Марк-Got7
Никогда не думал, что буду так скучать по кому-либо. Каждую минуту я заглядывал в телефон, дабы узнать, ответила ли она на мое сообщение. Получал нагоняй от лидера за то, что по пустякам отвлекаюсь на репетициях. Но что я мог поделать, когда мои мысли наполнены лишь моей малышкой?
И насколько сильна была моя радость, когда наконец сообщили, что мы отправляемся домой. В голове уже тысячи раз прокручивал мелкие моменты встречи с ней. Представлял, как вдохну такой родной для меня запах. Ощущу ее тепло всеми клеточками своего тела, почувствую сладость ее губ. Наверное, я одержимый.
Сидеть и ожидать самолет было для меня пыткой. Со стороны я чувствовал полный жалости взгляд Джексона, а Югём все чаще приобнимал меня за плечи и тихо шептал: "Хён, все будет хорошо".
Странными были не только эти двое. Такие взгляды я ловил от всех мемберов. И, как я понял, они были не без причины.
Бэмбэм все чаще намекал мне, чтобы я заглянул в новостную ленту, и, не выдержав, включил ее сам, показывая злосчастную фотографию, которая перевернула все мое мнение о той, по которой я вздыхал почти каждую ночь. Заголовки прям кричали: " Начинающая актриса и ее новый ухажер?"
От злости я сжал телефон, из-за чего он треснул. Я не верил, нет, я не хотел верить. В голове все еще не укладывается. Нет, мой ангел не мог такое сотворить. Т.к. мой телефон был уже не в подобающем состоянии, то я просто-напросто забрал мобильный у Енджэ. По парню было видно, что он сам не понимает, что происходит, но перечить мне не стал.
С самого начала наш разговор не задался. Не знаю, почему, но я накричал на нее. Слышал, как она плачет. Даже не выслушал, просто положил трубку. Я не узнаю себя, почему я так поступил, зачем довел ее до слез?
Почти весь перелет я думал, может, стоило ее выслушать? Но эта фотография не давала мне покоя. Мой единственный лучик света внезапно померк в моих глаза. Его загородил неизвестный мне человек, говоря, что теперь я остался во тьме один.
Было плевать, что мы уже приземлились в Сеуле. Впервые я не хотел возвращаться в это место. Не желал видеть родной дом, полностью пропахшим ее запахом. Ничего, просто стоять на улице, подставляя лицо под падающие снежинки, и закрыть глаза. Чувствовать эти порывы легкого ветра было настоящим блаженством для меня. Мысли покинули тело, я не ощущал ничего, кроме пустоты в районе сердца. Может, мне все-таки обидно. Ведь я отдавал ей всего себя, был готов бросить свою карьеру, чтобы быть только рядом с ней, но меня втоптали в грязь.
Стоять тут уже нет смысла, да и незачем. Привлекать лишнее внимание - смерти подобно.
- Марк,- нежный голос раздался совсем рядом, всего в нескольких метрах от меня, а я был уже готов провалиться сквозь землю. Забыть свое существование, потерять самого себя и сбежать. - Можешь просто выслушать меня? Прошу, не уходи..Мне плохо, я не думала, что это все обернется так! Это ошибка.
- Я не хочу это слышать,- снова тихие всхлипы. Она плачет, прикрывая лицо красными ладошками. Сколько она ждала меня?
- Брат, этого тебе достаточно?- ее голос дрожал. Казалось, что сейчас она вот-вот рухнет на землю и разобьется, как самый дорогой хрусталь, который запятнали и закрыли в темном чулане.
- Нет, я не понимаю, о чем ты,- может, я слишком груб, но я ничего не мог поделать с этим. Слишком ужасное это чувство-предательство.. Не выдерживаю этой нагнетающей атмосферы, чувствую, как мои ноги словно стали ватными. Почему я не могу просто так уйти? Неужели, я настолько слаб перед ней?
Как бы я не хотел этого, но я чувству ее тепло. Она обняла меня слишком крепко, словно говоря без слов :" Не уходи".
Да, я не ушел. Просто не смог. Даже несмотря на всю боль, которую я почувствовал, она все равно оставалась для меня ангелом, которым я слепо восхищался.
- Это мой брат,-она уткнулась носом в мою спину, с силой сжимая холодную куртку. Держит меня так, словно она-потерявшийся ребенок. Плачет, просит простить ее. А я лишь молчу, глупо улыбаясь самому себе. Беру ее руку, которая до сего момента была на моей груди, тяну к себе, заставляя девушку наконец показаться лицом ко мне.
Заплаканные глаза смотрят на меня с удивлением, но я лишь слегка целую ее в губы. Пусть, поцелуй был мимолетный, даже сказать, почти не ощутимый, но он был полон той нежности и заботы, которую я часто пытался показать ей, но не мог. Вижу ее покрасневшие то ли от холода, то ли от смущения щеки.
В следующую секунду я уже одеваю на нее свой шарф. Она так замерзла, ледяные ручки буквально с силой держали мои руки, пока мы шли домой.
Слишком глупо, чтобы быть правдой.