Глава первая
17 декабря Каждый раз, когда он смотрел на меня в этот день, мне казалось, что в его голове прокручивалась тысяча способов убить меня.
Часть этого холодного дня мне посчастливилось провести в офисе. Каждая строчка квартального отчета была проверена многократное количество раз, прежде чем я позволила себе распечатать его и передать директору.
Снег за окном безмятежно опускался на землю, пока я поспешно собирала вещи и закидывала их в сумку. Я бы успела оказаться снаружи и записать этот день, как мой единственный беспроблемный, если бы не запуталась в собственном шарфе и так же провально не запнулась у лифта, столкнувшись с ним.
- Прости, Найл, я не заметила тебя, - полушепотом произнесла я, будто из-за рвущей боли в горле не могла говорить громче.
Его ответный кивок я увидела только, когда расправилась с шарфом. Он отвел взгляд своих голубых глаз и ткнул пальцем в кнопку первого этажа. И, когда мы оказались в кабине вдвоём, парень не переполнился злостью и даже не покраснел. Нет, конечно, он не был одержим ненавистью ко мне или чем-то вроде этого, казалось, он испытывал терпкую неприязнь ко всем людям в этой вселенной, и даже в некоторых случаях я согласна с ним. Этот блондин никогда не был общительным или дружелюбным, он был склонен к вспыльчивости и дерзости, когда ты пытаешься заговорить с ним. Именно из-за этого за весь год мы пообщались в целом минут десять, состоящих из недовольных хмыков и мычаний.
Мое сознание усердно вспоминало надоедливую песню, и, когда ему удалось, я восстановила дыхание. Держа руки в замке за своей спиной, я переминаюсь с носочков на пятки и наблюдаю за сменой этажей на маленьком табло.
***
Кофе заботливо согревал меня, а я только и думала о Найле после того, как заметила его возле офиса спустя час после окончания рабочего дня. В тот момент я пыталась расправиться с небольшими покупками, врезалась в людей по пути к наземному метро, и вскоре заметила знакомую фигуру. "Боже мой, готова поспорить, что его пальто, как всегда, не застегнуто", - подумала я, и только позже задумалась, что слишком много внимания (которое, между прочем, предпочитает не замечать многие вещи) уделяю его мелочам.
Я могла бы предвкушать марафон сериалов этим вечером, но электропоезд резко остановился, и со своей невероятной удачей мне каким-то образом удалось не упасть. Я извинялась перед женщиной с коляской около минуты из-за того, что я случайно уронила на нее кофейный стаканчик, к великому счастью, пустой стаканчик. Неполадки не были устранены "в скором времени", как нам обещали, да и кто вообще верит этим людям?
В любом случае, я проглотила это вранье и мгновенно устранилась оттуда. Уже спустя пару минут я жалела о своем выборе, когда проходила через не очень-то благоприятный и спокойный район Нью-Йорка. Я ощущала как солнечный свет покидает меня, и каждая моя клеточка ненавидела сегодняшний закат, который отражался на стенах домов и плавно, словно впитывался в кирпичи. Кажется, я даже позволила себе сказать какое-то не очень приличное слово, о котором вскоре позабыла, увидев то, что уж точно не могла ждать как свое "спасение". Но я все-таки не была так рада видеть машину странного парня как сейчас. Я знала еще с самого раннего утра, когда мой будильник разбился на тысячи расстроенных кусочков, что этот день не принадлежит мне. К сожалению, машина оказалась пуста. И ищи теперь этого парня по переулкам, чтобы услышать одно грубое слово и понять, что этот мир все еще в порядке, и я не ударилась головой о что-то тупое.
Пока я внимательно (абсолютно невежливо) рассматривала содержимое салона машины, где все-таки нашла свой любимый апельсиновый сок, я расслышала шаги. Заставив себя поднять голову, я наконец обнаружила того, кого, на самом деле, искала тут все это время. Он направлялся в сторону своей машины, постоянно оглядываясь по сторонам, внимательно исследуя все, что не было больше освещено яркими лучами. И кстати говоря, его чудесное пальто было расстегнуто таким же чудесным способом, как и всегда.
