Колден Хантер: История одного мечтателя

- Меня зовут Колден. Колден Хантер. Так как Колден - это мужское имя, при рождении мне дали второе - Скади. Сейчас его нигде не встретить; я сама его терпеть не могу, - представилась девушка и сделала небольшую паузу. Мальчик смотрел Колден в глаза с таким любопытством, что та невольно улыбнулась и потрепала собеседника по голове.

- До двенадцати лет я жила в лесу с родителями. Два раза в неделю отец брал меня с собой на охоту, а в свободное время я занималась стаей, - заметив удивление малыша, Хантер оживилась, - Да, у нас была собственная стая! Стая - не свора. Собаки у нас, кажется, были, но отец достаточно быстро продал всю живность за крупную сумму и начал тренировать хищников покрупнее. Вот.

Колден расстегнула воротник и оголила глубокий белый шрам на плече. Мальчик ахнул и испуганно шарахнулся в сторону.

- Не бойся, милый. Это меня волк укусил, наш. Я сама напросилась, а наказанием мне стал домашний арест на два месяца: как тяжело было! Знаешь, я, наверное, никогда так не страдала!.. - девушка резко замолчала. Собеседник обеспокоенно посмотрел на Колден, но всё же рискнул спросить, что было дальше.

- Что дальше? Исполнилось мне двенадцать, и отец впервые задумался о моём будущем. Я бы, может, продолжала заниматься охотой, но мама моя была категорически против: опасно, особенно для девушки. С возрастом начинаю её понимать, ведь отец стар был уже тогда, а это значило: пару годиков - и я одна останусь. Мужчина нужен был, а как мужа найти в такой глуши? Вот и решили меня приписать к японской больнице, кем - как получится. Я, помню, билась, вырывалась, скулила. Пришлось уехать.

- И ты стала лекарем?

- Не сразу. Первые пять лет я была ученицей. По-хорошему мне должны были дать своего учителя, но в результате мне пришлось обучаться с двумя девочками, брезгливыми до ужаса.

- Брезгливыми? Что им не нравилось?

- Всё. Это же больница, сам понимаешь. Кровь, кишки, гной, - смотри и плачь. Я тоже поначалу долго привыкала, но инструментов никогда не роняла и всю работу выполняла добросовестно. Хотя полюбили меня там по другой причине.

- По другой?

- Да! Я всегда любила поболтать, а особенно развлекать пациентов. Местные, бывало, в целые группы собирались, чтобы мои истории послушать. Представляешь, какое это было наслаждение? Одно дело - странники, которые небылицы рассказывают. Сто раз подумаешь, верить или не верить. А тут - все доказательства налицо. И пугались, точно как ты!

- Ничего я не испугался.. - обиженно шмыгнув носиком, ответил мальчик и ещё раз взглянул на шрам Колден, - Больно было?

- Очень!

- Брр.. - собеседник поёжился.

- Слушай дальше, - Хантер ласково улыбнулась, - Медсестрой мне становиться совершенно не хотелось. Во-первых, время. Потратить пять лет, чтобы выполнять лишь двадцать процентов работы, - это наказание! Во-вторых, потенциал. Мне все говорили, что я способна на большее, и я, думаешь, не верила? Ещё как верила! Как обучение закончилось, сразу побежала в полноценные лекари проситься.

- Получилось?

- К сожалению, нет. Причину не помню; она была так же глупа, как и вся сложившаяся в больнице система. Три месяца я всё-таки проработала медсестрой - копейки, всё же. Я...

- А потом? - с нетерпением перебил малыш.

- Хм, - строго отрезала Колден, - Погоди, я вспоминаю. Потом отец помог мне купить дом на окраине, рядом находился военный госпиталь. Недолго думая, я перевелась туда.

- Ты лечила военных?

- Да, страшнее участи для лекаря не придумать. Первое время у меня сдавали нервы, мне даже предлагали вернуться в больницу. Когда мне нужно было ампутировать ногу у охотника*, я впервые потеряла сознание.

- Что такое "ампутировать"? - дрожащим голосом спросил собеседник.

- Отрезать, скажем так, - спокойно ответила Хантер. Трясущиеся руки выдавали её состояние, - Может, хватит на сегодня историй?

- Нет, продолжай!

- Хорошо. Со временем я привыкла. Единственное - о приключениях перестала рассказывать.

- Но почему?

- Невыносимо. Разговариваешь с человеком, а на следующий день его тело белой тканью покрывают. Более того, охотников шрамы не удивляют, не восхищают и не пугают. Порой даже бровью не поведут.

- У них своих, должно быть, много.

- Ты прав. Один страшнее другого. Поэтому я всегда испытывала к ним огромное уважение и сострадание, последнее недопустимо для лекарей.

- Почему?

- Невозможно лечить пациента, от вида которого сердце кровью обливается, - девушка тяжело вздохнула, - Я лучше продолжу. Однажды... Нет, прости, я... Мне нужно время.

- Что случилось?.. - мальчик притих.

Возникла долгая пауза.

- Через месяц мне пришлось лечить одного важного человека.

----

*охотник - борец с демонами | "Клинок, рассекающий демонов"