24 часть
Фигура, стоявшая в дверном проеме, была не кем иным, как Августом. Он улыбался до ушей и махал девушке со всем энтузиазмом ребенка, который только что выиграл приз.
- Я сделал это! Я сделал это! - закричал он, слишком громко для такого часа.
Прежде чем он успел произнести еще хоть слово, Т/И бросилась через комнату, зажала ему рот ладонью и сердито на него уставилась. Она чувствовала, как он улыбается под ее рукой.
Она фыркнула, крепко скрестив руки на груди. - Что ты здесь делаешь? - прошептала она, в недоумении сузив глаза.
Глаза Августа расширились от радости, он практически вибрировал от энергии. Он открыл рот, чтобы ответить - снова слишком громко - поэтому Т/И со вздохом еще крепче прижала ладонь к его губам.
Тем не менее, его приглушенный голос прорвался наружу: - Все готово! Все готово!
Т/И медленно опустила руку, как раз вовремя, чтобы заметить тонкую металлическую скрепку, торчащую из дверной ручки. Ее взгляд проследил за ее блеском, когда Август небрежно вытащил ее с удовлетворенным свистом.
Она посмотрела через коридор - дверь Рудо была распахнута настежь.
Приподняв брови, Т/И устремила на Августа многозначительный взгляд.
Он просто поднял рулетку и пожал плечами, совершенно невозмутимый. - Что? Я просто измерил его.
Т/И застонала, потирая виски. Она совсем забыла предупредить Рудо, чтобы он запер дверь.
В этот момент что-то всколыхнуло ее память. Ее взгляд скользнул мимо Августа к окну, которое она закрыла всего несколько мгновений назад.
- Август, - позвала она осторожным тоном.
- Хм? - напел он, уже полуприслонившись к дверному косяку и пряча руки за спину.
- Ты ведь не мог открыть мое окно чуть раньше, верно?
Он моргнул, а затем покачал головой с широкой усмешкой. - Только взломал замок. Обещаю!
Губы Т/И сжались в тонкую линию. Она снова посмотрела на окно; шторы теперь неподвижно висели в затихшем воздухе.
Если это был не Август... тогда кто его открыл? Или, что еще хуже, - что?
Она сомневалась, что забыла его запереть. Нет, она была уверена, что заперла.
- А что? - спросил Август, наклонив голову и придвигаясь ближе, являя собой само воплощение невинного любопытства.
Т/И выдавила слабую улыбку, отгоняя тревогу, подступающую к горлу. - Ничего. Должно быть, я сама оставила его открытым.
Тем не менее, ее взгляд задержался на окне еще на мгновение, прежде чем она повернулась и обнаружила, что Август снова держит рулетку перед ее лицом, покачивая ей, словно приглашением.
Он ткнул большим пальцем через плечо, жестом предлагая ей следовать за ним. Т/И тяжело вздохнула, уже жалея о том, что, как она знала, собиралась сделать.
Без лишних слов она вышла и пошла по коридору за этим хаотичным человеком.
Она снова оказалась в мастерской Августа.
Стальной стол - обычно первое, что бросалось в глаза при открытии двери - почему-то был загроможден еще сильнее, чем в прошлый раз. Коробки и мешки для мусора теперь заполоняли проход, а обрезки бумаги были разбросаны по полу, как конфетти после бури. Швейная машинка на столе поблескивала под верхним светом в окружении запутавшихся ниток и полуготовых лоскутов.
Т/И оставалось только вздохнуть.
Август, казалось, совершенно не замечая хаоса, сдвинул в сторону кучу бумаг на столе, чтобы освободить место, затем повернулся к Т/И и с энтузиазмом несколько раз хлопнул ладонями по столешнице.
Она подошла медленно, с опаской поглядывая на беспорядок. Август, однако, уже нетерпеливо притопывал ногой, будучи не в силах устоять на месте.
Прежде чем она успела сесть сама, чьи-то руки обвили ее талию, приподнимая так легко, словно она ничего не весила.
- Подожди!.. - ахнула она от неожиданности.
Мгновение спустя она обнаружила, что сидит на стальном столе в окружении разбросанных бумаг и в замешательстве моргает, глядя на него.
Август невозмутимо ухмыльнулся и с громким щелчком включил радио. Комната тут же наполнилась быстрой, хаотичной музыкой, которая слишком идеально соответствовала его энергии. Без единого слова он подошел ближе и начал измерять ее лицо, напевая невпопад и бормоча под нос какую-то чепуху, попутно делая наброски.
