, виднелись только засохшие и сформировавшие неровные комочки сгустки крови. Странно. Странно, что я даже не помню, когда получил такое сильное увечье, сложно же не осознать боль, которая должна была быть достаточной для хорошего такого крика. Новый образ жизни переставал мне нравиться еще больше.
Интернет – штука весьма полезная, если рассматривать его с точки зрения возможностей и открытых перед пользователем дорог. Вопрос только в том, кто по какой пойдет. Все в мире уже прекрасно знают, что сеть создана исключительно для развлечений и редких поисков полезной информации. Начиная с рецептов пирога на, очередной, из праздников, заканчивая необычными фетишистскими видео или даже книгами. Это я к чему: хотелось бы выглядеть в глазах большинства достаточно образованным и высокоморальным человеком, который сейчас разложил бы по полочкам все аргументы за и против такого нахального использования сети, но такого не будет. Я сам включаю компьютер исключительно для того, чтобы отвлечься, разбавить будни.
Такое мне доставалось редко, всегда был чем-то занят, даже пока был ребенком. Сейчас вспоминаю прошедшие годы и понимаю, что уже с малолетства пытался помогать родителям тем, чем мог, даже если это совсем не получалось. Интересным я был тогда, смеялся, выхватывал у матери швабру, чтобы пробежать с ней по всему дому, разбрызгивая воду на все, что только можно. Правда, после, приходилось все перемывать заново, но это уже доставалось исключительно мне, не только по праву наказания, но и по причине моего личного желания.
Вечер обещал быть достаточно долгим, не только по причине появления компьютера в моей неприбранной комнате, но еще и потому, что эту ночь я еще днем решил провести в сознании, как бы ни хотелось спать, что бы организм не предпринимал для того, чтобы хоть на минутку отключиться. Причина проста: постоянные кошмары мучают гораздо сильнее, чем сильный недосып. лично по мне, гораздо лучше быть разбитым от усталости, чем долгое время приходить в себя от увиденного некоторое время назад.
Сны – вообще отдельная история. Кто-то их считает окном в другой мир, где находится наша альтернативная версия, которая может жить лучше или хуже нас самих, только в эту теорию я не верю. Другие же говорят про сложные мозговые махинации с запоминанием информации, перевариванием пережитых эмоций и переживаний. Слишком сложно, заунывно и больше всего похоже на правду. С этим ничего не поделаешь, умные лбы из институтов по изучению чего-либо знают гораздо больше правды, чем стоит знать простому человеку. Мое же личное убеждение только в том, что в плохие дни, когда все валится из рук, когда голова идет кругом от терзающих мыслей, когда меланхолия накрывает тебя своим шелковым холодным одеялом, мозг быстро к этому привыкает и продолжает уничтожать себя еще и ночью, принимая все за установку к самоуничтожению. Хотя, может быть, ученые таки знают больше.
Было время, когда приходилось подолгу шариться в сети в поисках того или иного вопроса, который тревожил голову или же требовался по долгу работы, но со временем это все настолько сильно отошло на второй план, что я даже не помню, уволили ли меня или же нет. По логике вещей, никто не станет держать у себя сотрудника, полностью пропавшего из поля видимости, независимо от того, насколько он был ценным специалистом. Всем совершенно плевать на чужие проблемы, особенно, если они касаются напрямую душевного спокойствия и здоровья. Капитализм не имеет пола, расы и души, он никогда не болеет и ни от чего не страдает, это современный бог, способный переворачивать горы с ног на голову. Странно только то, что все его составные части, являясь достаточно хрупкими биологическими оболочками с мыслящими процессорами, не ставятся в абсолют, как жизненно необходимые крупицы. Все наоборот, запчасть расходуется до предела, пока не придет в негодность по какой-либо из причин, а после меняется на ту, что изношена меньше всего или же работает с большим коэффициентом полезного действия. На тебя наплевать всем, часто даже тебе самому. А это уже достаточно грустная история, чтобы и ее вплетать сюда.
