ʙʟᴜꜰꜰ

- Если ты не хочешь, то мы можем повернуть назад - Дженни уделяет ей пару секунд, отрываясь от дороги и обеспокоенно пробегаясь взглядом по нервно-насупившейся Манобан.

Девушка выглядит уставшей, словно всю ночь не спала, а потом промучалась весь день, так и не сумев прилечь. С ней часто такое, особенно после долгих разговоров или серьёзных проблем. Лиса выпадает из жизни на несколько минут, возможно, часов и просто откровенно рассматривает вид перед собой. Где летают её мысли - неизвестно. О чём она вообще думает, когда вот так просто засматривается в никуда. Дженни от этого вовсе не в восторге. Ещё вчера собственное предложение показалось ей глупым и даже безответственным, ведь самовольно отвести её к тем людям, которых она терпеть теперь не может, должно выглядит глупо. Но даже если и так, она уверенно сжимает рулевой чехол, хоть в голове и бардак. Наверное, всё же стоит обвинить себя в этой ситуации, но Дженни пока не до конца понимает всю серьёзность происходящего. Поэтому реакции Лисы кажется странной и даже пугающей.

- Всё хорошо? - она неуверенно дотрагивается до Лисиной руки, стараясь обратить её внимание, но у той, кажется, другие планы.

Она и глазом не повила или просто не услышала всего что ей сказали? Ким снова волнительно поджимает губы и отвлекается на дорогу. Разводить какие-то разбирательства она не намерена, хотя-бы потому что не хочет, отвлёкшись, угодить в поток машин, которых сегодня слишком много. Действительно, они одна за другой обгоняют и пристраиваются по разным сторонам. Не дают набрать скорость, но утвердительно заставляют следовать их правилам. Что-то типа "либо смирись, либо свали". Дженни недовольно стискивает зубы, когда очередной водила нагло устраивается прямо перед ними и заставляет тормозить. Она тихо ругается, словно боится своими словами спугнуть или побеспокоить Лису. Странное ощущение преобладает в груди и заставляет покорно молчать. Она испытывает это уже второй раз (первый был, когда они ехали к Айрин. Но тогда Лиса хотя бы говорила) Сейчас же всё намного хуже и даже чёртово радио не может скрасить и без того угнетённую атмосферу.

Люди обычно чувствуют дискомфорт, когда человек рядом не проявляет никаких действий. Когда он долго молчит или засматривается, или наоборот настолько много изрекается, что невыносимо. С Лисой не должно быть так, но Дженни ужасно от этого молчания. Она выдыхает и тут же прикусывает губу, чтобы не начать говорить, но не выходит.

- Лиса, если ты не хочешь, то скажи мне, и давай уже поедим домой. Что случилось? Тебя волнует эта встреча? Скажи мне хоть что-то.. - она буквально умоляет её, взгляд приобретает настолько обеспокоенный вид, что брови медленно сползают к переносице, а глаза начинают передавать эту беспросветную тоску по голосу Лисы.

Девушка не отличалась многословностью с самого утра. Короткие "да, хорошо" "не стоит" "сегодня холодно" и ещё немного однотипных фраз, что совсем не клеились с разговором. Она как будто желала поддержать, но не выходило, ведь для этого приходилось переступить через себя и вот сейчас и вовсе поникла.
- Я сейчас остановлю машину, если ты продолжишь молчать!

Девушка вовсе не злиться, скорее просто не отличается терпением, особенно когда ждать нужно неизвестно чего.

- Дженни, всё хорошо.. - Очень тихо шепчет Лиса, от чего Ким с неким раздражение вырубает радио. Оно и правда ей надоело, а теперь ещё будет заглушить слова единственного человека, которого хочется слушать.

- Что случилось? - повторяет вопрос снова, потому что бесконечно уверенна, что Лиса не расслышал в первый раз

- Ничего - холодно обрывает все нити, за которые Дженни так старательно хотела зацепиться. Почему рассказать что-то сейчас не имеет никакого смысла? Потому что Дженни и сама скоро увидит всё своими глазами.

- Перестань так себя вести и говори уже! Не считай, что я спрашиваю только из-за любопытства мне и правда важно всё, о чём ты сейчас думаешь.. - она выдыхает, зарываясь одной рукой в свои волосы. Голова ноет по неизвестной причине. Скорее просто от этой угнетающей ситуации, а возможно от всего того, чем она загружает свой мозг.

