Глава вторая
Вид с балкона моего номера бы завораживающий. Город так и звал, посмотреть все красоты поближе и исследовать новые места. Эта страна славилась своими изобретениями и невероятной красотой, поражающей всех без исключения.
Схватив камеру лежащую на тумбочке у кровати, я выскочила обратно и настроила объектив. Самый высокий небоскреб попал в кадр, захватив также здания поменьше, стоящие поблизости, создавая гармоничную композицию. Сделав пару щелчков, я направила объектив на оживленную улицу, идущую у подножия высоких зданий. Люди заселяли город, делая его бурным и оживленным. Некоторые шли, кто-то бежал, кто-то просто смеялся говоря с собеседником, а машины тем временем двигались медленно из-за образовавшейся на дороге пробки. Выбрав нужный ракурс и нажав кнопку, получилось сделать еще пару щелчков. Наконец отведя взгляд от камеры и вдохнув побольше воздуха стало ясно — это Китай.
Немного отдохнув, я сразу вышла на улицу и гуляла по Шанхаю целый вечер, наслаждаясь вкусной едой и видами на небоскребы. Я давно не чувствовала себя так расслабленно, и почувствовав его тут было приятно.
Путешествуя по Китаю я побывала в разных красивых местах, как в популярных так и в уединенных. Но красивые кадры были сделаны везде, ведь в каждом уголке есть что-то особенное. Посетив Китайскую стену и национальный парк Чжанцзяцзе, я вынесла вердикт: хоть там и очень людно, но красиво.
Знаменитые горы Хуаншань с узловатыми соснами, причудливыми камнями и морем облаков, также как и долина Цзючжайгоу являющаяся заповедником с многоуровневыми водопадами и озерами, вода в которых меняет цвет от бирюзового до изумрудного находящаяся в Сычуани, повергли меня в восторг. Такая красота встречается только раз в жизни, и ее масштаб нужно прочувствовать в живую. Столько всего увидеть, остаётся для меня высшей стадией удачи.
Вот и в этот день я ехала исследовала новое место.
Отправив несколько фоток Адель, я осмотрелась вокруг, мы уже приближалась к острову Шиши. Мне хотелось посетить известный буддийский храм, который прозвали как «буддийский рай на море». Во время прилива кажется, что храмовый комплекс плавает на поверхности воды. Он соединен с берегом мостом и считается одним из самых фотогеничные мест побережья.
Морской воздух обдувал лицо, которое за это время приобрело нормальный светло оливковый цвет, а также появился небольшой румянец. Я уже не выглядела как скелет еле ходивший из-за не хватает сил, а облачилась в нормальную фигуру, но болезненный вид всё еще не покидал меня.
Увидев бушующее море и небольшой островок с павильонами храма Лоцзя, всё забылось и хотелось одного, осмотреть имение столь величественного места. Пройдя за ворота, я увидела картину из прекрасных построек, с окрашенными в красный цвет крышами. По дорогам ходили такие же восторженные туристы, как и я и рассматривая древнею архитектуру.
Ещё не дойдя до храма, можно было распознать широкий ствол зелёного дерева, растущего по центру, и увешано табличками с желаниями людей. Не долго думая я тоже купила такую же и написала свое скрытое желание. Китайские иероглифы мне очень нравились и я ходила на курсы китайского языка ещё когда училась. Теперь эти знания мне очень пригодились, потому что мечта полететь в Китай никуда не делась.
Я повесила табличку и еще раз ее перечитала, ведь всё написное, было для меня, в каком то смысле некой загадкой. Наверное как и для большинства людей, потерявших себя в детстве и теперь уже без устойчивого курса, мне было тяжело определиться, кто я и чего хочу.
Фотография была средством медитации, мое хобби. Раньше, может быть я и выбрала бы профессию фотографа, но сейчас слишком многое изменилось. Теперь всё, что раньше казалось, забавным стало просто воспоминаниями и это не приносило такой радости, как тогда.
Если честно у меня не было времени думать, о том, чем хочу заниматься, но всё же сейчас, меня это настигло. Когда есть выбор и весь мир лежит прямо перед тобой, ты можешь очень легко потеряться, испугаться нового. Не имея опоры и твердого берега под ногами, появляется ощущение, что стоишь стойко, но палуба ходит ходуном.
