Глава 19
― Пусть все закончится, Кэри. Убей ее.
Кэри Хейл бросил взгляд в сторону ванной. Энджел была там. Лежала, полностью погруженная в воду, облаченная в белоснежную простыню. Ее длинные золотистые волосы переливались, окутывая паутинкой бездыханное тело.
― Разве она... разве она не мертва?
― Нет.
Кэри почувствовал, как внутри него все дрожит.
― Ты снова играешь со мной в какие-то игры? Если да, меня это не интересует. Я слишком долго был твоей марионеткой.
Кэри Хейл никогда не ощущал столько горечи одновременно. Ему было плевать, кем он был для Габриель, для Безликого... он просто хотел, чтобы все вернулось на круги своя, чтобы Энджел продолжала жить так, как жила до него.
― Ты можешь забрать меня вместо нее? ― попытался он, зная насколько жалким выглядит. Спустя секунду он услышал переливчатый смех.
― Что за день сегодня? Все хотят принести себя в жертву. ― Что он имел в виду, Кэри не понял, и не успел уточнить, потому что Безликий продолжил: ― Позволь напомнить тебе, мальчик, я заберу тебя с собой в любом случае.
Кэри Хейл опустился на корточки и закрыл лицо руками. В действительности он не знал, как решить эту загадку. Раньше ему казалось, что их с Энджел жизни в его руках, и что он может либо вернуть себе душу, либо умереть. Но все оказалось гораздо сложнее. «Я заберу тебя с собой в любом случае».
История повторяется, вот только в этот раз Энджел умерла первее. В этот раз ему пришлось смотреть на ее мертвое тело, часами ожидать, когда она вернется к жизни и болезненно осознавать, что она больше никогда не откроет глаза.
Сквозь болезненную пульсацию в ушах Кэри Хейл услышал голос Безликого:
― Знаешь, почему я позволил тебе вернуть свою душу?
Кэри вскинул голову. Его глаза заметно покраснели, но он не проронил ни слезинки.
― Чтобы все вернулось туда, откуда началось.
― Что это значит?
Кэри всматривался в фигуру Безликого, но в сумраке комнаты она едва-едва вырисовывалась на фоне окна. Почему он не двигается? Почему не забирает его?
Хочет насладиться страданиями подопечного, прежде чем все закончится?
― Я выбрал Энджел потому, что знал, что ты не сможешь ее убить.
Кэри медленно поднялся на ноги.
― Ты хотел, чтобы я умер, ― шепнул он. Кулаки сжались, грудь застыла в одном положении. ― Ты знал, что только так сможешь избавиться от меня.
― Да, я хотел, чтобы ты умер. Все это... понимаешь, это перестало быть забавным уже в тот день, когда ты стал частью моего мира. ― Кэри Хейл нахмурился. Ему было плевать, о чем думал Безликий, о чем жалел. Он лишь хотел понять зачем. ― Я отправил тебя за душой Энджел Норвуд потому что знал, что она вернет тебе жажду жизни. У нее была своя роль в этой истории.
Кэри Хейл крепче сжал кулаки, ему казалось, он смирился с этой невыносимой снисходительностью, с которой прожил бок о бок много лет, но Безликий, похоже, нашел новое слабое место и с удовольствием стал давить на него. Кэри потрясенно прошептал, не веря своим ушам:
― И все ради того, чтобы убить меня? Почему?!
― Потому что ты не должен был жить так долго. Или потому, что никто не смеет обманывать меня. Или потому, что я устал. Выбирай.
Безликий наконец-то ожил и поплыл в сторону Кэри, звук его шуршащих одежд оцарапал слух.
― Так я смогу вернуть все на свои места. Баланс, нарушенный много лет назад, беспокоил меня даже больше, чем твоя смерть.
Кэри затошнило. Безликий его просто использовал, использовал все это время, он просто...
Я тебе верил, я думал, ты мой друг, считал, что ты на моей стороне.
Кэри проглотил эти слова, не желая казаться сопливым ребенком. Запрокинув голову к потолку, до боли зажмурился.
― Ты наконец-то добился своего, так? Кто будет следующим? Я? Энджел?
― Твоя мать, ― вкрадчиво произнес Безликий.
― Почему? ― изумился он, но лишь потому, что не ожидал, что речь зайдет о ней.
― Почему ты не задаешь вопрос, который тебя беспокоит больше всего, Кэри? ― с любопытством спросил Безликий. И Кэри снова показалось, будто он над ним издевается.
