Слухи и точка.
Айлин шла по базе с опущенной головой, уткнувшись в телефон, словно он мог защитить её от всего мира. Насмешки коллег после истории с Ренатом и драки в клубе.
Даже руководство смотрело на неё с недовольством, тихо обсуждая произошедшее. Она держалась из последних сил, стараясь не показать слабость. Но Ринат, словно почувствовав, что её нервное напряжение на пределе, не упускал случая: он подходил, подталкивал, намекал на повторную ночь, шептал что-то на ухо с улыбкой, которая вызывала у Айлин только ярость.
Наконец она не выдержала.
— Ты что, с ума сошёл, Ринат?! — крикнула она, голос дрожал от злости. — Отстань от меня, я не твоя игрушка!
Ринат сделал шаг назад, удивлённый её яростью, но не сказал ни слова.
Айлин, дрожа, оглянулась — и её взгляд остановился на Дастане и Томирис, которые разговаривали у кромки поля, смеялись и шли вместе. Сердце сжалось от боли и зависти одновременно. Она понимала, что своими руками испортила всё, что могла, и видела, как Дастан постепенно отдаляется от неё, отдавая время и внимание другим.
Она знала, что так больше продолжаться не может.
— Хватит! — шептала она себе под нос, сжимая кулаки. — Я должна поговорить с ним... поставить точку.
Айлин глубоко вдохнула, собрала последние силы и направилась к нему. Каждый шаг давался с трудом, но внутри была решимость: всё, что произошло, нельзя больше оставлять неразрешённым.
Она уже знала, что разговор с Дастаном будет тяжёлым, что придётся смотреть правде в глаза и признать, что часть её самой рухнула. Но другого пути больше не было.
____________
Томирис отошла немного в сторону на базе, оставив их наедине. Айлин решительно подошла к Дастану, шаги были быстрые, но сердце колотилось так, что казалось, слышно было всем вокруг.
— Дастан, нам нужно поговорить, — сказала она, стараясь удержать голос ровным.
Он поднял на неё взгляд, сдержанно сложив руки на груди:
— Сейчас не могу, здесь Томирис... — сказал он спокойно, но с ноткой строгости. — Ей не понравится, если я буду с тобой разговаривать.
Айлин сделала небольшой вздох, но не отступила.
— Хорошо... Тогда давай вечером? Можем встретиться на аллее возле твоего дома.
Дастан кивнул:
— Договорились. Встретимся там.
Они разошлись, чтобы дождаться конца рабочего дня, каждый с мыслями о предстоящем разговоре, который должен был решить многое
Когда Айлин пришла, Дастан уже ждал, стоя спиной к свету фонаря. Он повернулся, и холодный взгляд встретился с её глазами.
— О чём ты хотела поговорить? Я тебя слушаю, — сказал он ровно, голос был холодным, почти без эмоций.
Айлин села рядом, руки сжаты в кулаки.
— Я... я всё испортила, — начала она, голос дрожал. — Та ночь с Ринатом... это была ошибка. Всё, что происходило... драка в клубе, ссора с мамой... Я всё осознала. Ты мне помогал, а я отвергала тебя. Всё это... моя вина.
Дастан посмотрел на неё, почти без реакции.
— Это твоя жизнь, тебе решать, — сказал он. — Ты сама так решила. Мне надоело тебя... спасать. Ты всегда вляпываешься в ситуации, из которых вытаскиваю тебя я. Мне тоже это надоело.
Он сделал паузу, тяжело выдохнул.
— У нас с Томирис завязались отношения.
Айлин замерла, словно получила удар. Её глаза наполнились слезами, голос дрожал:
— Нет... Дастан... пожалуйста... я изменилась, я могу быть другой. Я больше никогда не дам тебе причин меня спасать... Дай нам шанс. Мы можем быть вместе, всё будет по-другому!
Он посмотрел на неё с неожиданной жесткостью:
— Айлин... я не могу так поступить с Томирис.
— Почему?! Почему с ней не можешь, а со мной можешь ? Ты всегда был рядом со мной! Ты можешь мне доверять, я могу измениться! — почти кричала она, слезы катились по щекам.
Дастан отвернулся, сжал кулаки:
— Я не могу предавать человека, который рядом со мной сейчас. Я не могу позволить себе ломать то, что у нас завязалось с Томирис. Ты сама всё разрушила. Я сделал всё, что мог, и больше не стану повторять свои ошибки.
Айлин замерла, сдавленная этой жесткой правдой, без сил. Она почувствовала, как внутри пустота разрастается, будто отняли самое важное.
— Я... я понимаю... — тихо выдохнула она. — Но... я всё равно люблю тебя.
Дастан молча кивнул, его лицо оставалось серьезным, без эмоций.
— Это не значит, что что-то можно исправить. Всё, что было — осталось в прошлом. Ты сама решила этот путь.
Айлин подняла глаза, попыталась что-то ответить, но слов не хватало. Она встала, опустила плечи и шагнула в темноту аллеи, оставив его стоять под фонарем.
Дастан смотрел ей вслед, сердце сжималось, но разум говорил, что он поступает правильно. Он знал — некоторые границы нельзя переступать, даже если душа разрывается.