глава 40
Глава 40
Выйдя из душа, Цюй И открыл две бутылки воды, одну из которых протянул Цзинь Юаню : — Нужно поспать, мне завтра утром в академию на регистрацию.
Цзинь Юань, вольготно закинув длинные ноги на кровать, усмехнулся: — Я же говорил тебе ложиться раньше, а ты пошел всю ночь в игры рубиться.
— Ну ты и тип, — Цюй И прибавил температуру на кондиционере на один градус и лег рядом с Цзинь Юанем. — Настоящий актер без оскара.
Цзинь Юань повернулся к нему лицом: — В детстве ко мне и правда режиссеры приходили, звали в кино сниматься, — произнес он с самым серьезным видом. — Хорошо, что я отказался, а то нынешним смазливым актеришкам ловить бы было нечего.
Цюй И закутался в одеяло и закрыл глаза: — Друг, ты переигрываешь.
Цзинь Юань со смехом выключил свет, оставив лишь крохотный ночник у изголовья, чтобы помочь организму настроиться на сон. Цюй И поворочался, а потом перекатился поближе к Цзинь Юаню: — Не спится. Перегулял, сон прошел.
— И что ты хочешь делать? — спросил Цзинь Юань. — Снаружи еще полно автоматов.
Цюй И покачал головой: — Буду настраиваться.
— ... — Цзинь Юань предпринял попытку завязать разговор. — Твой брат Чэн ... что он за человек?
Цюй И долго думал с закрытыми глазами, прежде чем медленно заговорить: — Брат Чэн очень хороший... Он заботился обо мне с самого детства. Бывает упрямым, но это не так важно.
— А как ты думаешь, — Цзинь Юань открыл глаза в темноте, — кем он тебя считает?
Цюй И тоже открыл глаза. Глаза еще не привыкли к темноте, и взгляд Цзинь Юаня казался единственным проблеском света. На мгновение он даже забыл, что хотел сказать.
— М? — переспросил Цзинь Юань.
Цюй И опустил ресницы и едва заметно шевельнул губами: — Брат Чэн всегда опекал меня как младшего брата. Но иногда мне кажется, что он ведет себя как строгий родитель.
Цзинь Юань закинул руки за голову и как бы невзначай спросил: — Ты когда-нибудь влюблялся?
Резкая смена темы сбила Цюй И с толку, и он рефлекторно выпалил: — Нет.
— А как же байки о том, что тебе в среднем по человеку в день в любви признается? — подколол Цзинь Юань.
Цюй И отвернулся: — Ну так и ты говорил, что я — лишь один из тысячи твоих фанатов, но что-то девушек у тебя не прибавилось. — Он перевернулся на спину и с легкой насмешкой уставился в потолок: — Снял номер для влюбленных, а спать приходится со мной.
Цзинь Юань долго и пристально смотрел на него, а потом спросил: — Тебе совсем никто никогда не нравился?
— Я-то? — Цюй И посерьезнел и тихо выдохнул. — Мне больше подходит одиночество. — Он зевнул. — Кажется, в сон потянуло... Спокойной ночи.
— До завтра, — ответил Цзинь Юань, копируя его тон, но так и не отвел взгляда от профиля парня, пока тот тихо не буркнул «угу».
*****
Как только ворота университета показались в поле зрения, Цюй И закричал: — Тормози, тормози, тормози!
— Осталось пять минут, я подвезу тебя прямо к корпусу, — Цзинь Юань указал пальцем на бардачок. — Доставай маску.
Цюй И вытащил черную маску и увидел, как Цзинь Юань привычным движением нацепил свою одной рукой.
Цзинь Юань остановил машину у здания факультета искусств. Цюй И в спешке выскочил: — Всё, я побежал! — Он помахал телефоном. — Спишемся в вичате.
— Давай, поторапливайся. — Цзинь Юань проводил его взглядом через лобовое стекло, а потом через боковое окно, заметив, что тот остановился у входа.
Цюй И попытался пройти вправо, но дорогу ему преградил Чжан Сухан. Цюй И нахмурился: — Что тебе нужно?
— Ты, мать твою, просто сирота недобитая, — злобно прошипел Чжан Сухан.
Цюй И лишь презрительно хмыкнул и брезгливо отступил на шаг, пытаясь обойти его, но тот схватил его за рукав: — Попомни мое слово, ты и Лю Юйсинь еще попляшете! Никому жизни не дам!
Цзинь Юань уже положил руку на ручку двери, наблюдая за ними из окна и готовясь вмешаться в любую секунду. Цюй И резким движением стряхнул руку Чжан Сухана: — Не я заставлял тебя воровать деньги факультета, — его взгляд стал ледяным. — Думаю, из нас двоих «несладко» придется именно тебе.