Моя страница была просто изрешечена сотнями сообщений от начальства, знакомых и простых рекламных рассылок. Даже не хотелось ничего открывать и вчитываться в одни и те же слова, с вопросами о моем здоровье и состоянии. Да кому это вообще интересно? Просто стандартный вопрос, обязывающий выказать факт того, что тебе не настолько сильно наплевать на собеседника, как другим, ничего более.
Раздается легкий щелчок, похожий на звук закрывания дверного шпингалета, оповещающий о поступлении нового сообщения. Я тихо вздыхаю и перевожу взгляд на новое красное пятнышко в углу экрана. Снова начальник, увидел то, что я появился в сети спустя такой промежуток времени. Оперативно следит, учитывая то, что должен быть еще на работе и вовсю раздавать указания подопечным, время от времени прерываясь на очередную сильную затяжку своей электронной сигареты.
Даже не стал бросать взгляд на появившийся текст, хватило осознания того, от кого он. Гадать не надо, могу дословно повторить несколько последних вариантов его сообщений, ни разу не повторившись, но говоря об одном и том же.
Второй щелчок, я уже выругиваюсь от такой настойчивости, но замечаю новое сообщение, пришедшее от незнакомого человека.
В целом, я никогда не был настолько нервным и раздражительным человеком, вот сколько себя помню. Еще в школе приходилось терпеть постоянные издевки от одноклассников. Сами знаете насколько жестокими могут быть дети. К счастью, мое окружение ограничивалось только легкими издевками, но на большом промежутке времени, не забывая про количество. Я был парнем, нисколько не выделяющимся из множества сверстников, да, не могу сказать, что находился в самом низу по популярности, хоть сейчас чувствую себя именно таким. В моей жизни всегда находил место спорт, без излишеств, я мог спокойно пропустить тренировку, если не успевал сделать уроки или же просто имел настроение остаться дома. Учеба шла по обычной дороге, родители не часто ругали за плохие оценки, но и практически не хвалили за хорошие, считая это совершенно нормальным следствием обучения их ребенка. А я попросту умудрялся списывать у соседа по парте практически все контрольные и проверочные работы, даже если мог решить их сам, мне было совершенно не интересно заниматься математикой или другими точными науками. По душе приходились вещи, связанные с размышлениями, то есть не связанные со школой совсем. Я часто брал в библиотеках книги по философии, стараясь вчитываться в Ницше, трактуя высказывания Заратустры на свою жизнь, после рассматривал Декарта, как своего неназванного учителя. Только вот в итоге начал забывать свои собственные желания и мечты, так бывает, когда слишком сильно углубишься в себя и заметишь настолько обширную плоскость, незастроенную бесполезными кривыми высотками с выпирающими невесть откуда кирпичами глупых шуточек про детородные органы, да свисающими на огромных анкерных болтах балконами предрассудков, сформированных еще в самом малолетстве. К сожалению, мой внутренний город уже начал грандиозную стройку, ведь проведенное под луной время уже приближалось к четырнадцати годам, чертова дюжина уже отложила свои плоды в виде насмотренной с родительской кассеты порнографии и всего подобного, о чем принято умалчивать. Два года прошли более спокойно, если сравнивать общей картиной моей жизни, но все равно высотки отстраивались безрукими каменщиками неделя за неделей.
Я не задумывался о будущем. Мой мир находился здесь и сейчас, не имея путей развития ни в какую сторону. Так бывает у детей, которые могут позволить себе заниматься хоть чем-то помимо учебы и занятий хореографией по воскресеньям. Меня устраивало все, от постоянно пролетающих мыслей в голове, которые неведомо как умудрялись прививать мне любовь то к чтению детективных романов, то к тяжелой музыке, от которой у родителей уши сворачивались в трубочку. Однажды, даже проводился воспитательный разговор, где мне подробно объяснили следствия прослушивания подобных музыкальных композиций, но если вкратце – родители на дух не переносили громкий звук барабанов и рифы гитар.
- Привет, тоже не спишь в эту звездную ночь? – сообщение было написано с маленькой буквы, но в конце стояла точка, сильно цепляющая взгляд.
