Глава 4
— Нет.
Люк снова отстранился, начиная разочаровываться. Эмма посмотрела на него, ее дыхание колебалось, и рука неуверенно хваталась за ткань футболки. Ее глаза были широко открыты, она проскользила как можно дальше в конец отдела. Он наблюдал за ней.
— Прости меня, — выдохнула она, обнимая свои локти. — Я просто… прости. — Он кивнул, выдохнув и проводя длинными пальцами по своим фиолетовым волосам. — Я даже не знаю тебя, я... я... — Люк похлопал ее по колену и встал, предлагая ей руку, которую она приняла. Однако он не отпустил ее, когда она встала в полный рост. — Куда мы идем?
Он пожал плечами. — Достать еды. Не думай, что я не слышал твой живот, ты голодная девчонка, — засмеялся Люк, а ее щеки вспыхнули, особенно из-за того, что он вел себя абсолютно нормально в то время, как она стояла вся красная и взволнованная. — Я могу использовать Динг-Донг*. — Эмма поперхнулась собственной слюной.
Она попыталась скрыть свой пошлый разум. — Ага, ага, — фыркнула она, все еще тихо смеясь про себя. Но не успела она осознать это, как она разрывалась от сдавленного смеха, а Люк смотрел на нее, как на маньячку. Потом он понял, что она сказала, и стал посмеиваться, пока они были на пути к отделу еды, все еще хихикая как семилетки. — Тебе нравятся Динг-Донги, Люк?
— Хватит болтать, — засмеялся он, с трудом отвечая из-за нехватки воздуха. — Ты не сможешь поиздеваться надо мной из-за твоих маленьких пошлых оговорок, Эмма. — Она положила руку на его плечо, чтобы не упасть. — Боже, какой ты грубый, задира. — Люк повысил голос. — Помогите! Помогите! У нас тут задира!
Наконец, они добрались до отдела еды, и их глаза стали тщательно рыскать по разным закускам, которые были выставлены по рядам. Люк на автомате отправился к его любимым Динг-Донгам, что заставило Эмму снова всплакнуть. Она же взяла простую пачку чипсов. Затем они вернулись к самому светлому отделу в магазине, пятому отделу, и сели, скрестив ноги и просто уставившись друг на друга. Она поблагодарила звезды счастья за то, что им не было неловко друг с другом, потому что быть в ловушке с парнем, которому с тобой не по себе, не очень приятно. Во всяком случае, Люк был в порядке после всего.
— Могу я задать тебе вопрос? — внезапно спросила она, заставляя его посмотреть на нее, когда она проглотила чипсы. — И ты обещаешь не смеяться, окей? Потому что я знаю, ты так же плох в этом, как и я. — Он медленно кивнул, и она нервно облизала губы. — Мм, когда ты… делаешь это в первый раз… это больно? — Щеки Эммы были изрядно красными, но Люк не смеялся.
Он нахмурил брови. — Ты много думала об этом? — Он провел пальцами по его лиловым волосам пару раз и изменился в лице, вспоминая их цвет. Она кивнула, ее лицо стало темно-розового оттенка. — Это потому, что я пытался поцеловать тебя? — Сердце Эммы резко упало перед тем, как она снова покачала головой вверх и вниз. — Люк вздохнул. — Знаешь, я бы никогда не втянул тебя во что-то, чего ты не хотела. Я понимаю, что ты девственница и мало знаешь о поцелуях и всем этом, но я бы никогда не воспользоваться этим, понимаешь? Нужно быть ненормальным, чтобы сделать такое с девушкой.
Все мысли о бесчувственном трахе с ней на полу аптеки улетучились из его головы. Она была так взволнована, мила и невинна, что он был не в состоянии проделывать какие-то грязные вещи с ней. Люк знал, что она боялась, и у нее не было опыта, так что он и рукой бы ее не тронул. Вот почему, когда она медленно кивнула, он взял ее за руку и тепло улыбнулся. Она не могла не ответить взаимностью, настолько это было искренне.
— Спасибо, — прошептала она. — Я знала, что у тебя есть сердце, Барни.
Вдруг его улыбка испарилась, он вырвал свою руку и отвернулся. Эмма удивленно взглянула на него, спрашивая в чем дело. — Я думал, мы решили не продолжать с этими именами, — нахмурился он, но увидев вину и шок на ее лице, он не выдержал и рассмеялся. — Я просто издеваюсь над тобой, Эм. Могу я называть тебя Эм? — Она кивнула, легко ударив его.
