Изнанка во всём
POV автор.
Анна растерянно потянула дверь на себя и заглянула в класс — все уже сидели на своих местах. Никто не повернулся к Жаткиной: каждый был занят видеоигрой или соцсетями.
Лишь Марианна презрительно смерила её взглядом и многозначительно сморщила носик. Её подруга Рита сделала тоже самое и язвительным тоном добавила: «Жаткина, ты опять себя, случайно, в туалете не закрыла?»
Послышались смешки и фырканье. Да, Аня часто попадала в нелепые ситуации, в которые другие девушки ни за что в жизни не попали. По мнению Анны, она была чем-то вроде посмешища — разбавляла серые школьные будни. Увы, Жаткина часто преувеличивала на этот счёт — девушка не замечала добрые взгляды, только насмешливые и ироничные врезались ей в память.
Её нелепое мямленье на уроках, запинки невпопад, неглаженная мятая одежда, сальные волосы — всё это забавляло одноклассниц, которые любили поддразнить других. Они считали, что внешний вид для любой девушки — главное.
И Аня тоже начала так думать! С первого класса учёбы в этой школе она не заморачивалась по поводу того, как она выглядит — её больше беспокоили оценки, нежели причёска.
В подростковом возрасте она всерьёз призадумалась над мнением других....
****
Анна медленно прошла к своей парте — последней у окна и ничего не сказала. Рита и Марианна тоже сидели за последней партой, только в соседнем ряду. Девушки часто кидали насмешливые взгляды в сторону Жаткиной и Нади Соколовой. (Это соседка по парте и единственная подруга Ани в классе)
Надя Соколова в это время с достоинством показала средний палец и послала этих стервочек куда подальше — те многозначительно фыркнули и отвернулись.
********
Надя была выше Ани на голову, сильнее и горазда увереннее. Она никого не боялась (по крайней мере, так думала Анна) вела себя довольно заносчиво и говорила только правду — в лицо. Всё, что думает.
Из-за этой черты она ссорилась с влиятельными парнями и девушками, которые не признавали правду о себе. Надя стала изгоем, но Жаткина, как могла, поддерживала её, и вскоре они стали друзьями.
Честно сказать, Аня очень уважала Надю за правдолюбие и храбрость.
«Мне бы стать такой, как она!» — часто думала Аня и кидала на подругу полу завистливые взгляды.
**********
Жаткина благодарно улыбнулась Соколовой и опустилась рядом с ней на стул.
Уроки для Ани прошли незаметно то ли от того, что было слишком много работы, то ли от того что она всё время думала о Максиме. «Вот бы увидеть его ещё разочек!» — подумала Аня и посадила кляксу в тетради, но не заметила этой оплошности: мысли девушки были далеко-далеко
После седьмого урока все высыпали из класса, а Анна вышла последней. Солнце уже клонилось к закату (день заметно короче, не то, что летом).
Жаткина решила немного посидеть в раздевалке и собраться с мыслями. Голова болела.
Перед ней вертелся навязчивый вопрос: «Почему он так тепло смотрел на МЕНЯ?» Аня никогда не замечала, чтобы Максим так улыбался кому-то из красавиц, снующих рядом...
Аня медленно и нехотя встала и подошла к зеркалу. Внутри опять всё сжалось от отвращения: лицо в прыщах, волосы — сальные патлы, глаза заурядные — всего лишь карие, а не голубые, как у Оли...
«ЗАТКНИСЬ! Кончай жаловаться» — со злостью сказала она себе и отошла от зеркала.
Надя всегда называла её сопливым нытиком, и в какой-то степени была права. Ане пора бы смириться со своей внешностью, а не ковырять старые раны и вести себя, как мешок с отбросами. Ведь ей с самой собой придётся жить всю жизнь.
«Всю жизнь...» — эхом прошептала она и плюхнулась на подоконник.
Вспомнился позор на уроке физкультуры, глупые ответы у доски, жёсткий смех одноклассников... Аня почувствовала ком в горле, глаза защипало. Девушка закрыла руками лицо и зарыдала, думая, что все ушли.
