4
Аудитория гудела, как улей.
Студенты переговаривались, кто-то листал конспекты, кто-то обсуждал нового преподавателя, которого пригласили вести цикл лекций по гинекологии и репродуктивной медицине.
— Ты видела его фото? — шепнула Настя, наклоняясь к Соне. — Он нереально известный врач.
Соня старалась делать вид, что спокойно раскладывает тетрадь.
— Видела.
— Говорят, у него своя клиника и очередь пациентов на месяцы вперёд.
— Угу.
Настя подозрительно посмотрела на неё.
— Ты какая-то слишком спокойная.
Соня нервно щёлкнула ручкой.
— Просто лекция.
Она сама не верила в эти слова.
Сердце билось слишком быстро. В голове снова всплывал вчерашний вечер, его взгляд, его голос, его спокойная уверенность.
Дверь аудитории резко открылась.
Разговоры мгновенно стихли.
Тимур вошёл уверенно, не спеша. На нём был строгий тёмный костюм, белая рубашка без галстука. Он выглядел не как преподаватель — скорее как хирург, который случайно оказался среди студентов.
Он остановился у кафедры и внимательно оглядел аудиторию.
Соня почувствовала, как по спине пробежал холодок, когда его взгляд на секунду задержался на ней.
Но выражение его лица осталось абсолютно нейтральным.
— Доброе утро, — произнёс он спокойно.
Его голос заполнил аудиторию, заставляя студентов невольно выпрямиться.
— Меня зовут Тимур Андреевич. Я буду вести у вас цикл лекций по патологиям репродуктивной системы и осложнениям беременности.
Он сделал паузу, словно давая студентам время осознать услышанное.
— Сразу предупреждаю: мои лекции сложные. Мои требования — высокие. Если вы рассчитываете просто пересидеть этот курс — лучше уйти сейчас.
В аудитории воцарилась напряжённая тишина.
Никто не двинулся.
Тимур коротко кивнул.
— Хорошо.
Он включил презентацию. На экране появились медицинские схемы.
— Сегодня мы разберём гормональные нарушения и их влияние на репродуктивную функцию.
Он говорил быстро, чётко, без лишних объяснений. Он использовал сложные термины, приводил реальные клинические случаи, задавал вопросы аудитории почти без пауз.
Соня записывала каждое слово, стараясь не упустить ни одной детали.
Она ловила себя на том, что слушает его голос слишком внимательно. Он говорил так уверенно, будто каждое слово было окончательной истиной.
— Студентка на третьем ряду, — внезапно сказал он.
Соня замерла.
— Объясните механизм нарушения овуляции при гиперпролактинемии.
Она подняла голову.
Аудитория сразу обернулась к ней.
Соня почувствовала, как ладони стали влажными.
Она знала тему. Она читала её вчера. Даже перечитывала ночью.
— Повышенный уровень пролактина подавляет выработку гонадотропинов... — начала она, стараясь говорить уверенно. — Это приводит к нарушению созревания фолликулов и отсутствию овуляции...
— Почему подавляет? — перебил он.
Она запнулась на секунду.
— Из-за влияния на гипоталамо-гипофизарную систему...
— Конкретнее.
Соня нахмурилась, пытаясь вспомнить формулировку.
— Пролактин снижает секрецию гонадотропин-рилизинг гормона...
Тимур смотрел на неё внимательно, не помогая, не подсказывая.
— И что это вызывает? — снова спросил он.
Она замолчала. Мысль ускользнула.
Несколько секунд тишины показались бесконечными.
— Нарушение цикла... — тихо сказала она.
Он выдержал паузу.
— Недостаточно.
Соня почувствовала, как к горлу подступает раздражение.
— Тогда объясните вы.
В аудитории кто-то тихо вдохнул.
Тимур не изменился в лице.
— Я объясняю здесь всё занятие, — спокойно сказал он. — Ваша задача — отвечать.
Соня сжала пальцы под столом.
— Вы готовились к лекции?
— Да.
— Тогда почему не можете дать полный ответ?
Она посмотрела прямо на него.
— Потому что вы перебили меня.
В аудитории воцарилась гробовая тишина.
Настя рядом медленно выдохнула.
Тимур прищурился, внимательно изучая её.
— В медицине вас будут перебивать пациенты, коллеги, экстренные ситуации. Если вы теряете мысль от одного вопроса — вам будет сложно работать врачом.
Соня почувствовала, как внутри поднимается злость.
— Я не теряю мысль. Я просто не люблю, когда меня не слушают.
Он несколько секунд молчал.
Затем спокойно повернулся к аудитории.
— Запишите. Повышение пролактина подавляет секрецию гонадотропин-рилизинг гормона, что приводит к снижению уровня ФСГ и ЛГ, нарушению созревания фолликулов и отсутствию овуляции.
Он снова перевёл взгляд на Соню.
— Ответ должен звучать именно так.
Она молча кивнула, хотя внутри всё кипело.
⸻
Лекция закончилась через час. Студенты начали шумно собираться, обсуждая занятие.
— Он жёсткий, — прошептала Настя. — Но объясняет круто.
Соня молча закрывала тетрадь.
— Ты вообще молодец, что ответила, — продолжила подруга. — Я бы растерялась.
— Я и растерялась, — тихо сказала Соня.
Она поднялась и направилась к выходу. Но возле двери её остановил голос.
— Соня, задержитесь.
Она медленно повернулась.
Аудитория уже почти опустела.
Она подошла к кафедре, стараясь выглядеть спокойно.
— Да?
Тимур смотрел на неё внимательно, без привычной холодной дистанции, но и без мягкости.
— Вы способная студентка, — сказал он.
Она удивлённо моргнула.
— Но слишком эмоциональная.
Соня скрестила руки.
— Это плохо?
— Для врача — да.
Она усмехнулась.
— Значит, я буду плохим врачом?
Он покачал головой.
— Нет. Если научитесь держать себя в руках — будете хорошим.
Несколько секунд они смотрели друг на друга молча.
— Я не собираюсь делать вам поблажки, — спокойно добавил он.
— Я и не прошу.
Он чуть наклонил голову.
— Хорошо.
Она уже собиралась уйти, но он вдруг сказал:
— И ещё... личные отношения наших семей здесь значения не имеют.
Соня почувствовала укол.
— Я это понимаю.
Она вышла из аудитории, стараясь идти уверенно.
Но сердце билось слишком громко.
Она одновременно злилась на него... и почему-то ещё сильнее хотела доказать ему, что он ошибается.