Озвучивание не поддерживается в этом браузере
2
«Убейте его, он чудовище! Убейте его...»
«Не бей моего папу, прекрати! Ты не можешь бить моего папу!»
— О-о-о... Папочка...
“Ха-ха...”
На поросшей травой поляне в сельской местности группа подростков избивала шатающегося мужчину. Рядом с ними двое бледных и болезненных детей, которым было всего три или четыре года, плакали и пытались остановить этих людей, как богомол пытается остановить колесницу. Однако эти «бандиты» одним взмахом кулака отшвырнули детей на полметра. Они кричали, нанося удары мужчине, и все их пинки и удары приходились прямо на его хрупкое и пыльное тело.
“Ой...”
Его стоны от боли почти заглушили крики подростков. Прежде чем Лин Цзинсюань успел открыть глаза, по всему его телу разлилась ужасная боль, от которой ему казалось, что он вот-вот развалится на части. Воспоминания, которые, казалось, не принадлежали ему, лихорадочно проносились в его голове, грозя разорвать её.
«Моя мама сказала, что он чудовище! Убейте его!»
“Убей его!”
«Мой папа не монстр! Убирайся отсюда! Не трогай моего папу!»
Двое маленьких мальчиков постоянно падали и поднимались, хромая, навстречу этим хулиганам. Один из мальчиков продолжал кричать и спорить, но не мог противостоять этим сумасшедшим подросткам со своим худым и маленьким телом. Чем больнее было этим двоим детям, тем агрессивнее они становились. Им даже хотелось убить этого мужчину.
Никто не заметил, как Лин Цзинсюань, которого окружили, молниеносно схватил одного из подростков за лодыжку.
Бам~
— Ай, боже мой!
Внезапно раздался звук падения тяжёлого предмета на землю, сопровождаемый пронзительным криком мальчика. Остальные в страхе попятились. Маленький мальчик, который их вёл, перестал плакать и посмотрел на лежащего на земле мальчика, чья левая нога была крепко зажата грязной рукой. Если посмотреть на руку, то можно увидеть, что её владельцем был мужчина, которого они избили.
“Ты проклятое чудовище!”
«Не двигайся, или я перережу тебе горло!»
Только в этот момент мальчик отреагировал и вытянул ногу, чтобы пнуть худощавое тело Лин Цзинсюаня. Никто не видел, как они двигались, всё происходило как в тумане. А в следующую секунду Лин Цзинсюань прижал острый обломок к шее мальчика. Если бы он надавил чуть сильнее, то перерезал бы юноше артерию.
— Ты... Чего ты хочешь?
Обычная мутность его вытянутых миндалевидных глаз внезапно исчезла, и в них отразился ужасающий холодный свет. Мальчик был напуган, он дрожал и заикался, от былого безудержного гнева не осталось и следа. В конце концов, он впервые видел такое.
“Хм...”
Лин Цзинсюань хотел ответить ему, но у него так сильно болела голова, что казалось, она вот-вот взорвётся. Его рука, сжимавшая шею мальчика, постепенно ослабила хватку. Беспорядочные воспоминания в его голове подсказывали ему, что он, должно быть, столкнулся с так называемым переселением душ или путешествием во времени. Что касается того, в какую эпоху он попал и какова была текущая ситуация, он пока не мог понять.
“Папочка?”
— позвал бледный и болезненный на вид мальчик, держа на руках другого ребёнка примерно своего возраста. Его ясные глаза смотрели прямо на Лин Цзинсюаня. Тот нахмурился, и в его голове промелькнуло несколько фрагментов воспоминаний. Похоже, эти двое, которые с первого взгляда показались ему истощёнными, были его сыном Лин Вэнем и Лин У. Чёрт возьми, почему бог так жестоко над ним подшутил? Ему ведь ещё не было и 20, верно?
“Хм...”