― Разве ты не знаешь, о чем я думаю?
― У тебя нет души, конечно же я не знаю, о чем ты думаешь, ― ответил с иронией Безликий. ― Поэтому для плана мне пришлось задействовать столько людей, которые смогли бы направлять тебя.
― Серена...
― Она должна была умереть, я не имею к этому никакого отношения.
― Я не верю тебе.
― Не важно. Спрашивай же.
― Тебе это нравится, ― сказал Кэри с отвращением, ― тебе нравится меня мучить.
― Мне нравится, когда все идет так, как надо.
Кэри сжал зубы, кости в его кулаках были так напряжены, что могли вот-вот сломаться.
― Хорошо, ― тихим от гнева голосом произнес он, ― и что же ты собираешься делать с Энджел? Что ты... собираешься делать со мной?
Безликий ответил:
― Ну что ж... Я просто верну вас обоих к жизни, это ведь очевидно.
***
Кэри Хейл опешил. Несколько секунд он таращился в темноту, спрятанную под капюшоном, затем резко спросил:
― Что ты сказал?
― Я верну вас с Энджел к жизни.
Между ними повисло молчание. Несмотря на то, что Кэри не видел лица Безликого, он каким-то образом знал, что тот насмехается над ним. Получает удовольствие, что смог обвести вокруг пальца.
― Я не понимаю, о чем ты говоришь, ― раздраженно отрезал он.
― Все ты понимаешь. Просто боишься поверить.
― Боюсь поверить? ― Кэри Хейл немедленно вскипел. ― По-твоему ты достоин доверия? Худшего лжеца я в жизни...
― Замолчи.
Кэри Хейл захлопнул рот, почувствовав себя так паршиво, будто накричал на отца, на старшего брата ― на единственного близкого во всем мире человека. Он почувствовал, что легким не хватает воздуха и вздохнул.
― Итак, ― продолжил спокойнее Безликий, ― а теперь убей Энджел, чтобы все наконец закончилось.
― Нет.
― Услышь меня, Кэри. Ты ведь не хочешь, чтобы Энджел Норвуд пожертвовала собой зря? ― При упоминании Серены по лицу Кэри пошла тень. Безликий пробормотал: ― Вижу по твоим вытаращенным глазам, что ты не совсем понимаешь, о чем здесь идет речь. Что ж, я объясню...
Кэри никогда еще не чувствовал себя так плохо, его трясло от сдерживаемых эмоций, сердце колотилось как сумасшедшее, разгоняя по телу не кровь ― раскаленную лаву.
Зачем, зачем, зачем Серена это сделала?
― Чтобы вернуть Энджел ее собственную душу.
Кэри покачал головой, но не мог вымолвить ни звука, чтобы возразить.
― Да, Кэри, она пришла в ту ночь, когда Гален Гордон убил Энджел. Возможно, если бы она сделала это раньше, Энджел бы умерла, но из-за того, что внутри нее оказалось две души, она по-прежнему здесь. Вот только это продлится недолго. Ее тело слишком хрупкое для того, чтобы выдержать тяжесть двух душ. Поэтому ты и должен убить ее. Ты должен вернуть свою душу, Кэри.
― З-з-зачем тебе это надо? ― заикаясь пробормотал Кэри Хейл. Он желал и одновременно боялся поверить в услышанное, но надежда уже атаковала его мозг.
― Потому что так вы станете людьми, ― загадочно обронил Безликий. Кэри Хейл неуверенно нахмурился. Он по-прежнему чувствовал, как преступно медленно соображает. ― Понимаешь, в чем суть? Вы с Энджел станете людьми, и я наконец-то смогу покинуть это ужасное место, где никто ни разу не угостил меня... э-э... В общем, я подожду несколько лет, пока не настанет ваш час. А в мире людей время идет слишком быстро. И вот тогда все будет именно так, как и должно быть. Мне кажется, позволить вам остаться здесь ― достаточное наказание.
― Ты не шутишь? ― поспешно перебил Кэри, вновь сжимая кулаки. Безликий зашуршал капюшоном, качая из головы в сторону.
― Мы с тобой слишком давно знакомы, чтобы ты понял, что я лишен чувства юмора.
― Да... ― отрешенно пробормотал Кэри Хейл разворачиваясь и шагая к ванной. Энджел по-прежнему была мертва, ну или казалась мертвой. В голове до сих пор звучало обещание Безликого: «вы станете людьми». Оно могло значить, что для Кэри и Энджел не все кончено, что есть еще один шанс. Но разве так бывает? Разве это возможно? А вдруг он лжет?
