~/вздох/пахнет влюблённостью
Когда мы дошли до гигантского здания школы, то я не на шутку испугалась. Оно слишком большое, слишком огромное и слишком сильно заполнено подростками. Черт.
pov avtor
— Номер двадцать девять, — пробубнила девушка себе под нос, найдя глазами нужный шкафчик.
Открыв его, она положила несколько тетрадей на другие уроки и уже поспешила его закрыть, как возле уха произнеслось мягкое:
— Хей, милая, ты новенькая?
Девушка аккуратно закрыла металлическую дверцу и посмотрела на незнакомца. Парень с темными волосами, серыми глазами и выделяющимися скулами стоял перед Эделин. ОНА немного засмотрелась на него, но все же прознесла короткое
— Привет, — ее голос на странность задрожал, — Да, новенькая.
— Саймон Уонстаун, — шатен протянул свою огромную ладонь и мило улыбнулся.
— Эделин Хоуп.
— Я президент школы, поэтому обязан познакомить тебя с твоим классом. У тебя ведь сейчас литература?
— Ага, — девушка крепче прижала к груди тетради, а её щеки заалели. Стеснительность, стеснительность...
— Тогда пошли, — он еще раз улыбнулся и пошел впереди.
«Господи, зачем ты такой уродился»
Класс литературы был довольно большой, не как в прошлой школе. На стенах висели портреты знаменитых писателей, дальше двери стоял учительский стол и висела доска.
Когда эти двое зашли в кабинет, то все подростки посмотрели на них с вылупленными глазами.
— Итак, ребят, это ваша новенькая. Её зовут Эделин Хоуп. Так что, прошу любить и жаловать, — объявил Саймон, посмотрев с высока на шатенку, — Если будут доводить, зови меня, окей?
Хоуп засмеялась, и улыбнувшись, ответила:
— Хорошо, но я сама могу за себя постоять.
— Это мы еще посмотрим, — хитрый взгляд парня проскользил по лицу девушки, а улыбка больше не была милой. Он ухмылялся.
На первом уроке все шло прекрасно. Сначала кареглазую допрашивали, но это было очень мило. Она даже смеялась вместе с классом.
— Прости... Э-ээ, Мартин? — спросила она одноклассника, когда прозвенел звонок.
— Да?
— Куда все идут?
— На завтрак, — улыбнулся парень и вышел из класса.
Уроки проходили довольно быстро. Каждый раз учитель расспрашивал Хоуп, но девушка уже успела привыкнуть к этому.
После уроков, она шла по школьному, длинному и пустому коридору, залипая в телефон. Одно сообщение от мамы, одно сообщение от папы.
Все настолько печально, что хочется рыдать.
И вот все как по сценарию многих подростковых фильмов: кто-то сидит в телефоне, не замечая такого же идущего, и залипающего в гаджет человека, и сталкивается с ним.
— Ой, — выдавила Эделин, потирая лоб, — прости, пожалуйста, я не хотела.
— Да что ты, все хорошо, — приветливо улыбнулась обладательница длинных пепельных волос, с черными корнями и голубыми глазами. Вау.
— Слава богу.
— Я Розмари, а ты?
— Эделин Хоуп.
— Так это ты, та самая новенькая, о которой рассказывал Сай? — удивленно спросила та, не скрывая улыбки.
— Да-а... Скорее всего.
— Офигеть, ты такая красивая! Каким шампунем ты моешь голову?!
Они засмеялись.
— Ты очень хорошая, Эделин. Если хочешь, я могу дать тебе свой номер. Показать школу и все такое.
— А разве этим не должен заниматься Саймон? Не пойми неправильно, я ни на что не намекаю, просто он сказал, что...
— Ох, не бери в голову. Саймон — бабник, — выпалила с неприязнью девушка, — он просто хочет, чтобы ты в него влюбилась, и вы потом... Ну, думаю ты поняла меня.
— Вау... То есть, фу, ужас. А ты уверена в этом?
— На все 100 процентов, дорогуша. Записывал номер...
***
— Ты сказал, что мы пойдем к «ней». К ведьме?
— Можно и так сказать, — хмуро ответил Финн, что заметила девушка.
— Что с тобой?
— Ты не должна общаться с ним, — процедить Вулфард, не поднимая глаз.
— Что? С кем?
— С Саймоном.
— Откуда ты знаешь... А, ну конечно. Финн Вулфард опять за мной следил, — недовольно произнесла кучерявая, нахмурив брови, — что не так с Саймоном? Розмари тоже говорила мне, что он козел, но мне кажется, что он очень милый и...
— Розмари? — спросил брюнет, смотря прямо в карие глаза, из-за чего Хоуп стало не по себе
— Да, а что? — щеки предательски заалели.
— Тебе не стоит общаться с Саймоном. Он тот еще ублюдок, ну, а Роуз... Она хорошая, можешь не сомневаться.
— Откуда ты их знаешь?
Парень остановился и шумно вдохнул воздух, закрыв глаза. От него так и веяло напряженностью. Он был каким-то странным. То он милый засранец, то он загадочный и хмурый, опять-таки, засранец. Эделин не понимала, к какому типу людей его отнести.
Сейчас он стоит слева от неё, шумно выдыхает и вдыхает кислород, его черные кудри спадают на лоб, даже на глаза, алые губы больше не трогает усмешка.
Эделин даже засмотрелась на парня, пока он не выпалил:
— Мои бывшие одноклассники.
В груди девушки что-то кольнуло. Что-то явно неприятное. Сочувствие.
— Я запрещаю тебе с ним общаться, — сквозь зубы процедил Финн, на что шатенка удивленно вскинула брови, а он продолжал идти
— Серьёзно? Ты мне не отец и не мать, чтобы указывать, что делать! — она кричала на всю улицу. Ей так и хотелось ударить парня по лицу.
— Я тебя предостерегаю, глупая! — наорал тот.
— Правда что ли? Мы знаем друг друга две недели, и мы даже не друзья, не находишь?
Оба остановились. Оба злые и смотрят друг другу в глаза. Он — в её медовые, она — в его темные, как шоколад.
И когда вокруг ни одной души, на улице стоит серая погода, и начинает капать первый дождь в этой осени, между кудрявый брюнетом, и кареглазой шатенкой, пробежало чувство, которое описывают в сопливых романах, в самых лучших фильмах, и самых лучших историях.
Чувствуете? Пахнет влюбленностью