Лин Цзинсюань чувствовал себя ещё более несчастным, когда думал об этом, поэтому ему пришлось отпустить эти юные и беспорядочные мысли, от которых у него раскалывалась голова.
— Глупый монстр, просто подожди! Я позову сюда свою маму. Просто подожди!
Освобождённый юноша оттолкнул его и убежал вместе с остальными, не забыв при этом сказать пару резких слов. Мгновение спустя остались только Лин Цзинсюань, который хватался за голову и стонал от боли, и две худенькие и слабые «булочки».
— Папочка, твой мозг проснулся?
Держа на руках младшего брата, Лин Вэнь шагнул вперёд и неуверенно спросил, не в силах скрыть волнение и страх в своём голосе. Прижавшись к брату, Лин У просиял. Оба брата посмотрели на отца.
“…”
Взрыв~
“Папочка!”
Прежде чем Лин Цзинсюань успел ответить, он потерял сознание, закатив глаза. Когда он упал, ему показалось, что он смутно различает две маленькие «булочки», которые взволнованно бегут к нему. На его израненных щеках невольно появилась уродливая улыбка.
В тускло освещённом соломенном домике Лин Цзинсюань был накрыт с головой пыльными тряпками. Он без сил лежал на деревянной кровати. Земляная стена вокруг него была потрескавшейся и время от времени обдувалась прохладным ветром. Прямо в земляной стене над деревянной кроватью было открыто маленькое квадратное окошко. Два обшарпанных окна висели под наклоном и могли упасть в любой момент. В доме не было ничего, кроме большого деревянного ящика в изножье кровати. Семья выглядела такой бедной! Но не обычной бедностью!
«Ге, папа спит уже несколько дней. Когда он проснётся?»
«Врач сказал, что он очнётся, как только спадёт температура. Я пойду посмотрю, как он».
«Хм, ге, я хочу пойти с тобой».
Деревянная дверь, оставленная незапертой, распахнулась снаружи. Две «булочки» вошли одна за другой, держась за руки. Одна из них протянула руку, чтобы коснуться лба Лин Цзинсюаня, а затем и своего собственного. «Уже не горячо, — прошептала она. — Ты оставайся здесь и присмотри за папой. Я разогрею мучную лепёшку, которую бабушка испекла сегодня днём. Папа может проснуться голодным».
— Джи, я тоже голоден.
Лин Ву мило кивнул. Его маленькая ручка, похожая на лапку цыплёнка, поглаживала его живот. Лин Вэнь улыбнулся: «Хм, Сяоу, веди себя хорошо. Скоро ты поешь».
Закончив говорить, мальчик вышел. Лин Ву оглянулся на отца, лежащего на кровати, и побежал помочь ему поправить разорванное одеяло, а затем развернулся, взял небольшую скамеечку без ножки и послушно сел.
Лежа на кровати, Лин Цзинсюань медленно открыл глаза. Он проснулся, как только эти два бублика открыли дверь. По сравнению с тем хаосом в голове, который царил несколько дней назад, сейчас он почти разобрался в том, что происходит с его телом. Эти два бублика действительно были его сыновьями. В конце года близнецам исполнится пять лет, хотя они худенькие и маленькие и выглядят максимум на три-четыре года.
При мысли об этом Лин Цзинсюань повернул голову и огляделся, тяжело вздохнув. В его доме не было ничего, кроме голых стен, и ему приходилось кормить двух детей. «Может ли эта жизнь быть ещё более несчастной?» Более того, он, похоже, был их биологическим отцом. И только из-за этого все в деревне считали его чудовищем. Как мужчина может родить детей?
Взрослые в деревне сплетничали у него за спиной, а дети часто собирались в небольшие группы, чтобы издеваться над ним. Они били и ругали его, как и в тот день, когда он сюда попал. Он смог выстоять и был забит до смерти только после пяти лет пыток. Это тоже можно назвать достижением, верно?
Комментарии