Я мешкался с ответом, ведь такое поведение со стороны девушки, а это была именно она, если судить по ее виртуальному профилю, было достаточно странным. Не знаю почему, но в нашем мире стало быть нормальным то, что только носитель тестостерона в своем организме обязан делать первый шаг. А еще говорят, что феминизм только начал бороться за права слабого пола. Я никогда не углублялся в эту тему, но имел достаточно твердое мнение, которое еще не доводилось высказывать никому, так как не было ни желания, ни мотивации этого сделать, хоть возможностей предоставлялось достаточно.
Сидя, в очередной раз, в баре с парочкой близких друзей, то и дело заводился разговор о женском поле. Согласитесь, ни один мужской разговор в расслабленном состоянии и должной обстановке не обходится без подобных речей. Это как идти в лес за грибами в середине августа и получить еловой веткой по лицу – обязательно при любых обстоятельствах, даже, если стараться держать ситуацию под контролем и пристально следить за окружением, все равно появится момент для хлесткого удара по незащищенной щеке.
Наши разговоры не заходили слишком далеко, в зону интимных отношений, большинство считало, что в этом нет ничего интересного для того, чтобы рассасывать подобную тему, как леденец, лучше сразу раскусить его и пережевать, процесс всегда один и тот же, без особых расхождений во мнениях. Другой разговор, когда поднималась тема женской красоты и утонченности.
- Девушки, - говорил как-то Олег, когда мы уже пропустили по паре кружек светлого, - они всегда умудряются быть изящными и желанными. Не замечали? Я говорю про то, что все их движения остаются манящими и грациозными в любой момент времени, даже в нетрезвом состоянии. Иногда, даже приятно полюбоваться, задержать взгляд на то, как твоя дама надевает на себя твой свитер утром или же стоит у плиты и аккуратно разбивает яйца на сковороду, после чего легким движением отправляет пустую скорлупу в мусорное ведро. Я вижу в этом определенную эстетику, как картины в музее, многие делают вид, что им совершенно не интересно, особенно сейчас, когда в сети гораздо больше интересных развлечений, но ты все равно раз или два бросишь взгляд, потянешь момент, насыщая мозг эндорфином, после чего снова уткнешься в экран, но уже с довольной улыбкой и настроенным на совершенно другие мысли сознанием.
Я ответил ему что-то не сильно членораздельное, потому что был достаточно пьян, как и несколькими днями подряд ранее. К слову, эти душевные посиделки и были образованы только ради меня, отвлекающий маневр, направленный на обман сжирающего самого себя сознания, которое совершенно забыло о чувстве самосохранения, и было готово превратиться в кипящую лаву, чтобы вырваться из черепной коробки и остыть некрасивыми серыми каплями на полу прямо в этом баре. Красивое бы было зрелище, брызги – обрывки мыслей, непропорциональными ошметками покрыли бы стол передо мной, пол, окрасили бы в серый прекрасный красный ковер, который уборщики не смогли бы отмыть даже через год. Мое тело бы мягко осело на спинке стула, и без того слабые руки оборванными канатами рухнули вниз и замерли без движения. Уже вижу, как половина заведения вскакивает со своих мест, где-то в углу кричит полная женщина с неровно намазанными губами, так, что правый угол уходит сильно вверх, создавая подобие глупой усмешки. Мужчины с разных концов зала выдают свои фирменные нецензурные выражения и хватаются за головы.
- Федя, че ты вытворил? – кричит, срывая голос друг справа, я даже не помню, кто он и как выглядит, мои глаза не особо желают всматриваться в большую черную тень в поле зрения.
- Так и должно быть, - отвечаю я, пытаясь поднять руку, чтобы отмахнуться от товарища, желающего потрясти меня за плечо.
- Еще и сопротивляется, - он должен был поднять брови, - посмотрите на него, я бы после такого был бы в двух минутах от ближайшего хостела, чтобы дома не появляться.
- Я один живу. Забыл?
