Глава 3.1
― Кэри, почему ты решил здесь остаться? ― спросила Серена. Голос ее был четким и твердым, даже чуточку упрямым. Она как будто мысленно давала сигнал не увиливать от правдивого ответа.
― Это мой дом, Серена, ― буркнул Кэри Хейл.
Серена смотрела в окно, демонстративно избегая испытующего взгляда. Кроме этого она ненавидела этот чертов дом и не чувствовала себя в его стенах комфортно. Это место напоминало ей о прошлом. Именно здесь год назад едва не случилось грандиозное событие. Едва-едва. А теперь Кэри Хейл лежит на кровати мертвенно бледный, словно призрак, и умирает мучительной смертью.
Несмотря на это голос его, как и прежде, был скупым на эмоции, когда он произнес:
― Надеюсь, ты не станешь видеть то, чего нет?
― М-м?
― Потому что ничего нет.
Серена резко обернулась и с вызовом спросила:
― Вот, значит, как? ― От раздражения ее щеки раскраснелись, а синие глаза блеснули гневом. Хотя может это свет игриво отразился в стеклах ее очков. ― Ага, ничего нет! Ты не смог сделать то, что должен был, а вот теперь ты умираешь. Это тебе не простое «ничего»!
Серене показалось, что Кэри развеселился. Она знала его много лет, и чувствовала энергию, исходившую от него. Глаза у Кэри были закрыты, уголки губ опущены, дыхание застопорилось в горле. Но что-то в его образе кричало Серене, что он просто издевается над ней.
― Время пришло, Серена, с этим ничего не поделать. Я не знаю, что чувствую. Или что должен чувствовать. Просто жду, когда уже не смогу открыть глаза. Я просто устал.
Нет, поняла Серена, отшатнувшись к окну, она ошиблась. Он не веселился, не шутил, он был серьезен как никогда. У нее закололо в боку от страха, сердце зашлось в бешеном ритме. Она могла сомневаться, она могла паниковать, устраивать истерики. Но Кэри ― Кэри Хейл должен был быть всегда, всегда уверен в происходящем, в будущем! В хорошем будущем! Но, Серена поняла, Кэри не верил, в свое дальнейшее существование.
― Слушай... ― сказал он спокойно, глянув в сторону девушки, вырисовывающейся на фоне окна, ― у меня нет сил даже стоять и смотреть на тебя. Или хотя бы открывать рот и говорить. Так что оцени, что я делаю невозможное.
― Очень смешно! ― буркнула Серена, раздраженно скрестив руки на груди.
― Я принес очень много неприятностей. И я очень об этом жалею. Как знать, может быть то, что сейчас происходит, это заслуженное мною наказание?
― Хватит нести чушь! Ты столько преодолел препятствий...
― И тем не менее, ― оборвал ее Кэри Хейл. Он склонил голову к плечу, и его взгляд стал изучающим и пронзительным.
В голосе Серены пронеслась одна единственная мысль: «он все знает, каким-то чертовым чудом он обо всем знает!», а затем Кэри спросил:
― Ну и что ты делала сегодня в ее школе?
Серена тихонько вздохнула. Да, она была готова к тому, что он ее об этом спросит. Это же Кэри Хейл! Он всегда оказывался на шаг впереди. Если бы Серена не знала, что он с трудом передвигается по собственному дому, она бы решила, что он за ней шпионит.
― Да, я была в школе, и что с того? Я хотела знать, что твоя мать собирается делать, каков ее следующий шаг.
― И что еще?
― Чтобы... ― Серена облизала нижнюю губу. Кэри уже обо всем знал, и просто заставлял ее произнести слова, признаться вслух. ― Я пошла туда, чтобы заставить Скай к тебе вернуться. Пусть все исправит, поможет тебе. Ты... ты не услышал, что я сказала?
Серена усомнилась в этом, потому что Кэри Хейл по-прежнему смотрел на нее безучастным взглядом. Да, он уже наперед обо всем знал, но наорать на Серену это ему не мешало.
― Нет, ― сказал он обманчиво спокойным голосом. ― Кажется, мне послышался какой-то бред. У меня начинаются галлюцинации.
― Я не шучу, Кэри.
― Я тоже, ― отрезал он. ― Надеюсь, ты выкинешь из своей головы этот хлам.
― Она не такая, как другие девушки, Кэри, для тебя она особенная.
Кэри улыбнулся.
― Да, я именно это ей и сказал, прежде чем убить ее.
― Хватит винить себя в том, в чем ты не виноват! ― Серена болезненно поморщилась; она присела рядом с Кэри на кровать, и ее сердце сжалось ― так паршиво выглядел парень. ― Кэри, это ее вина!
― Надеюсь, ты больше не станешь делать то, о чем тебя не просят, ― сказал он недвусмысленно. Подняв голову к потолку, Кэри осторожно выдохнул. По его позвоночнику горячим кипятком разлилась боль.
Как я устал. Как я устал за этот год. И вообще.
Еще никогда время не тянулось так долго, как сейчас. Еще никогда боль не была такой яростной как сейчас.
― Но тебе нужна помощь.
Кэри снова тихо рассмеялся, изможденно качая головой:
― Чья именно помощь, Серена? Твоя? Ее? Мы оба знаем, что мне уже ничто не поможет. В конце концов... я не должен был жить... ― Он остро взглянул на нее. ― Ты думаешь, что я сдался, но это не так. Просто есть вещи, на которые я не могу повлиять. Иногда и такое случается. Есть вещи, которые никак не исправить. ― Кэри опустил взгляд вниз, с трудом оторвавшись от голубых глаз Серены, пронзенных болью, и увидел, что она яростно крутит пальцы. Она всегда так делала, когда чувствовала себя беспомощной, нежеланной. Не в силах и на ее пальцы смотреть, Кэри закрыл глаза. ― Я когда-то сделал выбор, за который теперь должен заплатить.
Ненадолго повисло молчание, нарушаемое только шумом ветра снаружи лесного домика, да дыханием Серены. Она поправила одеяло и Кэри вздрогнул. Он почти отключился, но теперь окружающий мир вновь обрел резкие очертания.
― Ты только не обижайся, Серена, но я хочу остаться один. Я очень сильно устал.
Он уже не слышал, ответила ли что-то Серена, не слышал, как скрипела дверь, как отъехала машина. Гудение ветра убаюкивало, тело стало тяжелым, неповоротливым, размякло.
Кэри напоследок подумал о том, что именно такую смерть он и хотел ― просто закрыть глаза и никогда уже не проснуться. Но этого не будет. Его ждет адская боль ― все уже началось. Кто-то каждый день втыкал в его обнаженное тело раскаленные угольки, царапал когтями по сухой коже.
Так будет и сегодня, и завтра, и вплоть до самой смерти.
Но все будет хуже.