⚫️ Глава 3.3⚫️
– Будешь бутерброд? – спрашиваю я после долгого молчания.
Парень перестаёт играть с псом и смотрит на меня. Протягиваю ему один бутерброд с маслом, ветчиной и листом салата. Кит, обтерев руки об свои джинсы, показывает, что они все ещё грязные. Открываю пищевую плёнку только сверху, чтобы он мог держать за низ, и протягиваю снова.
Взяв в свои руки, он жадно впивается в еду зубами, откусив при этом чуть ли не пол порции. Лист салата уже не влезает в его рот и падает прямо на джинсы, измазав при этом их сливочным маслом.
Мое хихиканье перерастает в лошадинное ржание. Да-да, именно лошадинное ржание, ибо как-то по другому это просто невозможно назвать.
Возможно, из-за моего смеха, Кит тоже начал смеяться, а содержимое из его рта вываливаться, что вызвало у меня одновременно и смех, и отвращение.
– Перестань. Я из-за этих звуков поесть нормально не могу! – говорит он сквозь смех, прикрывая свой рот.
– Н-н-не могу. Ты слишком нелепый, – произношу, в попытке заглушить смех, но, как вы понимаете, безуспешно.
Пытаюсь отвлечься и достаю из кармана телефон. Снова проверяю вызовы и сообщения. Пусто. Ну и слава Богу.
К счастью, этот убогий дикий ржачь прошёл, не бесследно, конечно, но не такой уж теперь он глобальный. Но и от него не остается и следа, когда в голову приходит безумная мысль.
– Кит, как думаешь, если я сейчас позвоню своим родителям, то что они скажут, когда услышат мой голос? – разрушаю неожиданно наступившую тишину.
Парень подавился. Видимо, его эта идея сильно удивила.
– А ты уверена, что они узнают твой голос?
– Да, ты прав. Не узнают, – разочаровано говорю я. Выключаю телефон и убираю в карман.
Настроение пропало. Почему я раньше не так сильно хотела услышать их? Да, были мысли, чтобы позвонить, но дело останавливалось только на мыслях. До практики не доходило.
– Слушай, если сильно хочется, то позвони. Голос вряд ли узнают, поэтому можешь сказать, будто номером ошиблась.
А ведь правда. Он прав. Я скажу, что ошиблась номером...
Достав телефон, набираю номер по памяти. Руки очень сильно дрожат. Успокаивает меня только шум дождя. В крови бушует адреналин, а в голове слышу пульс, который заглушает гудки. Страшно.
– Алло, – говорит совсем незнакомый голос девушки.
– Алло. З-здравствуйте, – ком застрял в горле, голос дрожит, – можно, пожалуйста, Светлану к телефону?
– Простите, она сейчас не может говорить. Может быть, позвать её мужа?
– Да... Пожалуй, да, если можно.
– Хорошо. Секунду.
Ладони вспотели, а в животе неприятное жгучее чувство. Во рту все пересохло за каких-то пару секунд. Мысли все смешались в один большой ком.
– Здравствуйте, – говорит до боли знакомый голос.
Папа. Папочка. Они не развелись? Наверное, просто решили жить вместе. Или мой побег остановил их...
Боюсь произнести и слово.
– Говорите. Я вас слушаю... Алло, – нотки раздражения в его голосе трудно не распознать.
Руки сами сбрасывают трубку. Глаза наполняются слезами.
Не могу поверить. Это голос моего папочки. Такого родного, любимого, доброго, но справедливого отца...
Не знаю, чем я думала, когда звонила, но...
Стон вырывается из меня, а из глаз, словно водопад, льётся, кажется, нескончаемый поток слёз.
– Тише... Все хорошо... – Кит гладит меня по спине и волосам в попытке успокоить.