- Я же сказала, что ты зря волнуешься, ничего не случилось - Лиса улыбается, стараясь развеять эту атмосферу, обеспокоенный вид Дженни ей вовсе не нравится, она чувствует себя паршиво, когда кто-то волнуется из-за неё, а это как стать причиной нервного срыва.

Её рука сжимает колено Дженни, на самом деле, отвлекая в разы больше, чем вся эта ситуация. Но Манобан это мало волнует, а потому она и не думала убирать её. Проводит ей вниз и вверх, снова касаясь внутренней стороны и с другой стороны мёртво впиваясь в острую коленную чашечку. Наверное, она отвлеклась её движения с каждым разом заходят всё дальше, пока в какой-то момент Дженни не награждает её смирительным взглядом. Однако этот взгляд ни что иное, как грань между "продолжай" и "убери, мать твою, руку". Дженни безусловно нравится, вот только она не может оставить это просто так.

- Лиса.. - хрипло выдыхает, когда Манобан снова подбирается к сгибу. Она задерживает дыхание, решая выместить всё на руле, поэтому пальцы так сильно впивается в него, заставляя кожаный чехол поскрипывать от каждого неровного движения. Лиса игнорирует все её попытки остановить это, она смотрит в окно, но продолжает нагло действовать рукой.

Дженни это напрягает и вовсе не от странности, а от того, что при таком раскладе приоритет держать руль заметно рассеивается. Хотя не только руль, а ещё вздохи и сильно нагнетающее покалывание в животе. Эти ощущения безумно нравятся, и при любой другой ситуации она навряд ли остановила Лису, но машина тормозит около убитого годами здания, из двери которого единственного валит свет. Остальная часть улицы находится в лёгком сумраке. Это вечер. Время близится к шести часам, а осенью темнота наступает в разы быстрее. Лиса отдёргивает руку, рассматривая через окно на то здание, в котором не просыхала каждый день. В котором провела половину своей сознательно и бессознательной жизни. Это ведь маленький уголок, в котором она смогла найти себя. Смогла раскрыться и показать свой характер. Это место, в котором её уважали абсолютно все и вовсе не потому что девушек там было не так много, а потому что почти каждый стоял перед ней на коленях в покере.

Именно покер другого оправдания и придумать сложно. Она была словно некоронованной королевой этого пристанище, а сейчас сидит в дорогущей бентли совершенно с другим человеком и с презрением наблюдает, как свет под непонятным влиянием то появляется, то исчезает. Честно, идти туда нет никакого желание. Это превращается в фобию. Опасность, которой не хочется подвергаться. Общение, в которое не хочется вступать. Всё, что за пределами машины сейчас территория местных алкашей и людей, которые плевать хотели на свою жизнь. Как странно, месяц с небольшим назад она принадлежала к их кругу. Тяжёлый вздох Дженни выводит из нахлынувших воспоминаний. Лиса оборачивается, замечая эти карие глаза, которые символизирует непонимание и даже отвращения от всего, что замечают. Девушка смотрит на эту улицу, какой-то захламленный вид и просто ужасность всей картины.

- Ты не в восторге, правда? Думала, что это цивилизованное место? - По голосу читается издёвка, однако Лиса говорит это с такими печальным глазки, что тут же подтверждают её понимание. Конечно, она прекрасно знает, что это место не должно вызывать ничего, кроме антипатии.

- Сказать правду? - она всего на секунду задерживает взгляд на девушке, после чего тут же возвращает его к припаркованному челленджеру (машинка Намджуна, не удивительно, что он тоже здесь)

- Да - отвечает очень твёрдо.

- Я думала, что это будет что-то в стиле американского панк бара, а не обычной пивной.. - Лиса усмехается, даже до панк бара отсюда настолько далеко, что на горизонте не видно. Дженни поджимает губы, словно боясь, что обидела девушку такими словами, но Манобан кивает, соглашаюсь и определённо точно понимая все чувства Дженни, ведь сама испытывает что-то подобное.

- Уже передумала туда идти? - задаёт вопрос робко, но совсем не стеснительно приближается к её губам.