Получив то, что нужно, он опустился в свое вращающееся кресло, откинулся назад и принялся яростно рисовать. Его голова покачивалась в ритм музыке, пальцы побарабанивали по столу, а сам он время от времени издавал случайные звуковые эффекты в процессе работы.
Т/И моргнула, все еще пытаясь осознать происходящее.
Музыка гремела слишком громко для ее ушей, и она поймала себя на том, что медленно отодвигается от этой бешеной энергии рядом с ней. Сначала всего на пару дюймов. Затем еще немного.
Август этого не заметил - поначалу.
Посреди наброска он поднял глаза и замер, заметив, что Т/И теперь сидит на ощутимом расстоянии. Моргнув, он потянулся к наушникам, висевшим на шее, снял их и подкатился к ней.
Без лишних слов он аккуратно надел наушники ей на уши.
Звук мгновенно стал приглушенным, музыка превратилась в глухой гул, а не в атаку на ее органы чувств.
Он одарил ее широкой, ничуть не раскаивающейся улыбкой и быстро показал большой палец, после чего покатился обратно к своему столу, снова погружаясь в создание очередного странного шедевра.
Т/И медленно выдохнула, наблюдая за ним.
Все то время, что она провела в мастерской Августа, Т/И говорила громче, чем понимала сама. Из-за плотно прилегающих наушников она не могла толком расслышать собственный голос - зато отлично слышала Августа. Его голос звучал четко, словно радиостанция, на которую настроилась только она.
Не то чтобы его смущала ее громкость. Напротив, это, кажется, доставляло ему удовольствие - его улыбка становилась шире с каждым комплиментом, который она отпускала в его адрес, или с каждой ее умиленной реакцией, когда он с готовностью показывал ей, над чем работает.
Из того, что Т/И могла разглядеть, он, судя по всему, делал наброски масок - одной ярко-красной, а другой - смеси любииых оттенков, которые она не могла разобрать отчетливо. Вторая маска особенно разожгла ее интерес, и каждый раз, когда она пыталась наклониться поближе, чтобы рассмотреть ее получше, Август накрывал страницу рукой, словно охранял государственную тайну, и озарял ее самой дерзкой ухмылкой, которую она когда-либо видела.
В конце концов она сдалась с драматичным вздохом и неохотной улыбкой.
Типичный Август.
Этот странный маленький пузырь хаотичного покоя лопнул от резкого стука в дверь.
Стальные двойные двери разъехались, и их скрежещущий металлический звук прорезал атмосферу. Т/И инстинктивно подняла глаза.
В дверях стояли Грис, Энжин и Фолло.
- Похоже, это может занять какое-то время, - пробормотал Энжин себе под нос, уже осматривая комнату. Его взгляд упал на Т/И, все еще сидевшую на заваленном стальном столе, и он слегка наклонил голову; на его лице промелькнуло замешательство, прежде чем он слегка помахал ей рукой и жестом позвал подойти.
Т/И кивнула и спрыгнула со стола, снимая наушники. В тот же миг она поморщилась.
Боже, ну и громкая музыка.
Август все еще сидел за своим столом, неистово качая головой в такт, полностью потерявшись в собственном мире.
Она подошла и осторожно опустила гарнитуру ему на шею, один раз похлопав по плечу. Он даже не вздрогнул - просто небрежно показал ей большой палец, продолжая что-то строчить.
Бросив последний взгляд на этот ураганный рабочий хаос, Т/И повернулась и последовала за Энжином, Грисом и Фолло в коридор.
Пока они вместе поднимались по лестнице, она поприветствовала каждого из них усталой, но теплой улыбкой.
- Поскольку маски Рудо и Т/И еще не готовы, - начал Корвус, скрестив руки и стоя за столом Семиу, - я бы хотел, чтобы вы двое отправились на оставшуюся часть вашей подготовки.
- Маски? Подготовка? - повторил Рудо, нахмурив брови и повернувшись к Энжину, стоявшему рядом с ним. Т/И, находившаяся по другую сторону, выглядела так же озадаченно.
- Есть вещь, которую мы, Чистильщики, обязаны носить, когда входим на Ничейную Землю, - объяснил Энжин, залезая под куртку. Через секунду он вытащил гладкую, поношенную на вид маску. - Вот это.
- О, эй - я помню это, - сказал Рудо, и в его глазах промелькнуло узнавание.