― Я всегда говорю правду, ― ответил Безликий на незаданный вопрос.
Кэри опустил руку в воду и поймал золотистый локон.
― Она действительно вернется?
― Когда ты соизволишь извлечь свою душу из ее тела, да, она вернется, и тогда вы проживете долгую счастливую жизнь. Хотя может быть и не счастливую, ведь мы говорим о тебе, а ты... ― Кэри Хейл не обратил внимания на провокацию. Он немигающим взглядом изучал лицо Энджел, такое бледное, с пухлыми красными губами, будто выполненное из фарфора.
Внезапно свет в ванной погас, и Кэри понял, что это из-за Безликого, который перешагнул порог.
― Я не смогу этого сделать, ― шепнул Кэри. Казалось, лицо Энджел по-ангельски сияло в темноте. Частичка луны на беззвездном небе. Такая красивая... Теперь он отчетливо увидел души, томящиеся в ее хрупком теле, жаждущие свободы. ― А если я...
― Если ты что? ― мягко спросил Безликий, но так, словно уже знал ответ.
― Если... ― Кэри почувствовал, как у него перехватило дыхание. Он не хотел выглядеть смешным, но этот вопрос, что нервировал его на протяжении многих месяцев, вырвался сам собой: ― А если ее любовь ко мне исчезнет? Что, если это было не по-настоящему? Вдруг моя душа была причиной...
― Ты ведь знаешь, что это не так.
― Ее любовь... ее чувства – единственное хорошее, что случалось со мной за всю мою жизнь.
― И это будет так, если ты заберешь свою душу, Кэри. Иначе вы оба умрете, и это будет не то, чего я хотел. На самом-то деле.
Кэри оторвал от Энджел болезненный взгляд и посмотрел на Безликого, сливающегося с темнотой.
― Как мне это сделать?
― Тебя даже этому нужно научить?
Повисло молчание. Кэри в ступоре смотрел на противоположную стену, где находился Безликий, и его сердце сжималось и разжималось от предвкушения, от осознания того, что все происходящее – правда.
― Я буду скучать по тебе, ― наконец сказал Безликий. Кэри изумился так, как никогда за все время своего существования. ― Сделай это быстро, ― сказал он, а затем ― Кэри едва успел моргнуть ― он исчез.
Кэри Хейл осел на пол перед ванной, внезапно утратив все силы.
Неужели Безликий действительно попрощался с ним, сказал, что будет скучать? Конечно, теперь, если Кэри Хейл станет человеком, он сможет встретиться с ним только после смерти. Возможно, они будут помнить о том, что произошло, а может нет. Может быть им с Энджел придется потратить несколько лет на то, чтобы привыкнуть к новой жизни. А может они адаптируются сразу же?..
Было ясно одно: им больше не придется прятаться, не придется тратить сотни часов на ожидание смерти.
Смерть сама будет ждать, когда придет этот час.
И в этот раз все будет правильно.
***
Я почувствовала боль так внезапно, словно меня озарило. Словно долгое время ничего не чувствовала, а потом на меня обрушилось сразу все. Как ведро ледяной воды на голову после сауны; как боль, нахлынувшая после операции. И я была так измождена этой болью, взявшейся из ниоткуда, что почувствовала, как под веками собираются слезы и скатываются к вискам.
Одновременно с болью вернулись воспоминания. Иэн Грейсон. Иэн Грейсон всадил в меня нож, и при этом так удивился, будто это вышло случайно. Его глаза были огромными, губы подрагивали, пальцы превратились в когти. Кажется, он хотел схватить меня, будто так из моего тела перестала бы выплескиваться жизнь.
Стоп, а он что, выходит, спас меня? Ведь я здесь, дышу, чувствую боль в груди. Кстати, а где я, собственно, нахожусь? И почему боль в груди, если Иэн пырнул меня ножом в живот?
Я попыталась открыть глаза, но чувство было такое, словно на веках лежали кирпичи. Кто-нибудь, помогите. Приложив невероятные усилия, я коснулась ладонями лица, чтобы убедиться, что никто не пытается придушить меня подушкой.
― Ты пришла в себя?
Услышав рядом голос Кэри Хейла, я мгновенно распахнула глаза. Почему я не в больнице, после того, как меня пытались нашинковать, а в знакомом лесном домике?
