Pain.

Стуки по коленям и локтям. Ужасно больно в голове и руке...

-Основные рефлексы в норме, - голос молодой девушки неприятно щекотал уши.

-Проверь зрачки, - это был старый, немного с хрипотцой голос мужчины. Его голос будто кипел и журчал у меня внутри, это было приятно. Я открыла глаза прежде, чем мне их открыла та девушка. Ее тонкие руки застыли в воздухе перед моим лицом. Вдруг изображение расплылось. Она с удивлением на лице повернулась к мужчине,которому на вид было лет сорок:

-Она в сознании, - испуганно проговорила она. Все снова стало четким. Мужчина нахмурился, все его морщины собрались в кучку. Но морщась, он недоуменно широко открыл глаза, что выглядело странно. Он потрогал мне лоб.

-Жара нет, - пробормотал он. Он напомнил мне Февер *- Вколите ей обезболивающего, дайте наркоза, подготовьте к операции...

Аппараты рядом со мной заверещали. Я начала терять сознание.

-Дефибрилляция желудочков, - с ужасом проговорил третий голос, который принадлежал молодому черному парню. - Команду реаниматологов сюда!!! - прокричал он. Сбежались люди, все стало отодвигаться на задний план. Накрылась пелена темноты.

-Разряд! - я отключилась.

××××××××××××××

-Элис, - голос становился настойчивей. - Элис, вы слышите меня?

Я сморщилась, но не открыла глаз.

-Да, - я слабо сказала это шепотом. В груди болело, голову что-то сжимало, видимо перевязали. Я попробовала открыть глаза, они слиплись и слезоточили. Все расплылось. Черный парень бесцеремонно открыл мне глаз шире и посветил фонариком. Я опять поморщилась.

-Вы попали в аварию, вы это помните? - говоря это, парень постукивал по коленям и локтям. Я немного помедлила. Авария...

-Там был парень! На дороге... я... помню, - отрывисто сказала я, начав фразу громко и постепенно затихая.

-Полиция никого не нашла. Может вам показалось? - он осмотрел мою руку, которая ужасно болела. Я простонала. - Здесь больно?

-Да, - парень поднял руку, от нее пошел кровавый след. Я округлила глаза. Раньше никогда не получала ран, серьезней пореза при шинковании овощей. Внутри все перевернулось, голова закружилась. Парень это увидел. - Плохо от вида крови?

Говоря, он все время что-то делал. Сейчас он перевязывал руку. Как же так? Как я могла попасть в аварию? Я же... обычная. Со мной ничего серьезного никогда не происходило... ворвались Тео, папа и Анж. Они сразу подлетели ко мне. Лишь Тео сел на рядом стоящий стул. Это меня немного обидело. Папа, по своей привычке начал осматривать меня, Анж захлопотала.

-Господи, как же так? Почему моя девочка так пострадала? - я улыбнулась. "Моя девочка". Она обняла меня за шею и села на противоположную сторону кровати от Тео. Папа был хмур, как грозовые осенние тучи. Тео тоже. Одна Анж горько улыбалась, как настоящая мама. Если бы я погибла, она переживала бы не хуже папы. Ведь Анж заменила мне друга и маму.

-Вы знаете, что с ней? - грозно спросил папа у рядом стоящего врача.

-Травма головы, небольшое сотрясение, потеря крови. Сердце не выдержало и нам пришлось сделать дефибрилляцию, - ответил черноволосый парень. Он так просто это говорил, словно рассказывал сказку.

Все помутнело и я задергалась. Невольно, будто каждый нерв укалывали иглой. Очень больно. Я отключилась.

-Элис, - голос Тео. Я так поспешно открыла глаза и привстала, что столкнулась носом к носу с ним. И тотчас отпрянула. Карие глаза. Я ошарашенно смотрела на него не моргая. Были зеленые. Стали карие. Нет, были черные, потом зеленые, теперь карие. Карие, как шоколад в какао. С прожилками, как разрезы на апельсине. Насыщенные, как темное дерево. И с кольцом вокруг, словно его глаза обвели маркером.

-Элис, что вы видите? - забеспокоился врач.