- В наших рядах Чистильщиков есть художник, - продолжил Энжин. - Он делает наши маски - и всю нашу одежду тоже.
Мысли Т/И тут же унеслись к Августу.
- Но, - продолжил Энжин, и его губы дрогнули в забаве, - он выходит из себя, если мы устанавливаем ему дедлайн. Качество его работы падает, так что мы научились просто... позволять ему работать в его собственном темпе.
Т/И понимающе кивнула. Это было логично. Она вспомнила, как самоотверженно он защищал свои рисунки ранее. От этого воспоминания уголки ее губ потянулись вверх.
- Однажды он сорвался на Занку за то, что тот пытался его поторопить, - небрежно добавил Энжин.
Глаза Т/И расширились.
Ей даже не нужны были подробности - она в красках могла представить, как это происходило.
Корвус сделал шаг вперед, оказавшись прямо перед Рудо, который обнаружил себя зажатым с двух сторон Т/И и Энжином.
- А пока вы займетесь остальной подготовкой, - сказал Корвус. Его тон был спокойным, но весомым. - Ну, проще говоря - на вас наложат заклинание.
Рудо моргнул. - Подождите... что?
Т/И наклонила голову. - Ведьми существуют? - пробормотала она, скорее про себя.
Рудо взглянул на нее и пожал плечами, мол, может быть?
Корвус тихонько рассмеялся, явно забавленный.
- Никогда не знаешь, что произойдет на Ничейной Земле, - вмешалась Семиу со своего места ровным голосом. - Наступишь на какой-нибудь мусор, и бам - ты внезапно становишься кормом для мусорных монстров. Такое случается постоянно.
Ее будничный тон заставил Т/И содрогнуться.
- Чтобы свести этот риск к минимуму, - продолжила Семиу, наклоняясь вперед и упираясь подбородком в кулак, - один особенный Дарующий накладывает - точнее, рисует - на вас заклинание.
- Рисует? - спросили Т/И и Рудо в унисон.
В смысле... буквально рисует на них?
Семиу кивнула. - Шеф дает ему полную свободу действий, поэтому он приходит сюда, в штаб-квартиру Чистильщиков, когда ему вздумается. Но мы давно его не видели... - Она сделала паузу, ее голос задумчиво затих. - Полагаю, он занят.
- Хотел бы я, чтобы он был здесь, - простонал Энжин, потирая шею сзади. - Это избавило бы нас от поездки.
- Так... что именно происходит? - спросил Рудо, снова поворачиваясь к нему. - Куда мы направляемся?
Энжин слабо ухмыльнулся, и к нему вернулась его привычная спокойная уверенность. - Город Граффити. Холст-Таун.
Т/И подняла глаза при этом названии, уже предчувствуя, что это за место.
- И команда, которая отправится с нами на встречу с женщиной на Ничейной Земле, - продолжил Энжин, слегка поворачиваясь, - уже здесь.
Т/И и Рудо повернулись вместе с ним, и их взгляды упали на небольшую группу фигур, собравшихся в нескольких шагах.
Некоторые были знакомы - Риё, Занка, Фолло, Грис и Томме - лица, которые Т/И видела в штабе не раз. Но были еще двое, которых она не узнала.
- Из Акуты у нас Занка, Риё и я, - небрежно перечислил Энжин, жестикулируя. - Из Игер - Делмон и Тэмси.
Т/И вежливо наклонила голову, когда прозвучали два незнакомых имени. Рядом с ней Рудо моргнул и судорожно проделал то же самое, после чего они одновременно подняли головы в одинаковом неловком темпе.
Энжин продолжил: - И у нас есть группа поддержки - Грис, Фолло и Томме.
Т/И заметила, что Занка и Риё разглядывают ее из группы, причем у обоих на лицах читалось нечто неопределенное. Занка слегка приподнял бровь; Риё даже не моргнула. От этого пристального взгляда у Т/И внутри все сжалось.
Она приподняла руку в маленьком, неуверенном приветственном жесте.
Ни один из них не ответил взаимностью.
Ее улыбка дрогнула. Медленно опустив руку, она притворилась, будто чешет плечо. Она рассеянно потерла это место, избегая их взглядов и вместо этого осматривая остальную группу.
«Я сделала что-то не так?» - эта мысль уколола сильнее, чем она ожидала. Она заставила себя подавить неловкость и снова сосредоточилась на голосе Энжина, который возобновил свои объяснения.