В голове со скоростью света стали возникать мысли, одна хуже другой. Дрожа всем телом от напряжения и боли я с трудом села. Кровать подо мной скрипнула. Сбоку из простыней выпутался Кэри Хейл, но я даже не обратила на него внимания, как сделала бы в любой другой раз.
Напротив кровати стоял старомодный деревянный шкаф, а рядом зеркало в полный рост. И в отражении я увидела девушку, отдаленно напоминающую меня. У нее были те же длинные волосы пшеничного цвета, вот только все ее тело было в крови, будто она поучаствовала в постановке «Кэрри». Когда через секунду до моего уставшего мозга дошло, что девушка в отражении не какая-то незнакомка, подражающая Кэрри, а я сама, из моего горла вырвался вопль.
― Эй! ― рядом подскочил Кэри Хейл. Видимо, все это время, пока я наблюдала за девушкой в отражении, он наблюдал за мной.
― Я умираю! ― крикнула я, вытаращившись на него. ― Мне надо в больницу! Я ранена! Я истекаю кровью! Я умираю!
Кэри Хейл поморщился.
― Это я сейчас умру, если ты не прекратишь вопить.
Не поверив своим ушам, я открыла рот.
― Что за... ― И только тут я поняла, что на мне его футболка. Помрачнев, я спросила: ― Это что такое?
Он повел плечом, будто в том, что я сижу здесь в его футболке нет ничего необычного.
― Это длинная история.
― Начни с того, почему я голая, ― угрюмо подсказала я.
― Ну, фактически ты не голая... ладно. Но это, вообще-то, конец истории.
Пока Кэри Хейл мямлил, я мысленно обследовала свое тело и вот что обнаружила: никаких повреждений. Я даже больше не чувствовала боли.
― Хорошо, Кэри, тогда начни сначала, ― произнесла я, выделив грозным тоном слово «сначала».
― Может тебе сперва принять душ? ― спросил он, скорчив такую гримасу, будто у него резко разболелся зуб. Я решила, что это разумное предложение, потому что эта кровь, моя кровь, высохла и выглядела мерзко.
Я отправилась в душ, прихватив еще одну из футболок Кэри Хейла, и пока стояла под горячими струями воды, убедилась в том, что на мне нет никаких порезов. Куда подевался тот, что оставил Иэн? Может, мне это приснилось? Или я как супермен смогла залечить сама себя? Тогда откуда кровь взялась?
Коснувшись руками груди, я почувствовала на коже там, где сердце, неровность. Дрожащей рукой протерев зеркало, я увидела на коже шрам, которого раньше не было. Такой же, как у Кэри Хейла. Отшатнувшись, я поскользнулась на мокром полу, но вовремя схватилась за раковину. Толком не обсохнув, нацепила чистую футболку и выбежала в спальню. Кэри Хейл заснул, упав поперек кровати и сложив ладони под щекой.
― Это что такое?! ― крикнула я, и нетерпеливо подергала его за штанину.
― Что? Где? ― воскликнул он, подскочив. Я не могла не отметить, что спросонья он выглядит просто очаровательно, но все равно рассерженно спросила: ― Откуда у меня этот шрам?! Ты знаешь, о чем я говорю, не увиливай!
― Я и не думал... Может, ты сначала хочешь позавтракать? Ты не ощущаешь голод?
― Я ощущаю дикое желание причинить тебе боль! ― крикнула я. ― Признавайся! Ты забрал ее? Ты все-таки забрал душу? Этот шрам очень похож на тот, что у тебя. Только не притворяйся, что нет. Этот шрам у тех, у кого забрали душу, я права? Я же права?!
― Энджел.
Я шумно втянула воздух, на секунду зажмурившись.
― Да. Все. Я успокоилась. Я готова тебя слушать. И даже не стану повышать голос. Со мной все в порядке. Ведь все в порядке, да, я ведь стою здесь и дышу и все такое...
― Энджел.
― Да. Все. Я молчу. ― Когда я действительно замолчала, Кэри Хейл даже не притворился заинтересованным в том, чтобы ответить. Я дала себе пару секунд, чтобы передохнуть от безумного потока слов, и медленно, четко проговаривая каждое слово, спросила:
― Ты забрал свою душу?
― Да.
Вот и все. Это было лишь слово, простое «да», но оно значило слишком много. Его «да» должно порадовать меня, но я почувствовала, как дрожат губы, а глаза заволокло предательскими слезами.
― Ты не подумай... ― промотала я, упав на кровать, ― я очень рада...