— Знаешь, фиолетовый выглядит не так уж и плохо, — пробормотала она, немного взлохматив его волосы, заставив его улыбнуться. Она была сосредоточена на его волосах. — Могу я, как бы, поиграть с ними? — Эмма нервно вертела его волосы, посылая мурашки по спине Люка, пока он не кивнул. — Окей, давай.
Люк подвинулся так, что его спина была перед ней, и она удивила его, когда осторожно потянула его за плечи, затем опустила вниз, чтобы его голова оказалась на ее коленях. Она аккуратно откусила чипсы перед тем, как провести чистыми пальцами по коже головы и его мягким волосам. Было такое чувство, будто это щенок золотистого ретривера. Ее дыхание замедлилось, когда она немного расслабилась, играя с его фиолетовыми локонами. Он закрыл глаза. Эмма слегка потянула за корни, и он промурлыкал в ответ, позволяя улыбке появиться на его лице, на которую она улыбнулась в ответ.
Он тихо засмеялся. — У тебя такие крошечные руки, — пробормотал он, утыкаясь носом в ее колени. — Офигенное чувство. — Она посмотрела на него, вскинув брови, ошеломленная тем, что может практически заставить его стонать ее крошечными руками. Люк облизал губы под ее взором. — Не останавливайся, — умолял он, а она даже не заметила, что остановила пальцы. Затем Люк выпустил большой вздох.
Эмма посмотрела вниз на него. Он был таким красивым.
— Я собираюсь рассказать тебе кое-что личное, — начал он, — что ты можешь понять по-разному. — На мгновение Люк открыл глаза и снова закрыл их, скрывая удивительные голубые озера. — Мм, на самом деле я никогда не был в настоящих отношениях. То есть да, был, когда в шестом классе было круто иметь девушку. Но я не думаю, что когда-то чувствовал любовь, понимаешь? — Он снова открыл глава. Она кивнула, хотя не понимала. — Я думаю, если на самом деле возьмусь за это и начну встречаться с крутой девчонкой и наконец испытаю любовь, то я буду тем, кто обожжется.
Она продолжала проводить пальцами по его волосам, но ее голова была занята тем, что он только что ей сказал. — У меня было только четыре парня, все на одну неделю в старшей школе, так что, — сказала она, хотя не была уверена, было ли это уместно. — Думаю, у меня есть такой же страх.
— Это не страх, — заявил Люк, снова закрывая глаза. — Ты наверное думаешь, я сумасшедший, но это вроде как такое ощущение. Будто я знаю, что если буду встречаться с кем-то и наконец влюблюсь, то она наверняка порвет со мной или бросит меня или еще что-то. Я прямо таки вижу, как это происходит со мной, — вздохнул Люк снова. — Я изменил одной из своих девушек в старшем классе — Саванне МакДэниелс. У нас были почти платонические отношения, в основном мы целовались на заднем сиденье ее джипа — и она обнаружила меня с этой глупой девчонкой Николь в моей собственной комнате. — Эмма почти выпустила пальцы из его волос. — Знаешь, с того момента я жалею об этом. Ее лицо было просто … боже мой, я даже не могу объяснить этого. Я никогда не сделаю этого снова, правда, потому что клянусь Богом, я не хочу опять видеть это лицо.
После минуты молчания он продолжил.
— Я пытался вернуть ее, покупал ей цветы и шоколад каждый день, и клал их на капот ее машины — это было что-то вроде шутки между нами. Хотя она не смеялась, и я тоже. Я просто продолжал пытаться и пытаться, пока окончательно не сдался. Я знал, что она больше не заговорит со мной, не простит меня, никогда не улыбнется мне. Поэтому я сдался.
Эмма сглотнула. — Я бы никогда не изменила тому, кого люблю, — прошептала она, заставляя его открыть глаза. — И я говорю «люблю», потому что если ты с кем-то, кого не любишь, то какой в этом смысл? Особенно, если это не взаимно. Я имею в виду, измена это в любом случае неправильно, но думаю, это не так важно, если в отношениях нет… уфф.
Люк прочистил горло после долгой минуты простого рассматривания друг друга. — Я думаю, если бы кто-то изменил тебе, Эм, я бы надрал им задницы. Любовь это или нет.