Дженни не отстраняется, это было бы глупо, она просто довольно улыбается этому необоснованному желанию ласки и нежности. Возможно, Лисе важно, чтобы поцелуй Ким вернул её в ту реальность где она с ней, а не в этом месте. Где они в каком-нибудь приятном заведении, в котором пахнет ванилью и запахом тёртых зёрен, возможно, она хочет оставить в себе этот приторный вкус той реальности, в которой нуждается. И Дженни даёт ей это, она притягивает её лицо к себе, целует так нежно и бережливо, не хочет, чтобы оставалось больное послевкусие, хотя её губы вовсе не способны на такое. Они могут разве что отправить тебя исследовать просторы космоса и морские глубины, настолько они невесомы. Лиса приоткрывает рот, выпуская Дженни. Это всего лишь очередное подтверждение тому, что Ким умеет целоваться бесподобно, но Лиса рада, безумно рада снова испытать это. Ей постоянно кажется, что они делают это впервые. Наверное, так и должно быть, наверное, люди не должны уставать от поцелуев тех, кого действительно любят. Она прикусывает ей губу на последок, заставляя Дженни недовольно прорычать (да, она не любит, когда над ней берут власть, но почему бы не подчиниться той, кого хочешь всем сердцем?). Лиса отстраняется, довольно облизывая губы и словно собирая с них вкус. Он великолепен, настолько, что уже с прошедшей секундой кажется мало, она наверное, смогла бы провести так вечность. Просто целовать её и забывать о настоящем. Это правило.

- Я хочу, чтобы ты осталась здесь - выдаёт, когда снова откидывается на спинку сиденья. В ответ удивлённый взгляд, но Лиса не собирается придавать ему значение. Не сегодня и не в этот момент. Сейчас нужно твёрдо убедить Дженни, чтобы она даже подумать не решалась о том, что должна пойти с ней. И пусть всё это время они грезили общей целью об этом посещении. Сейчас Манобан уверена, что лучшим решением будет избежать конфликта между Ким и так называемой "семьёй".

- Даже не думай об этом! Я не отпущу тебя одну, только ни это, Лиса! - Дженни взволнованна и это очень отчётливо слышно, но пусть будет так. Пусть она волнуется, сидя в машине. В своей наглухо затонированной и бронированной бентли, чем пойдёт подставляться под руки этих ублюдков.

- Ещё как отпустишь! И даже не смей пререкаться! Ты останешься в машине, будешь сидеть и ждать! И это не обсуждается, просто потому что я так сказала - это грубость вынужденная мера и даже если Дженни в смятении отстраняется, даже если она не может теперь собраться и что-то ответить, пусть так. Это намного лучше. Лиса достаёт с заднего сиденья сумку и настырно ищет в ней ту самую карту, которую отдала Айрин, если разговор зайдёт далеко, то она просто кинет эту пластмасску им в лицо и уйдёт. Всего пара метров до машины, чего бояться-то? А уже в ней им до неё не достать, если пулям не достать, то их пьяным мордам и подавно. Хотя она вовсе не хочет верить в это, не хочет, чтобы это стало чем-то подобным и даже если сердце беспрерывно отстукивает по рёбрам, она верит, что всё пройдёт хорошо.

- Лиса.. - хочет вставить Дженни, но её тут же прикрывают коротким "замолчи!" и поцелуем, что смягчает такие резкие выражения. Вообще, когда слова слишком грубые, но необходимые - улыбайтесь, так вас не воспримут всерьёз, но зато вы выскажете всю скопившуюся ненависть. Однако улыбка сейчас мало что исправит, но зато поцелуй всегда действует отменно и пока Ким всё ещё не пришла в себя. Лиса выходит из машины и переходит дорогу.

Здание пропахло никотином. Пропахло алкоголем и приторным, а главное дешёвым запахом мужской туалетной воды. Это чувствуется прямо с захода, как только нога ступает на прогнивший, но удачно замаскированный деревянный пол, как только стены окружают полностью, захватывая в этот плен годами сложившейся атмосферы. Коридор довольно длинный, раньше она не замечала его однако сейчас словно забыла, какого это - пройтись по нему снова. Уже сейчас слышны голоса и какой-то осудительный смех, она знает каждый из них. И догадывается кого там нет - Чимина, видимо снова на работе до поздна. Видимо, он единственный, кто хоть немного отвлекается от обычным будней за распитием пива. В груди разрастается чувство неуверенности. Сейчас зайти туда на всех правах, кажется, слишком наглым, поэтому она задерживается какое-то время перед дверью. Смотрит на ручку и не может найти в себе сил опустить её вниз и наконец зайти. Воцарившееся молчание становится для неё неким знаком, что они, возможно, уже знают о её приходе. Поэтому она пересиливая себя тянет её вниз и толкает дверь, уверенно делая внутрь пару шагов и останавливается, когда видит..

Мне снова не хватило 2к слов :( Продолжение в следующей главе пх