Проглотив «но», я улыбнулась. Он забрал душу, он стал человеком. Теперь все в порядке. Но что это значит для нас? Я теперь умру? А он? Как его душа повлияет на мои к нему чувства? А что, если он даже не любит меня на самом деле?
― Эй. ― Он придвинулся, и я почувствовала тепло его пальцев сквозь футболку на спине. ― Почему ты плачешь?
― Я просто... ― Я развела руками и, шумно втянув воздух, посмотрела на Кэри Хейла. Да, теперь он выглядел по-другому: из-под глаз исчезли тени, щеки больше не казались впалыми, а губы бескровно-бледными.
― Ты хорошо выглядишь, ― наконец ответила я, приказав себе не распускать нюни и держать себя в руках. Я не имею права так себя вести, портить такой момент. ― Тебе больно? Что ты чувствуешь?
Не хотелось заикаться, но я не могла набрать в грудь достаточно воздуха, чтобы справиться с дыханием, чтобы сделать вид, что меня не волнует его ответ.
― Разве это то, что ты хочешь спросить? ― Он с нежностью заправил мои влажные волосы за ухо. Мои мышцы одеревенели, я не могла пошевелиться, не могла улыбнуться в ответ. Я боялась, что у меня начнет дергаться глаз. Или нога. Или вообще я забьюсь в конвульсиях.
Вздохнув, Кэри притянул меня к себе.
― Почему ты меня боишься, Энджел?
― Я тебя не боюсь.
― Ты дрожишь, ― заметил он и, прижав к себе, нежно потер мою спину. Я прислушалась к его размеренному сердцебиению. Не тому сумасшедшему ритму, которое, кажется, предвещало беду. Обняв Кэри за талию, я сцепила руки в замок и закрыла глаза. Отгородившись от внешнего мира, я набралась храбрости и спросила:
― Теперь я умру?
Стоило спросить «когда», чтобы знать точное время. Ведь тогда я смогла бы грамотно распорядиться его остатками, успела бы сделать что-то важное...
― Нет, ― шепнул мне в макушку Кэри Хейл, ― ты не умрешь. И никто не умрет.
В моей груди шевельнулось дурное предчувствие, и я резко отстранилась. Никто не умрет? Что он сделал? Что он опять натворил?
Кэри не выглядел встревоженным, но он был превосходным лжецом, поэтому я не купилась. Вздохнув, он взял меня обеими руками за голову и приблизил мое лицо к своему. Вглядевшись в мои глаза, и будто прочитав там все незаданные вопросы, он ответил:
― Ты этого не помнишь, но тебя не было больше суток, и за это время случилось много всего.
― А где я была? ― с сомнением пробормотала я. Судя по лицу, Кэри не горел желанием отвечать, но я настойчиво вскинула брови, и он нехотя произнес:
― Ты умерла.
― Опять?
― В этот раз все было хуже.
― Как хуже?
Что вообще может быть хуже?
― Я думал, ты умерла. Я думал, ты... ― Он помедлил, затем продолжил с таким видом, будто каждое слово причиняло боль. ― И не только я. Мы все так думали. Твое тело нашли в квартире Иэна, когда он позвонил в полицию и сдался. Тебя доставили в морг. ― Мое лицо вытянулось, когда Кэри заговорил про морг. ― Ты была действительно мертва. Я забрал тебя...
Когда он опять замолчал, я отодвинулась и облокотилась о спинку кровати. Накрывшись одеялом, чтобы прикрыть голые ноги, я почувствовала в пальцах боль и поняла, что неосознанно сжала ткань пододеяльника.
Взгляд Кэри Хейла стал стеклянным, словно он заново переживал тот ужас.
― Я не знал, что делать. Я растерялся. А ты все не приходила в себя, не дышала... была мертвой.
― То есть ты опять отказался от своей души?
― Я об этом... я об этом не вспомнил, ― смущенно пробормотал он. Признание не оказалось для меня новостью, но по спине все равно побежали мурашки. Он мог вернуться к жизни, мог закончить начатое, но даже не вспомнил об этом.
― Ну, теперь-то я ожила, так? И все в порядке! ― беспечно воскликнула я, потому что выражение лица Кэри Хейла по-прежнему оставалось таким, будто он только что вернулся с моих похорон.
― Все в порядке, ― улыбнулся он, и я наконец-то смогла разжать кулаки и выпустить ткань. Пальцы, казалось, скрипнули, а может быть это скрипнула кровать, когда Кэри Хейл приблизился и снова крепко обнял меня.