Должна ли я сказать ему что-то наподобие: "Эй, Найл, привет. Я слышала, что тут есть прекрасный магазинчик, правда, не знаю чего, но он возле темного переулка, ты не слышал?", или "Прекрасная погодка, не так ли? Не ожидала увидеть тебя тут, а ведь я здесь часто ищу приключения, мы могли бы обсудить это"?
В тот момент, когда наши взгляды встретились, его глаза прикрылись и губы сжались в тонкую линию. Я уже хотела понадеяться, что мне были дарованы силы невидимки, но, к сожалению, Найл просто был слишком озабочен поиском чего-то неправильного в стенах, что он мог бы не заметить возможного угона своей же машины. Его ярость от моего появления, кажется, могла бы сжечь его сердце. Подходя ко мне, как к какой-то правонарушительнице, он в упор смотрит на меня. Я не могу двигаться, мое тело буквально парализовано, и я глубоко дышу, сильно прикусив губу зубами. Слишком медленно отвожу взгляд, боясь встреться с его голубыми глазами.
- Сядь в машину, живо! - нервно сказал он, делая это настолько тихо, насколько было только возможно. - Сиди там и не смей выходить.
Мой кивок он, конечно, получил, а я получила кучу вопросов в своей голове. Он развернулся и достал что-то из своего кармана и поспешил туда, откуда неожиданно и появился.
Как только моя рука дотронулась до ручки двери машины, моих ушей достиг звук выстрела. Мое сердце несколько раз могло получить инфаркт от полученного страха и адреналина, если бы я не увидела Найла, который стоял возле стены дома и пытался заглянуть за угол.
Момент неудачи я называю своим вечным кредо, потому что я вечно получаю его сполна. Я буквально начала молится, когда в моей сумке начал звонить телефон и проклинать то, что в этот момент рядом не было никаких источников шума, кроме тошнотворного звонка.
Вот же дерьмо!
Телефон продолжал звонить, и с полной нервозностью, когда он оказался в моих руках, я разбила его о ближайшую стену того же красного кирпичного дома, впитавшего солнечный свет, который мог стать антидотом страха. Руки судорожно тряслись, когда легкие отказывались принимать нужное количество кислорода.
- Черт, Ноэль, быстро в машину!
Парень бежал со всех ног, и тогда его глаза были на два тона темнее, чем пару часов назад, - они скорее всего отображали страх и дикую злость. Что же еще?
Он грубо пихнул меня на заднее сидение и сказал пригнуться, когда машина с жутким ревом развернулась. Я сжала руки и прищурила глаза до придела, только чтобы перестать воспринимать реальность.
В заднее окно попало что-то стремительное, разбивая его, и часть осколков упала на меня, прежде чем машина успела заехать за угол и выехать на трассу. Я тихо вскрикнула. До меня доносились лишь бормотания блондина, которые состояли в основном из нецензурной брани.
Время шло быстрее, чем мне могло показаться, но, честно, я не замечала ничего кроме тихого эха постукивания пальцами по рулю, они создавали определенный ритм, который немного успокаивал. Прошло около 20 минут, но я бы не удивилась, если бы мне сообщили, что прошло несколько веков.
Темнота пугает, если долго держать глаза закрытыми, не так ли?
- Хэй, давай, открывай глаза! Нам придется пройтись пешком, - равномерно произнес он с ноткой волнения в голосе.
Я открыла глаза и резко соскочила с сидения. Пытаясь угнаться за Найлом, я без задней мысли шла за ним. Лучше всего сейчас плыть по течению. По течению Найла.
Снежинки, словно вальсируя, падали на мое лицо, мгновенно таяли и отдавали мне всю свою прохладу, заставляя покрыться мурашками. Снег на асфальте стремительно растворялся, как сахар в кофе, ничего не оставляя после себя кроме послевкусия.
Парень иногда оглядывался назад, то ли хотел убедиться, не идет кто-нибудь за нами, то ли проверял, иду ли я за ним.
Разве я могла ожидать чего-то хорошего после этого? Пессимист в мелочах - глупо, а пессимистические мысли в такой ситуации - это реализм. Все, что мне оставалось - лишь гадать, куда мы идем с Найлом, и что может произойти, когда мы достигнем пункта назначения.