Видимо, она рыдала довольно громко, потому что шедший мимо человек услышал. Чьи-то шаги приближались к девушке.
— Аня! — раздался знакомый голос.
«Максим...» — с тоской подумала Жаткина.
Он тряс девушку за плечи, но Аня не хотела сейчас никого видеть — даже его. Она дёрнула плечом и отстранилась от Волкова.
— Аня!!! — он резко отнял её руки от лица и пристально заглянул в глаза.
Жаткина увидела в его глазах жалость и зарыдала ещё сильнее. Как ни странно, Аня ненавидела, когда её жалели, потому что чувствовала себя еще хуже. Девушка искала другого — понимания и желания дать хороший совет.
Обычно девушка скрывала эмоции от людей, но Максим уже увидел её плачущей — теперь бесполезно сдерживать слёзы
Анна зажмурилась сильнее, мысленно ругая себя за слабость и малодушие, и вдруг почувствовала, что Макс...обнял её.
От неожиданности Жаткина открыла глаза и перестала всхлипывать. Максим аккуратно взял её за плечи и посмотрел в лицо.
— Расскажи мне, что случилось, — мягко сказал Макс. В его глазах светилось доверие и желание помочь.
Аня начала лихорадочно соображать, как ей поступить дальше.
«Может, рассказать ему всё?.. Нет, он начнёт смеяться над такими пустяками. Мои родители правы, это глупо...»
— Рассказывай! — уже твёрже произнёс Максим, прервав её мысли. Он заметил перемену в лице Ани и догадывался, что она сомневается.
Анюта сдвинула брови, глубоко вздохнула и начала говорить.
-----------
*Flashback*
Девчушка лет восьми гуляет по саду. Листья на деревьях уже распустились, нежно-зелёный цвет так выделяется на фоне чёрных веток!
Ни голубое небо, ни пение птиц, ни тонкая зелёная трава, как ни странно, не привлекают девочку. Она смотрит себе под ноги и идёт в сторону дома. С большим усилием она толкнула входную дверь и хлопнула ею.
Холл, надо заметить, очень богато убран. Любой взрослый человек изобразил бы на своём лице гримасу восхищения — но девчушка со странным, холодным раздражением поглядывает на позолоченные люстры и новые обои.
Она ищет кого-то глазами, поминутно сгибая и разгибая пальцы.
— Папа! — радостно закричала она, как только заметила в дальнем углу мужчину. Тот сидел на диване и что-то печатал в телефоне — длинные пальцы быстро набирали сообщение, а в глазах блестел какой-то странный азарт.
Он даже не повернулся в сторону дочери.
— Папа! — позвала она громче, и в её голосе проступили капризные нотки. Девочка топталась на месте, не решаясь подойти к отцу, и всё смотрела в его глаза.
— Тише, Марианна! — отрезал мужчина с явным холодом в голосе, но даже не взглянул на дочь.
Раздалась музыка, телефон завибрировал.
Отец Марианны нажал на «принять», и его лицо расплылось в слащавой улыбке.
— Привет, котёнок.
Из трубки послышался звучный женский голос и смех.
— НЕТ! — закричала Марианна и кинулась к отцу.
Теперь её голос уже не был робким — явный окрас детской злости мог бы напугать кого угодно. Но ни один мускул не дрогнул на лице её папы — он явно привык к истерикам дочери.
— НЕТ, это не моя мама! — продолжала верещать девочка. — Не разговаривай с ней, она гадкая, злая! — Марианна ударяла отца крошечными кулачками и захлёбывалась слезами.
— Почему ты не разговариваешь с мамой?! Я хочу...
— Закрой рот!
Отец Марианны, который до этого просто стоял и в безмолвной ярости смотрел на дочь, вышел из себя. Он оторвал её ладошки от своих рук и быстрыми шагами вышел из дома.
— Прости, киска. Она привыкнет, обещаю...
С этими словами он захлопнул дверь, оставив дочь в слезах. Девочка упала на колени и изо всех сил закусила губу — тяжёлый стон вырвался из её груди.
Она зарыдала.