- Ну конечно, тебе же некого бояться, это хочешь сказать? – он толкает меня в предплечье, рука больно ударяется об стул и продолжает висеть мертвой тряпкой. – Да я бы ни за что бы не пошел в квартиру в таком виде. И плевать, что там у тебя в жизни произошло. Понял? Хоть трижды замучайся, а такого не надо устраивать.
В этот момент я даже пошевелился. Что плохого в переполнении головы неприятными мыслями с их последующим исчезновением, посредством прямого выброса из черепа? Звучит странно и глупо, но я же в фигуральном смысле.
- Что в этом такого плохого? – я громко икнул, не сумев сдержать напирающую диафрагму. – Освободился от плохого.
- Федя, - он повернул мою голову так, чтобы я увидел стол, - ты слишком много выпил, и все, что из тебя вышло – это вот это безобразие.
К слову, тогда я на самом деле думал о взрыве сознания и долгожданному облегчению от мук, только вот этого не произошло, от чего стало только хуже, как будто проснулся в сухую реальность после слишком красочного сна. Ненавижу реальность с ее нерушимыми законами. Не буду строить из себя страдальца, каких еще не видел свет, прекрасно понимая, что любые проблемы моего возраста – это либо вложение определенного количества денег, либо простое успокоение и забывание. Проще говоря, я много накручиваю сам себя, имея даже маленький кусочек причины на подобное действие. Я как бык перед тореадором, размахивающим красной тряпкой. Только настоящих быков раздражает само присутствие придурковатого мужчины, скачущего перед ним, как клоун на детском утреннике, а меня именно эта чертова тряпка с ровно выведенными на ней буквами, ясно излагающими причины моего недуга, если можно про него так сказать.
Я, честно, долго думал, что ответить на свалившееся сообщение. Все могло быть простой шуткой очередной группы школьников, решивших позабавиться, рассылая случайным людям сообщения, якобы от шикарной девушки, которая очень хочет пообщаться. Верю, конечно, ведь у любой шикарной молодой красотки постоянные проблемы с поиском собеседника и сопровождающего на очередной концерт модной группы или похода в кафе. Я, честно, даже не знал ни одного подобного заведения. Точнее сказать видел множество со стороны, но не заходил никогда, особенно в последнее время, по понятным причинам, разумеется.
Врать не стану, руки немного подрагивали от некоторого напряжения, исходившего, как я думал, с той стороны экрана, где два блестящих глаза с интересом наблюдали за моей иконкой с ярким голубым кружком в правом нижнем углу. Но на самом деле давление шло из глубины моей внутренней устаканившейся пустоты, которая прикладывала немалые силы на то, чтобы сохранить свои права на пребывание в моем внутреннем мире, где не осталось жилых зданий, а улицы не переполнены автомобилями, остался только пустырь с жухлой травой. Не уверен, что построю что-то новое, кроме некрасивых замков из грязи и дерна, которые простоят ровно до начала очередного дождя, а они бывают здесь крайне часто.
- Здравствуй, - коротко пишу я, после чего добавляю, - давно не смотрел на небо, особенно ночью.
Ответ не заставил себя долго ждать, будто собеседник ожидал моего сообщения и был готов сразу же печатать ответ.
- Выгляни в окно, не пожалеешь.
Не знаю, почему я подчинился этим словам, но ноги машинально привели меня к окну, я отодвинул штору и просунул голову к самому стеклу, едва не касаясь его носом. Гладкая поверхность передавала на кожу приятную прохладу даже через промежуток воздушного пространства, я чувствовал, как снаружи задувает ветер, не способный достать мое тело, не способный дернуть за нужные струны души, чтобы заставить меня загрустить немного сильнее. Жаль, что погода так сильно способна менять настроение, это сбивает со всех настроек, особенно, если ты просыпаешься утром бодрым и готовым к новым свершениям, но после открытия штор падаешь ниже плинтуса с таким грохотом, что его можно спутать с громом.
