Lying [hs]

Иногда, проходя года и мы сожалеем о том или ином решении, иногда мы наоборот понимает, что всё что мы сделали - было правильно, а иногда верим в то, что не всё ещё потеряно.

Я любил, любил её больше чем кого-либо в своей жизнь, но мне пришлось солгать ей. Мне пришлось сделать это, чтобы она была счастлива, я не хотел причинять боль Челси, хотел остаться одним виноватым в этой ситуации, но получилось так, что нам обоим больно, но кто знает? Прошло уже шесть лет. Может, она уже счастлива, может она замужем и у неё дети и, может, только вечерами она, сидя в кресле, вспоминает кто такой Гарри Стайлс, когда-то бывший в её жизни, может она делает это, как и я?

В детстве нам говорят, что врать - это плохо и что всегда нужно говорить правду, но потом дети вырастают и врут. Мы лжём о том, что всё в порядке, что мы счастливы, что сделали уроки или что у нас есть друзья, мы лжём о том, что чувствуем, все мы хотим казаться полным безразличия, когда внутри совсем не то, и я тоже врал. Я лгал о том, что чувствовал по отношению к Челси и теперь, спустя годы, я остался один на один со своим одиночеством. У меня нет того, кто обнимает снежными вечерами, нет того, кто посмотрит "Один дома" в Рождество, нет того, кто будет будить ночью о вечно преследующих кошмаров и я лгу. Я говорю всем, что мне нравится быть одному, нравится приходить домой и из тех кто ожидает меня там только кошка, которая ждёт только для того, чтобы я накормил её, всё думают, что всё вполне нормально, потому что я так говорю, но это не так.

Я скучаю по ней.

И даже сейчас, идя по заснеженному парку Нью-Йорка, наблюдая за крупными хлопьями снега, я думаю о ней и всё ещё жду того, что могу быть счастлив.

- Холодно, не правда ли?

Знакомые черты лица. Блондинистые волосы, на которые падает снег, милый шарф, который я подарил десять или одиннадцать лет назад на Рождество, точно такое же заснеженное Рождество.

Она протягивает мне кофе и улыбается.

Той самой улыбкой, которую я так сильно люблю.