-Н-ничего... - заикнулась я. Тео поспешно ретировался, папа вместе с ним. - Я хочу отдохнуть.

Все понимающе ушли, даже врач. Хотя я думала, что он будет сидеть со мной все время. Я заснула. Мне снился тот парень на уличной площадке. Тот парень, стоящий перед моей машине. Тот парень, так похожий на Тео. Тот парень, который возможно был...

-Виктор снова приехал за мной. Он будет шантажировать меня. Я не смогу удержаться, - жалобно заговорил Тео. Его приятный голос меня разбудил.

-Ты должен. Ты принимаешь таблетки, что я дал? - спросил папа.

-Они не помогают! Я снова поменял цвет глаз...

-Да, я заметил, - кратко проговорил папа.

-Нужно уезжать. Срочно. Он не остановится на аварии, - шептал Тео.

-Она уже... - с горечью сказал папа. Возникла долгая пауза, затем удаляющиеся шаги. Я специально перевернулась на другой бок, потом на спину. Я "проснулась" снова и открыла глаза.

-Пап, - позвала я не оглядываясь на него. Он подошел и я посмотрела на его лицо. Столько горечи было в нем. Будто у тысячи отцов дочери попали в аварию и всю эту боль он забрал себе. Я не задумывалась, как я выглядела. До прихода Тео.

-Принеси зеркало, - попросила я. Было трудно говорить, горло болело, будто оно вдруг стало сухим и еще его стенки терлись друг о друга. - И мятных конфет, - Папа только кивнул. Он чуть ли не плакал. Его пронзительные темные глаза заблестели и он ушел.

Вдруг боль пронзила сломанную руку. С одной стороны хорошо, что я выкрутилась только сломанной рукой и сотрясением, но с другой она так болела, хоть ее перевязали. Я нажала на кнопку вызова медсестры. В палату торопливо вошел врач. Девушка, которая проверяла мне глаза.

-Что-то болит? - доброжелательно сказала она. Ее голос стал приятным и чистым. Наверное, она взвизгивает, когда волнуется.

-Да, что-то с рукой... - я посмотрела на место боли. Попыталась, но не смогла подняться до конца. Девушка взяла мою руку и тихонько подняла. Я простонала, руку будто резали, кромсали. Она улыбнулась,мне стало жутко и одновременно тепло.

-Сейчас я дам тебе обезболивающее, - медсестра ушла и ее халат взвился в воздухе и оголил ноги в брюках.

Я уснула без происшествий.

××××××××××××××

-У нее только вчера остановилось сердце! - твердил взрослый голос врача. Тот мужчина, лет сорока. А ведь я даже не знаю имен тех, что спасли мою жизнь.

-Я врач, я способен за ней ухаживать! - отвечал папин голос. Его низкий бас как бальзам, обволакивал меня и заставлял согреться. - Я ее забираю, - отрезал вдруг он.

Я открыла глаза не с первого раза, они слезились. Я, наверное, переспала. Повернув голову влево, застала спящую Анж. Папа и врач стояли за стеклянной дверью. Там же, где вчера разговаривали Тео и папа. И что это значит, "Она уже..."? Что уже?..

-Вы знаете, что с ней?! - снова спросил папа. Его голос взвинчивался с каждым словом.

-По какой-то причине, у нее отказывает мозг. Так бывает при сильной боли... - начал он.

-Это я знаю, - яростно перебил папа. - Какой диагноз?

-Мы не знаем, - виновато сказал врач, смотря куда угодно, только не в глаза отцу. - Но такими темпами, ей осталась неделя. Неделя здорового человека. Затем откажут ноги, руки. Затем печень, почки и кишечник. А потом легкие и сердце.

-Значит эту неделю она должна провести дома, - проговорил папа так, словно только что сообщил о потере родственника. Он вдруг ушел от врача и подошел ко мне. - Как ты? - он постарался улыбнуться, но после секундной улыбки уголки рта снова опустились.

-Я в норме, - спокойно сказала я. До меня еще не дошло, что мне осталась неделя. Я была в шоке. В трансе. В эмоциональной коме.

-Тогда мы идем домой, - папа снова улыбнулся, на этот раз надолго. Только в слезах.

*Fever - англ. Жар, лихорадка.