- Обычно в команде должно быть по пять человек поддержки, - говорил он, переходя в режим инструктажа. - Но когда мы направляемся в такое непредсказуемое место, как Ничейная Земля, мы минимизируем количество сторонников без способностей и вместо этого увеличиваем число Дарующих.
Т/И медленно кивнула, взвешивая баланс рисков. Это имело смысл, особенно после брошенного Семиу комментария о людях, становящихся «кормом для мусорных монстров».
Крупный мужчина шагнул к Рудо, возвышаясь над ним с присутствием, которое было не чем иным, как ошеломляющим.
Он был лысым, что делало его длинные, волнистые черные татуировки на месте бровей - выгнутые и драматичные - еще более броскими. Его глаза были карими, с неистовой силой; порой они казались настолько широкими, будто он вообще не моргал. Лицо его было волевым: высокие скулы, длинный нос и фирменная узорчатая коричневая бородка-эспаньолка на подбородке, добавлявшая ему суровости.
На Делмоне была поношенная соломенная шляпа - из тех, что с широкими полями и выцветшей темно-синей полосой, - удерживаемая на месте белой веревкой, завязанной под подбородком и закрепленной серебряной пряжкой с одной стороны. Его форма Чистильщика состояла из: рубашки на двойных пуговицах с закатаными рукавами, обнажавшими толстые руки, обвязанные лососево-розовой тканью. У него был толстый ремень, сумка Чистильщика за спиной, синие брюки с золотыми пуговицами и прочные черные сапоги. На шее - чокер.
- РУДО! - внезапно рявкнул он.
И Т/И, и Рудо вздрогнули от оглушительной громкости и неожиданности.
Голос Делмона был подобен товарному поезду, собранному из гравия и чистой силы воли - его невозможно было игнорировать, и он был каким-то образом громче, чем это вообще допустимо для человека.
Когда он разразился какой-то громкой, страстной речью, которую подготовил, Т/И инстинктивно сделала шаг в сторону от Рудо, слегка скривившись.
Ей определенно не хотелось попасть под брызги слюны, вылетающие изо рта Делмона, пока он говорил с диким энтузиазмом, буквально распыляя капли с каждым слогом. Это выглядело так, будто он одновременно выкрикивал план сражения и, возможно, читал проповедь.
- Я слышал историю твоей жизни! Ты прошел через ад, парень! - прогремел Делмон, и его голос эхом разнесся по стальным стенам. - Глазам поверить не могу, что кто-то мог так обойтись со своим ближним! Непростительно!
Т/И скосила глаза на Рудо, а затем опустила взгляд.
Ее рука медленно отпустила плечо, которое она до этого рассеянно потирала. По сравнению с ситуацией Рудо, ее собственные трудности казались... меньше. Менее заслуживающими ярости. Но все же что-то в словах Делмона затронуло глубокие струны в ее груди.
«Глазам поверить не могу, что кто-то мог так обойтись со своим ближним».
К этой части она вполне могла отнести и себя.
Однако она ничего не сказала. Просто посмотрела в сторону, переводя взгляд на трещину в стене. Ее челюсть сжалась, когда она один раз моргнула - медленно.
Сама того не ведая, она привлекла к себе чужой взгляд, который задержался на ее фигуре чуть дольше, чем следовало.
- Мне нравятся люди с такой страстью, как у тебя! - снова взревел Делмон, на этот раз широко ухмыляясь и с силой хлопая Рудо по спине. От удара Рудо покачнулся на шаг вперед.
- Тебе стоит присоединиться к Игер...
- Отстань от него, Делмон.
Рука поднялась на уровне талии Делмона, рукав свисал ниже запястья - длинный, широкий и почти напоминающий крыло по форме. Тон был тихим, но твердым.
Это должно было означать, что вторым парнем был Тэмси, Тэмси Кейн.
Он стоял на шаг позади Делмона, высокий и стройный, обладающий почти неземной резкостью. Его телосложение было худощавым, не массивным, как у его товарища по команде, но в том, как он держался - спокойно, но выжидающе - чувствовалась скрытая острота.
Длинные светлые волосы Тэмси были небрежно завязаны в пучок на затылке, а несколько бледных прядей выбились и обрамляли его угловатое лицо. С каждой стороны его головы возле плеч покачивались изящные подвески в виде кисточек, ловя свет при движении. Его глаза были желтыми и без зрачков, что придавало ему нечитаемый, почти нечеловеческий взгляд - тот самый, который задерживался на ком-то чуть дольше положенного.
