Между гневом и воспоминанием.
Я видел, как Томирис остановилась в шаге от меня, глаза её загорелись яростью, а губы сжались в тонкую линию. Она взглянула на Айлин, стоящую в моей футболке, и в её глазах промелькнула недовольная буря.
— Вы что тут делаете вдвоем?! — рявкнула Томирис, словно это был последний предел терпения.
Я сделал шаг вперёд, поднял руки, пытаясь снизить накал:
— Слушай, это случайно, всё случайно, — сказал я, стараясь быть максимально спокойным. — я попал в нее мячом, я просто помог ей, вот и всё.
Томирис нахмурилась, но я видел, что её взгляд всё ещё не отпускает ситуацию. Она вздохнула, как будто пыталась найти слова, но промолчала.
Я отошёл в сторону, с силой вдохнул, пытаясь успокоиться сам. Внутри меня кипело всё то, что я давно пытался держать под контролем. Айлин... черт, как же трудно забыть её. Её глаза, даже в этот момент, когда она пыталась скрыть боль, смотрели прямо в меня. Я видел её уязвимость, её страхи, и это вновь пробуждало что-то давно спящее во мне.
«Почему я всё ещё думаю о ней?» — пронеслось у меня в голове. «Почему не могу просто отпустить? Она мешает мне жить спокойно с Томирис, но и без неё невозможно».
Я посмотрел на Айлин. Она стояла немного скованно, будто ощущала всю напряжённость между нами, и чуть опустила голову. В этот момент я почувствовал смешанные эмоции: желание защитить её, раздражение от собственной неспособности оставить прошлое, и одновременно — чувство вины перед Томирис.
— Я виноват, — сказал я тихо, глядя на Томирис, — в том, что она в таком состоянии. Я не хотел, чтобы это выглядело странно или оскорбительно для тебя.
Томирис только кивнула, но я видел, как она всё ещё насторожена. Я понимал, что ей нелегко, и старался не давать ей поводов для ревности, хотя в сердце моей мысли всё время возвращались к Айлин.
«Она так легко входит в мою жизнь, а я никак не могу её отпустить...» — размышлял я, глядя на неё украдкой. — «И при этом я должен быть с Томирис. Я должен быть её опорой. Но это чувство к Айлин... оно всё ещё живо. Она всё ещё часть меня».
Я глубоко вздохнул, отодвинулся от напряжённой сцены, словно пытаясь на мгновение выдохнуть эмоции. Внутри меня была буря, которую невозможно было прогнать словами.
— Ладно, — сказал я наконец, тихо, больше себе, чем кому-то, — нужно просто быть осторожнее. Не давать прошлому влиять на настоящее.
И всё же, когда я повернулся к Томирис, когда снова взглянул на Айлин, я понимал: ничто не будет таким простым, как хотелось бы.
_______________