Небо и вправду было похоже, как сравнивали древние люди, на сито, поставленное против солнца. Если прильнуть ближе к стеклу и сделать из ладоней подобие бинокля, то можно различить Млечный путь, выделяющийся своей размытой белой полосой из холодного света. Ночная тьма проникала в меня через раскрытые зрачки, соединяясь с их чернотой, проникая глубже, настолько, что можно утонуть. Приятное ощущение, не хватает только вдоха свежего уличного воздуха и травы под ногами. Только ради этого я не собираюсь выходить из своего маленького убежища, где меня недостанет никто, даже, временами, надоедливые друзья, слишком шумные и желающие повеселиться в моей хмурой компании. Я кактус на ромашковом поле, иначе и не назовешь такой необычный симбиоз. Только я не встречал цветов, превратившихся в это колючее недоразумение.
- То, что было нужно.
- Не благодари, сама частенько остаюсь на балконе, чтобы поймать звездную тишину.
Очень жаль, что переписка никак не передает эмоции говорящего, что меня очень сильно расстраивало не только со стороны непонимания настроений собеседника, но и невозможности передать что-то свое, особенно, когда это очень необходимо и простые черные буквы, строем встающие на экране, не имеют совершенно никакой силы, как игрушечные солдатики. Про все эти маленькие яркие картинки со смеющимися или плачущими лицами я даже не хочу упоминать, они максимально гипертрофированы и выглядят неживыми, подобно застывшим лицам на египетских саркофагах. Возможно, древние что-то определенно знали, но не смогли передать потомкам, чтобы они, не напрягаясь, использовали ненастоящие лица, взамен своих опущенных улыбок.
Спустя некоторое время тишины я снова услышал четкий щелчок, от которого мое сердце почему-то решило немного ускорить свою работу и протолкнуть в вены немного больше крови. Тепло расплывалось по телу с неплохой такой уверенностью, которой я даже немного завидовал. Все-таки организм всегда хочет жить, не важно, что там решила главенствующая верхушка, запершаяся в тесной черепной коробке и думающая только о себе. Немного неприятно, когда тебя сталкивают с порога жизни только по воле какого-то больного органа, решившего остановить свою деятельность.
- Разве еще остались девушки, так щепетильно относящиеся к своему внутреннему миру? – мои пальцы то и дело промахивались по кнопкам, и я раз за разом переписывал слова. – Звучит очень меланхолично и романтично.
- Остались, - далее стояло сразу несколько пробелов, - да только они не сильно-то хотят себя показывать.
- Однако, - начал я.
- Однако такое происходит время от времени, если ты подумал про это.
Внезапное общение с человеком противоположного пола пробудило во мне давно забытые чувства, как весенние теплые порывы ветра, скользящие по твердому снегу, медленно обращающегося ни в что, в воду, которая просто впитается землей. Необычное сравнение, но очень подходящее для подобной ситуации, другого образа попросту не появляется в моей голове. Может, потому что время года такое, всплески гормонов или еще чего. Я улыбнулся от собственных глупых мыслей, удивляющих своей прямолинейностью и банальной простотой образов, легко появляющихся перед глазами, как только о них задумываешься. Пора начать писать стихи или короткие литературные зарисовки, я так считаю, может чего и получится в таком времяпрепровождении. Слышал, что существуют методики избавления от стресса и тревоги посредством банального рисования. Не могу сказать, что верю в них, но, если о них так лестно отзываются психологи и те, кто пользовался их услугами, то есть некоторый смысл верить в чудодейственную силу творчества. Или это уже искусство?
Я отвлекся от экрана, на который смотрел уже достаточно долгое время, не отводя зрачков, пришлось даже усиленно моргать, чтобы нагнать слез в подсохшие глаза. Ничего страшного, от такого не слепнут.