Шрам тянулся по диагонали через правую часть его лица, пересекая один глаз и спускаясь к шее, едва заметный, но труднопропускаемый. Под его нижней губой сидел серебряный пирсинг, слабо поблескивая всякий раз, когда он двигался.
На нем была стандартная форма Чистильщика - но видоизмененная. Белоснежная рубашка-поло, темно-синий галстук и пальто с темно-синей подкладкой и серым верхом. Рукава пальто были широкими, скрывая большую часть его рук, когда те не были в движении. Синие шорты, длинные носки и сандалии на ремешках завершали его образ, который выглядел одновременно официально и странно.
- Энжин завербовал Рудо. Это значит, что он из Акуты, - голос Тэмси был мягким, почти воздушным. Он посмотрел прямо на Рудо, и его острые желтые глаза - поразительные, несмотря на всю их мягкость - светились своего рода теплом.
- Прости, Рудо, - добавил он, слегка наклонив голову, словно извиняясь за громогласность Делмона. - Он действительно хороший человек. - Затем выражение его лица слегка прояснилось. - Тем не менее... мне тоже нравятся люди со страстью.
Тэмси потянулся вперед и один раз похлопал Рудо по плечу - легко и обдуманно - прежде чем медленно повернуться к девушке рядом с ним. Т/И поначалу не заметила этой перемены. Она смотрела в сторону, снова погрузившись в свои мысли, рассеянно перебирая пальцами подол своего рукава. Но тяжесть его взгляда она ощутила слишком поздно.
- Однако... нельзя сказать то же самое о девушке вон там, верно? - его тон был вежливым, почти любопытствующим, но слова упали тяжелыми камнями.
Вся группа в унисон повернулась, чтобы посмотреть на нее.
Т/И моргнула, ее тело напряглось, словно по команде. Ее глаза на долю секунды расширились, прежде чем она заставила себя изобразить небольшую, нервную улыбку, поджав уголки губ. Внезапное внимание обожгло кожу, как жар.
- Да у нее вообще нет страсти! - проревел Делмон рядом с ней, практически выплевывая слова так, словно они оскорбляли его лично.
Т/И сделала просчитанный шаг в сторону от него, чтобы избежать очередного фонтана слюны, сохраняя выражение лица как можно более нейтральным.
- Ну же, Делмон. Конечно, у нее есть страсть, - тон Тэмси был дразнящим, но он смотрел на Т/И нечитаемым взглядом.
Она одарила его улыбкой с закрытыми глазами - той самой, которую она практиковала десятки раз еще в Сфере.
Из тех, что говорят «я в порядке», даже когда ты сама в этом не уверена.
Но правда тихо грызла ее изнутри.
Страсть?
Единственное, к чему она когда-либо питала настоящую страсть, - это ее учеба. И эта часть ее жизни теперь осталась далеко позади. Школа закончилась. Структура, ожидания, планы - все это испарилось.
И что теперь?
Была ли у нее страсть вернуться в Сферу? Возможно. Но даже это казалось... неопределенным.
Она больше не знала, чего должна хотеть.
- Раз уж у нас здесь сам Мистер Страсть, - Делмон театрально поднял голову, переводя взгляд с Рудо на Энжина с понимающей ухмылкой, - как насчет одной из твоих фирменных речей?
Плечи Т/И слегка опустились.
Прямо перед неизбежным хаосом Занка молча вставил в уши беруши и без единого слова вышел из комнаты. Очевидно, он уже проходил через это раньше.
Делмон стоял во весь рост, его кулаки были сжаты так крепко, что побелели костяшки пальцев. Скрежет его зубов был отчетливо слышен - резкий, скрипучий и способный вызвать мурашки у любого.
И затем -
- ПОГНАЛИ В ХОЛСТ-ТАУН!! - закричал Делмон в потолок, и его голос разнесся по зданию, подобно пушечному выстрелу.
Руки Т/И взлетели вверх, закрывая уши, все ее тело вздрогнуло, а глаза рефлекторно зажмурились. Она практически физически чувствовала, как стены вибрируют от мощи его голоса.
- Дорога будет каменистой и опасной! - взревел Делмон, драматично выпячивая грудь. Он зделал паузу, чтобы вдохнуть - со свистом, театрально.
- Однако!
Он вскинул одну руку в воздух, его глаза блестели от непоколебимой решимости.
- Мы никогда не дрогнем! - его голос опустился на октаву ниже, но не стал от этого менее мощным.
- Ибо мы - Чистильщики!