Благословлённый//The Blessed

Деревня Лин, относящаяся к городу Датун, расположена в центральной южной части провинции Цин. Город Датун не был ни слишком большим, ни слишком маленьким. Благодаря особому географическому положению водный и сухопутный транспорт здесь был хорошо развит, и многие торговцы приезжали и уезжали, но город Датун, как и весь уезд Цинъян, не был очень богатым. Основная причина заключалась в том, что почти половина земель была непригодна для использования из-за притоков внутреннего моря

Проведя в пути почти полчаса, Лин Цзинсюань и остальные наконец добрались до города. Поскольку сегодня был ярмарочный день, люди всегда устанавливали свои лотки очень рано. Магазины по обеим сторонам дороги из голубого камня тоже открылись рано и приветствовали входящих и выходящих покупателей. Лин Цзинсюань и две булочки, сидевшие в тележке, впервые оказались на ярмарке в городе. Лин Цзинсюань ничего не чувствовал, разве что лёгкое любопытство. Вам следует спросить его, чего он не видел в своей прошлой жизни. Но эти две булочки были другими: они во все стороны таращили свои четыре глаза, мечтая только о том, чтобы спрыгнуть с тележки и побегать по всему городу Датун.

— Брат Чжао, куда мы направляемся?

Поглаживая маленькую головку булочки, Лин Цзинсюань подняла взгляд на Чжао Далуна, сидевшего впереди. Они уже давно вышли на рынок, верно?

«Мы отправим вас прямо на рыбный рынок. За последние годы, под руководством магистрата Ху, город Датун сильно изменился. Для каждого вида товаров отведён свой отдел. Рыбный рынок находится в самом центре».

Ему ответил Хань Фэй, а не Чжао Далун.

«Что ж, этот магистрат Ху — способный человек, но разве магистрат не занимает должность в течение трёх лет? Я помню, что его назначили в округ Цинъян пять лет назад. Почему он до сих пор на своём посту?»

Всё было бы по плану. Пять лет назад, если бы не он, прежний владелец и булочки уже были бы мертвы. Древний человек, который мог это сделать, считался очень компетентным.

«Увы, знаете ли, там никого нет. Магистрат Ху действительно хороший чиновник. Мы все думали, что в конце трёхлетнего срока его повысят. Но…»

Кстати говоря, Хань Фэй не мог сдержать постоянных вздохов. Магистрат Ху был хорошим чиновником, преданным стране и народу, и это действительно печально…

— Тише! У нас будут проблемы, если другие услышат.

Чжао Далун, который всегда молчал, повернул голову и тихо упрекнул его. Хань Фэй пошевелил губами, но больше ничего не сказал. Действительно, не им обсуждать дела чиновников.

“Хе-хе...”

Увидев это, Лин Цзинсюань улыбнулся. Он мог понять поведение Чжао Далуна: чиновники с древних времён покрывали друг друга. Все это знали, но никто не осмеливался говорить об этом вслух, потому что последствия были не из тех, с которыми могут справиться обычные люди.

«Цзинпэн? Цзинсюань! Что привело тебя сюда?»

Когда они проходили мимо продуктового магазина, их внезапно остановил молодой человек, который только что проводил гостей. В тот момент, когда он увидел Лин Цзинсюаня, на его светлом и мягком лице отразилось странное чувство, а затем он тепло и широко улыбнулся. Лин Цзинсюань с первого взгляда понял, кто это: второй сын его старшего дяди Лин Цзинвэя, который на два года старше его. Проучившись в школе несколько лет, он работал подмастерьем в продуктовом магазине, позже женился на дочери владельца магазина и стал бухгалтером.

“Брат Цзинвэй”.

Лин Цзинпэн не очень естественно посмотрел на Лин Цзинсюаня и, почесав затылок, ответил: «Угу».

«Это Лин Вэнь и Лин У? Какие милые. Погодите, погодите, погодите…»

Лин Цзинвэй, казалось, не обращал внимания на их отчуждённость. Он с улыбкой погладил детей по головам, а затем поспешно вернулся в магазин и через несколько минут снова вышел, сунув в руки трём детям по пакету с масляной бумагой: «Это пирожные с османтусом. Можете съесть их, когда проголодаетесь».

— Нет, спасибо. Мы не голодны.

Три булочки отвернулись от него, их лица покраснели.

— Ну... Цзинсюань?

Лин Цзинвэй выглядел немного смущённым и перевёл взгляд на Лин Цзинсюаня, который ничего не сказал в поддержку друга.

“Возьми это”.

— Спасибо, дядя!

С разрешения Лин Цзинсюаня Лин Вэнь и двое других больше не отказывались и после недолгих колебаний согласились. Лин Цзинвэй снова не смог сдержать улыбку, глядя на Лин Вэня и Лин У с какой-то странной и пугающей нежностью, которую заметил Лин Цзинсюань: «Брат Цзинвэй, у нас ещё есть дела. Мы ещё поговорим о старых временах, когда у нас будет время».

Не успел он это сказать, как Чжао Далун уже хлестнул кнутом, чтобы тронуться с места, не дав ему возможности отказаться. Лин Цзинвэй стоял у дверей магазина, пока телега не скрылась в толпе, после чего он вернулся в магазин, сжимая кулаки.

— Гэ, не сближайся с Цзинвэем, он...

Лин Цзинпэн проглотил готовые сорваться с языка слова и перевёл взгляд на малышку, на юном личике которой читались растерянность и замешательство.

«Хе-хе… Давай поговорим об этом, когда вернёмся домой».

Лин Цзинвэй на первый взгляд выглядел довольно воодушевлённым, но если вдуматься в его слова, то в них было полно недочётов. Кто не считает его и двух его детей монстрами? Они только и мечтали о том, чтобы они умерли и избавили их от такого позора, в то время как Лин Цзинвэй при первой же встрече отправил им еду, что было немного чересчур. Хотя он и не мог пока догадаться о его истинных намерениях, но… Если эта тварь его раскусила, то Лин Цзинсюаню действительно стоит врезаться в стену и покончить с собой.