Вообще сложно найти грань между искусством и творчеством, если рассматривать этот вид деятельности со стороны страдающего человека, старающегося перевалить хотя бы часть своих когтистых кошек на бумагу, холст или струны гитары. Особо не важно, как выражается проблема и откуда она взялась, итог один – проявление искусства-творчества, наполненного особой энергетикой. Возникает интересный вопрос: чувствуются ли вложенные чувства сторонним наблюдателем? В процессе работы над вещью (так я назову продукт любого искусства-творчества) скорее всего будет заметна нотка, выдаваемая раненой душой творческого человека. И я сейчас говорю не о постоянно капающих на холст слезах или дрожащих руках, это совершенно другая история и немного другая проблема, которая не так интересна, ибо она является попросту проявлением сознания, не способного самостоятельно переварить собственные мысли. Такое чаще всего происходит в самом начале, практически сразу после болезненного опыта. Не буду браться за попытки объяснить суть этой самой «нотки», что должна быть заметна со стороны, потому что для каждой творческой личности, даже если она начинает свой путь, исписывая первый листок бумаги или дергая свою первую струну на четвертом ладу. Она будет своей, отличаясь от соседней настолько сильно, что между ними не будет даже связи. Надо будет сходить в одну из картинных галерей, интереса ради, попробовать заглянуть за изображение, понять его внутреннюю силу, если таковая имеется, а после, удивляться возможностям человеческого труда.
- Уснул?
- Нет, просто задумался, - по большей степени мне было больше безразлично, я спокойно мог бы забыть про наш короткий диалог и больше не возвращаться к нему, но девушка с той стороны, кажется, не собиралась отступаться.
- Это хорошо, - я прочитал это с некоторой тоской в интонации, - ты единственный, с кем я сейчас могу и хочу немного поговорить. Может, все-таки познакомимся?
Я совсем забыл, что мы даже не соблюли эту простую формальную мелочь – не обменялись именами, в знак того, что начали общение.
- Федор, - ответил я после короткого молчания.
- Необычно, - утвердила она, учитывая современную редкость имени. – Я Настя.
Так наши разговоры превратились в ежедневную необходимость.
- Ты когда-нибудь слышал про то, - написала девушка одним поздним вечером, - что внутри каждого человека находится целый город? Я сегодня случайно наткнулась на такое утверждение и уже долго не могу уложить это в своей голове.
Посмотришь на него – человек как человек. А внутри город, дымящийся в руинах, - прозвучало в моей голове, как только я понял, о чем идет речь. Кинчев был прав, оставляя свои послания в песнях.
- Слышал, даже сам немного задумывался о подобном.
- Я вот ни разу, даже не приходило в голову, а теперь наоборот, не могу отвлечь мысли.
- Это нормально, часто бывает так, что интересная и близкая тема терроризирует мысленный эфир, оставляя кругом клочки бумаги со своими рисунками.
- Интересное сравнение.
- Само вышло, - честно говоря, я даже почувствовал, как мои щеки покраснели, но я решил не думать об этом.
- У меня есть идея, - Настя некоторое время помолчала, будто взяв символическую паузу, дабы дать мне возможность поразмыслить самому, предположить суть продолжения, - давай попробуем сыграть в одну игру, которая может узнать нам друг друга лучше?
Я поднял брови. Заявление было интригующим, но что-то меня оттягивало назад, словно предостерегая от наступающего чего-то. Смею предположить, что я попросту испугался неизвестности. Как банально, даже смешно самому, настолько глупа была ситуация. Не могу сказать, что был неуверенным в себе человеком. Часто случалось так, например, еще в школе, мне доставляло некоторое удовольствие первым поднимать руку, когда проходила проверка домашнего задания, выходить первым из толпы, когда назревала драка (хоть такое случалось крайне редко). Друзья каждый раз удивлялись моей оживленности и вовлеченности сразу во все подряд, не понимая, откуда я беру силы на постоянные проявления собственного энтузиазма. В то время, когда только еще начинались университетские годы, мне очень нравилось участвовать во всех мероприятиях, не важно в какой роли, мне могло быть достаточно даже просто стоять с толстым ободранным шнуром в руках и, в нужный момент, изо всех сил тянуть его вниз или вверх, чтобы занавес плавно скрывал производственные моменты представления от зрителя. Мне доставалась возможность создавать атмосферу непрерывности представления, игры, которая давала людям увидеть историю или насладиться концертом. Интригующе, ведь в твоих руках находилась вещь, которая могла создать и одновременно разрушить. Мне кажется, что многие «большие люди» чувствуют примерно то же самое, жонглируя в руках инфоповодами, серьезными решениями и судьбами людей. Масштаб больше, я согласен, только суть одна и та же, просто человек получает удовольствие от того, что держит плетеный канат в своих руках.