Цзинь Юань долго смотрел вслед побагровевшему от ярости Чжан Сухану, который стиснул зубы и уставился на холл академии. Только когда Цюй И скрылся за углом, Цзинь Юань нахмурился и задумчиво постучал пальцами по рулю.
Цюй И влетел в приемную и первым делом столкнулся с Лао Чжаном. Он дважды поклонился: — Я опоздал?!
— Нет, не спеши. — Лао Чжан завел его в кабинет. — Декан еще говорит с Лю Юйсинь.
Цюй И сразу всё понял: — Наказание для Чжан Сухана уже вынесли?
— Угу. — Лао Чжан окинул его взглядом. — Парень, ты что, сегодня даже не умывался? Пойду чайник поставлю, а ты иди приведи себя в порядок.
Цюй И и правда не успел умыться. Утром, когда зазвенел будильник, Цзинь Юань каким-то невероятным образом навалился на него и выключил звук. Когда Цюй И очнулся, будильник звенел уже в третий раз спустя пятнадцать минут. Какое уж тут умывание? То, что он успел вовремя — заслуга впечатляющего вождения Цзинь Юаня.
Лао Чжан нажал на кнопку чайника и прикрыл дверь, переходя на доверительный тон: — Чжан Сухана сняли с должности зампреда студсовета. Будет публичный выговор на весь факультет. Обошлось без занесения в личное дело, потому что это задело бы и их куратора, так что дело решили немного замять. Но он обязан вернуть все украденные деньги до зимних каникул, плюс выплатить обратно все полученные социальные стипендии.
Цюй И подумал, что неудивительно, почему Чжан Сухан выглядел так, будто готов кого-нибудь загрызть. Такая сумма для обычного студента — неподъемная ноша.
— Но этот пацан... — Лао Чжан вздохнул. — Боюсь, как бы он не выкинул чего экстремального. Ты в последнее время старайся ходить вместе с Цзяньго и остальными.
Цюй И почтительно сложил руки: — У Лао Чжана сердце видит всё насквозь. Моё почтение.
Преподаватель хотел было в шутку отвесить ему подзатыльник, но увидел «воронье гнездо» на голове: — Иди в туалет, хоть волосы водой пригладь, лохматый как курица.
Цюй И со смехом выбежал, столкнулся с Чжао Мо и Цю Сиси, неловко поздоровался и скрылся в уборной.
Вскоре вся троица стояла перед деканом. Тот выглядел измотанным после бурного утра: — Присаживайтесь, докладывайте по очереди.
Когда они закончили, декан кивнул: — Хорошо. В отзыве из Мусасино кураторы хвалили ваши успехи. — Он обвел их взглядом, остановившись на Цюй И. — А ты у нас теперь, я гляжу, местная звезда?
Чжао Мо и Цю Сиси прыснули со смеху. Цюй И смущенно замялся: — Декан, ну что вы...
— Ты с тем парнем-геймером родственник? Или одноклассник? — поинтересовался декан.
— А? — Цюй И прикусил губу. — Декан, вы тоже любите сплетни?
Декан усмехнулся: — Просто любопытно. Я иногда заглядываю на форумы. В наше время и нам, людям средних лет, не запрещено следить за трендами.
Чжао Мо и Цю Сиси синхронно ахнули, в их глазах читался ужас от того, что «шифровка» провалена.
— Я действительно знаком с Цзинь Юанем. Он... мой очень хороший друг. — Цюй И даже серьезно поправил декана: — И Цзинь Юань не просто «играет в игры», он — профессиональный игрок.
Декан расслабленно откинулся на спинку кресла: — Да какая разница, всё равно игры. — Он кивнул троице: — Сдайте письменные отчеты и документы на кафедру. Поздравляю, ваш обмен в Мусасино успешно завершен.
Попрощавшись с деканом, девушки тут же выхватили телефоны: — Быстро удаляем посты, быстро, быстро!
Цюй И смеялся до упаду. У лифта он встретил Лю Юйсинь. Улыбка еще не сошла с его лица, поэтому он вежливо кивнул ей: — Спускаешься?
— Угу... — Лю Юйсинь зашла в лифт, искоса поглядывая на него. — Ты вернулся из Японии.
Цюй И кивнул.
Цифры на табло лифта уменьшались. Девушка набрала в грудь воздуха: — Про Чжан Сухана... ты слышал?
— Да, Лао Чжан только что рассказал.
Динь! Лифт доехал до первого этажа. Цюй И не очень хотелось идти с ней до общежития, поэтому он соврал: — Мне нужно еще кое-что купить, так что я пойду.