***
Мне показалось, в толпе проскользнула уже знакомая фигура, но быстро скрылась и разглядеть её не удалось. Я задрала голову и взглянула на небо. Солнце уже было высоко, а по небу плыли белые тучи, и тут мне в голову, как будто ударил разряд молнии. Темнота и яркие вспышки глушили сознание, и было не разобрать, нахожусь я в здравии, или же во сне. Всё происходило быстро и картинки проскальзывали меньше чем за секунду, а фразы пролетали рядом с ними.
Я видела такое же голубое небо, но сгущались тучи, а надо мной склонилась темная фигура. Мне казалось, там была кровь, но я не уверена. Несколько слов удалось распознать, «нет…», «пусть судьба смилуется и…»
Я не могла некоторое время прийти в себя, из-за произошедшего и не различала, то ли я в реальности и вижу знакомое лицо склонившиеся надо мной, или я всё ещё во сне.
— Эй ты, открывай глаза, вставай.
Такой тон мне был знаком, грубый и дерзкий. Моргнув контрольный раз, чтобы убедиться в реальности происходящего, я наконец четко увидела, кто это был. Тот самый парень из аэропорта, с которым мы не поделили пачку чипсов, смотрел на меня, как будто, его заставили помочь. Немного придя в себя и с помощью монахов, сбежавшихся, чтобы помочь, я спросила:
— Что ты тут делаешь?
— Тоже что и ты.”
— Я приехала посмотреть храм, а ты тоже? По его недовольному лицу всё стало ясно, он не намерен со мной общаться.
— Спасибо — только и успела сказать, прежде, чем он протиснулся и раствориться в собравшейся вокруг нас толпе.
Немного погодя, я направилась в храм и войдя в прекрасный зал, почувствовала специфический запах, окутавший всё пространство. Привыкнув, мне казалось, что за мной наблюдают и я была права.
Один из монахов смотрел в мою сторону, и не то чтобы смотрел, а откровенно пялился. Быстро отвернувшись и закончив обряд, я вышла на крыльцо и тут сзади раздался негромкий кашель. Резко обернувшись, взору предстал тот самый монах, стоящий прямо передо мной. Он показал соблюдать тишину и жестом пригласил последовать за ним.
Мы пришли в беседку, стоящую поодаль от храма и предназначавшуюся только для монахов. С некоторой опаской я села, а он повернулся к бушующим водам и застыл.
— Вы что-то хотели мне сказать? После этого вопроса, он продолжил стоять ко мне спиной, но уже через минуту присел напротив и посмотрел прямо в глаза.
Его взгляд мне было не понять. Может он выражал сомнение или недоверие, а возможно это была проверка, смогу ли я его выдержать.
— Ты Патриция д’Анджело, не так ли?
От неожиданности я застыла. Он назвал мое имя и фамилию и я тут же спросила, откуда он меня знает, но ответ был краток.
— Сейчас это не имеет значения, но есть вопрос, на который ты должна дать четкий ответ.
— Какой ещё вопрос? — в недоумении спросила я, и тут же захотела повторить свой предыдущий вопрос, но не успела.
— Перед тем как ответить, ты должна хорошо подумать и дать мне ответ, в котором ты полностью уверена.
Меня начинала настораживать такая просьба и показалось, что он не совсем в себе. Обычно монахи себя так не ведут, а тут не с того, ни с сего он просит, ответить ему на некий важный вопрос.
— Какой вопрос? — с затаившимся дыханием спросила я.
— Хотела бы ты, в действительности прочувствовать жизнь?
Сглотнув, у меня по спине пробежали мурашки.
— Что вы имеете ввиду?
— Хочешь понять чувство любви, страха или быть может, рассмотреть, кто ты в душе, но сама об этом не догадываешься?
Эти слова были необходимы, и мне правда очень захотелось испытать всё, что он предложил.
— Но откуда вы знаете, что мне нужно и чего я хочу?
— Если дашь согласие, всё сама поймёшь.
Звучало очень подозрительно, но предложение было слишком заманчивым, чтобы оставить его без внимания. Тем более я не думала, что он и в прям сможет мне чем то помочь.
— Да — ответила я, смотря при этом в его холодные карие, почти черные глаза.
Мне показалось, прошло несколько минут пока он ответил.
— Хорошо.
Вдруг я почувствовала слабость, а в глазах все слилось. Я отключилась