Я даже не заметил, как на экране появилось сразу несколько объемных сообщений, достойных для того, чтобы стать полноценной новеллой в любом сборнике современной прозы. Настя продолжала печатать, поэтому я решил немного подождать и дать ей возможность высказать сразу все, не прерывая ее своими сообщениями, которые я бы точно написал. Да и читать незавершенный смысловой порыв не стоило, просто потому что можно попросту потерять нить повествования в ожидании продолжения, которое могло затянуться на достаточно большой промежуток времени.
Кухня встретила неприятным холодом. Окно снова открылось само, замок плохо удерживал форточку и ее, периодически, выдавливало ветром, что пугало ночами и создавало приличный дискомфорт в подобных моментах. Все же знают, что человек, находящийся в подавленном состоянии, вырабатывает намного меньше тепла, именно от этого мы заворачиваемся в плед и берем в руки чашку чего-то горячего. Мягкая шерсть и согретое горло способно вернуть даже волю к жизни, если дать это любому в нужный момент времени.
Чайник бурлил хором беснующихся молекул, но я его практически не слышал, мой взгляд был направлен в окно. Я оперся на подоконник, закинув занавеску за спину, и практически прильнул лицом к стеклу. Люди внизу еще не разошлись, здесь всегда гуляли парочки, дамы с собачками, но сегодня они, видимо, взяли перерыв. По тропинкам ходили только два хмурых мужчины с маленькими песиками, которые то и дело старались подбежать друг к другу, но короткий поводок не давал им закончить начатое, тросик натягивался, отдергивался назад и, спустя некоторое время, снова превращался в струну. Обидно, наверное, когда такая мелочь останавливает тебя от такой крохотной цели, находящейся на расстоянии, чуть больше, чем допустимое.
Я поднес чашку к губам и слегка коснулся горячей жидкости, ощущение появившегося ожога сразу дало понять, что стоит немного подождать и вернуться к прерванному диалогу. В коридоре лежала куртка с очень четким следом от ботинка на спине, не заметил, что уронил ее, когда заходил. Или она лежит здесь уже довольно давно? Память пыталась прокручивать кинопленку в обратном направлении, но находила только пустые кадры, кто-то определенно забыл нажать на кнопку записи в начале моих алкогольных похождений. Махнув рукой, я просто отопнул ее немного в сторону, чтобы не наступить на нее в следующий раз. Легко жить, не следя за собственным окружением, иногда даже приятно, что есть возможность перестать волноваться за все подряд, от немытой посуды, до порвавшихся шнурков на старых кроссовках, которые так и не могут отправиться в свой последний путь. С другой стороны, такая возможность дается всего лишь двум типам людей. Одни попросту глупы, слабы морально и не воспитаны до должного уровня, другие же разрываются внутри от проблем, переживаний и еще невесть чего, от чего все остальное обращается в микроскопическую точку, затерянную в пространстве где-то между диваном и Северной Каролиной.
Только сейчас заметил, что добрая треть квартиры завалена пустыми бутылками, грязной одеждой и предметами, назначение которых установить не удалось. Где-то виднелись салфетки, битая посуда, коробка из-под пиццы и даже игрушечный пистолет. На стене было нарисовано чье-то лицо, но узнать в нем кого-то было невозможно, множественные подтеки краски, штрихи фломастером и плохое видение художника исказили черты настолько, что оно больше походило на неприятную гримасу с ярко выраженными уродствами. Страшный шарж.
В диалоговом окне уже не было видно моих ответов – все пространство заняло длинное сообщение. Судя по указанному времени, Настя ждала моего ответа уже около десяти минут, которые как раз потратились бы на прочтение такого труда, не побоюсь этого слова. В современном мире краткость одержала безоговорочную победу над развернутыми и интересными разговорами в сети. Говорю сейчас, как старый сноб, не принимающий реальность таковой, в какую ее преобразовала молодежь, но совершенно забываю про то, что и я один из них.