Pain.

-Я не умру? Ты мог меня спасти! Что же ты раньше молчал? - я повернулась на Тео, но он не разделял моей радости. - Что не так?

Он сел на край кровати, совсем на край, будто готовый сорваться в любой момент. Тео пронзительно посмотрел мне в глаза, но я не шелохнулась.

-Если ты станешь такой, как я... - он протер лицо руками. - Это ноша. Это зависимость. Бремя.

-О чем ты говоришь? Я выживу! Какое это бремя? - не понимала я.

-Это зависимость. Так же, как людям нужна еда. Так же, как цветам нужно солнце.

-Зависимость в чем? - со страхом спросила я. Он поднял на меня блестящие глаза.

-В боли. Мы... питаемся болью.

Я нахмурилась и мое сердце упало. Мне стало тяжело дышать. Я поняла ужасную вещь. То, к чему он так долго вел.

-Я могу... - я сглотнула. - Убить?

-Да, - прошептал Тео. Это ударило по мне. Иногда шепот пронзительней крика.

Так вот что имел ввиду папа... я буду ненавидеть себя.

-Почему ты не упомянул убийства в своей истории? - я согнулась, так что мои ключицы стали четче.

-Я не хотел тебя отпугнуть, - Тео смотрел в никуда и ждал. Ждал моего решения.

Умереть или жить, возможно лишая жизни других? Но если я буду сдерживаться?

-Но если я буду сдерживаться? - я отвернулась к двери и посмотрела на зеркало на ней. На меня смотрела слабая девушка с короткой, каштановой прической.

-Это не так просто, - сдержанно ответил он. - Я такой столько, сколько себя помню. Я с трудом сдерживался, чтобы не убить... тебя.

Мне это был еще один удар. Его слова хлестали меня по лицу, хватали за горло и душили.

-Почему? Почему меня?

-После смерти мамы ты испытала так много боли... даже душевная боль может свести нас с ума.

Я взялась за голову и прошагала к окну. Несколько секунд так постояла, переваривая фразу Тео. Затем решительно опустила руки и повернулась к Тео.

-Я готова.

Тео ошеломленно поднял глаза.

-Тебя не беспокоят убийства?

-Я не хочу умирать. Я буду сдерживаться, как смогу, - пообещала я.

-А как это... - отвела я глаза от него. Было невыносимо в них смотреть. Бесконечно черные. Будто смотришь в бездну. - Превращаться?

Тео встал и взял меня за плечи.

- Я не буду тебя утешать, будет больно. Такого ты никогда не испытывала. Тебе будет казаться, что тебя сжигают изнутри, пожирают. Тысячи воображаемых кинжалов воткнутся в тебя. Тебя будет разрывать на части. Всю боль, какую только можно испытать, ты испытаешь. Ты уверена в этом?

-Я справлюсь.

Последнюю фразу я проговорила поспешно. Мне нужно осознать...

-Ты готова? - осторожно спросил Тео.

Я стояла к нему спиной. Какие же люди забавные. Перед самой смертью просыпается отчаянное самосохранение. И я такая же. Готова на все, чтобы не умереть.

-Да, - повернулась я.

-Я попробую сдержать твою боль, но ничего не обещаю...

-Просто скажи, что все будет хорошо, - улыбнулась я так нервно, что рука немного затряслась.

-Мы переплели пальцы, а значит и жизни. Погибнешь ты - погибну я, - он взял меня за руку.

Тео осмотрел комнату. Его слова теперь звучали обогревающе.

-Кричать ты не будешь, - он поспешно застелил кровать. Я не поняла этого высказывания, но промолчала. - Ляг. И устраивайся поудобнее.

Никто из нас не усмехнулся.

Я легла и приготовилась к худшему. Тео взял меня за руку так, что наши запястья соприкоснулись. Он медлил.

-Давай, - прошептала я.

Сначала началось покалывание на кончиках пальцев, будто после затекания руки. Потом это распространилось по всей руке и стало больнее. Как будто крупа шелестела в коже. Только крупа с острыми концами.

Я хотела простонать, но голоса будто не было.

Затем все тело словно жужжало, у меня начались судороги. Будто множество пчел летали надо мной и время от времени жалили.

Ледяные кинжалы втыкались в меня, ледяной водой больно стекали по мне и их сменяли другие.

Кинжалы сменили иголки. Они втыкались везде и всюду. Одни проникали глубоко и так там и оставались. Но другие, будто залезали только острием и часто прыгали, делая очень больно.

Я выгнулась и открыла рот в беззвучном крике. Я не видела ничего вокруг себя, Тео пропал. В глазах потемнело.

Потом мне казалось, что меня сжигают через живот. И пламя проникает все ближе к коже. Все ближе и ближе... я вся горела. Изнутри.

Огонь сменило ужасное - меня будто разрывали. Суставы словно вылетали, руки отрывались.

Эта агония продлилась еще вечность, может больше. И длилась бы еще больше, если бы я не отключилась.

Хоть я думала, что не выживу...

Я открыла глаза.

The end.