― И какой план? ― спросила я, прижимаясь ухом к его груди.
― План?
Я усмехнулась.
― Разве у Смерти не было никакого плана?
― Ты права, ― Кэри сжал меня крепче, будто пытаясь защитить. ― У него был план, но нас он больше не касается.
Что-то мне это не нравится.
― Так ты расскажешь мне о нем или нет? ― требовательно спросила я, обращаясь к его груди, затянутой в футболку с изображением совы. Она стала влажной из-за моих волос, но Кэри не возражал и теперь наши с ним запахи смешались.
― Я расскажу тебе о нем, но не сейчас. Разве ты не голодна?
― Почему ты все время меняешь тему?
― Потому что я очень голоден, ― ответил он, рассмеявшись мне в макушку. ― И я бы съел что-нибудь, благо у тебя навыки лучше, чем у твоей тети...
Мы рассмеялись, но я тут же посерьезнела.
― А я теперь человек?
Я ведь не могу пустить все на самотек и отправиться на кухню печь пироги!
― Да, Безликий вернул тебе твою душу. ― Я почувствовала, как его тело напряглось под щекой, и приготовилась к очередной дурной вести. ― Серена отказалась от существования в обмен на твою душу.
― Что?! ― воскликнула я, резко отстраняясь.
― Это был ее выбор, ― ответил он, и в его голосе снова прозвучала ненавистная вселенская грусть.
Они были так близки, она знала о нем все, она ненавидела меня, она любила его, она знала, что он любит меня, она хотела для него лучшего, она спасла меня, она спасла меня, она спасла меня.
― Эй, все хорошо, не плачь... ― Кэри снова спрятал меня в объятиях и положил подбородок на мою макушку. ― Теперь все будет хорошо.
― Это так несправедливо, ― ответила я, и Кэри кивнул. Я продолжила: ― Он ведь с самого начала решил ее забрать, верно?
― Так и есть, ― согласился Кэри. ― Серена хотела попрощаться со своей семьей, и он дал ей этот шанс.
― Он дал нам шанс, ― сказала я. ― Почему?
― Я не знаю, он очень странный. Вряд ли он понимает сам себя. Для него это очередной вызов, очередной эксперимент. Думаю, когда-нибудь игры, в которые он играет, ему аукнутся. ― Задумавшись над этим предположением, Кэри продолжил: ― Я думаю, он привязался ко мне. Может быть, это был его подарок, его дар. Я собираюсь воспользоваться им сполна. Как он сказал, теперь у нас есть шанс все сделать правильно.
― Как насчет заслуженного наказания?
Кэри усмехнулся:
― По его словам, жизнь на земле уже достаточное наказание.
Я не смогла сдержать улыбки, но тут же посерьезнев спросила:
― Он будет ждать нас, верно?
― Да, но наша встреча состоится через много-много лет.
Мне не хотелось говорить о смерти, тем более когда я сама только вернулась из мертвых, поэтому я скоропалительно сменила тему:
― Итак, у тебя есть душа. Каково это, почувствовать ее внутри себя? Какие у тебя ощущения? Что ты чувствуешь?
― Ты берешь у меня интервью?
― Я серьезно.
― Я чувствую, что хочу тебя поцеловать.
― Погоди! ― воскликнула я, резко отстранившись, и тем самым напугав Кэри Хейла. ― Я должна позвонить тете Энн, чтобы они не думали, что я действительно умерла. Зак, наверное, с ума сходит...
Кэри рассмеялся:
― Ты серьезно? ― Я кивнула, и он насмешливо покачал головой: ― Они подумают, что кто-то решил жестоко подшутить. Сначала твое тело пропало из морга, потом этот звонок...
Я скептически изогнула бровь:
― Так ты думаешь, я должна заявиться к ним на порог? У тети будет приступ, дядя меня пристрелит, а Эшли... ― Меня передернуло, стоило представить реакцию сестры. ― Может стоит сделать вид, что я очнулась в морге, испугалась...
― И решила переночевать у меня?
― Прекрати! ― я рассмеялась, легонько толкнув его. ― Да... это проблема.
― Это лучшая из проблем, с которыми мне приходилось сталкиваться! ― весело откликнулся Кэри Хейл и снова сгреб меня в охапку. Мы упали на кровать, тесно прижавшись друг к другу, и Кэри прошептал: ― Энджел, давай в этот раз мы все сделаем правильно?
Конец