— Я боюсь, что он отомстит мне, — Лю Юйсинь остановилась. — И тебе тоже. Можешь проводить меня?
Цюй И обернулся, посмотрел на её безупречный макияж и извиняюще развел руками: — Я очень слаб, даже курицу поднять не смогу. — Он улыбнулся. — Но если хочешь, я могу оплатить тебе телохранителя.
Лю Юйсинь застыла на месте. Цюй И добавил совершенно серьезно: — Если понадобится, передай через ребят в мою комнату, я помогу связаться с кем надо.
Он помахал рукой: — Ну, я пошел.
— Я сдала его ради тебя! — в отчаянии крикнула она ему в спину.
Цюй И остановился. Холодный ветер неприятно обжигал свежеумытое лицо, губы казались сухими. Хотя в ту ночь в отеле у него был сильный жар, он помнил слова Лю Юйсинь. Если бы он тогда не отказался, сегодня именно он нес бы доказательства декану. А Лю Юйсинь просто наблюдала бы за переменами со своего кресла председателя студсовета.
Он облизнул губы: — Я не просил тебя на него доносить. — Он слегка приподнял уголки губ. — Но я благодарен тебе за твою справедливость.
Разговор явно не клеился. Цюй И кивнул и ушел, завернув в магазин за коробкой «Ферреро Роше», которые так любил Хун Цзяньго. Однако дверь в комнату оказалась заперта изнутри.
Он постучал: — Эй, кто там?
— Вали отсюда! Сегодня ты не войдешь! — донесся гневный крик Хун Цзяньго .
Цюй И рассмеялся: — Ну ты и злопамятный!
— Даже если ты начнешь биться лбом о порог, я не открою!
Цюй И огляделся по сторонам и, прижавшись к дверной щели, прошептал: — Твой Отец Юань приехал. Он внизу стоит. Откроешь? Или мне уйти с ним?
— Думаешь, я опять поведусь на твой бред? — отозвался сосед.
Цюй И, прислонившись к стене: — Ну, как знаешь, я пошел.
— Погоди! Отец Юань реально внизу? — засомневался друг.
Цюй И:
— Мне зайти — раз плюнуть. Ты же всё равно пойдешь на пары после обеда, тогда и зайду.
За дверью послышалась возня. Хун Цзяньго открыл дверь в пуховике, под которым виднелась тонкая футболка с атрибутикой Отца Юаня.
— Ты чего это вырядился...
Хун Цзяньго благоговейно поднял глаза к потолку: — Иду на поклонение.
Цюй И сглотнул и пулей влетел в комнату, вцепившись в спинку кровати.
Хун Цзяньго: — ???
— Отменяй поклонение, твой Отец Юань уже отбыл во дворец.
Хун Цзяньго отступил на шаг, захлопнул дверь ногой. Его пуховик, словно ковер-самолет, полетел на кровать. Он подскочил к Цюй И, обхватил его за талию и попытался вышвырнуть из комнаты: — А ну вали отсюда к черту!
Цюй И мертвой хваткой вцепился в кровать: — Я всё Лао Чжану расскажу! А-а-а-а! Перестань меня щекотать, а то я Папочке Юаню пожалуюсь!
Услышав про «охранную грамоту», Хун Цзяньго отпустил его, подтащил стул и сел напротив: — Ты... Чистосердечное признание облегчает вину, а ложь — усугубляет. Выкладывай всё.
Цюй И выставил два пальца и «преклонил» их на столе: — В общем так. Отец Юань — это и есть Папочка.
Хун Цзяньго вытянул шею: — Повтори.
— Папочка из стримов — это Цзинь Юань, — осторожно произнес Цюй И.
Хун Цзяньго замер. Его глаза бегали, не в силах сфокусироваться: — То есть ты хочешь сказать... что я и мой Отец Юань... сыграли столько каток? Мы разговаривали? Мы общались? Я даже давал Отцу Юаню пушку?!
— Именно...
Хун Цзяньго резко вскочил, напугав Цюй И так, что тот отпрянул. Сосед схватил его за плечи: — Раз начал — говори еще!
— Да-да, вы вместе играли, вместе брали топ-1... А еще, а еще... он говорил тебе «спокойной ночи» и называл тебя Хун-цзян! — частил Цюй И. — Вы уже фактически лучшие друзья!
Хун Цзяньго замер посреди комнаты: — А-а-а... Теперь моя жизнь прожита не зря!
Цюй И всунул ему в руки шоколад: — На, съешь шоколадку, и жизнь станет еще прекраснее.
В кармане завибрировал телефон.
Папочка.