[Мир перевернутых зеркал]

Джо P.O.V

Утро начинается в двенадцать, и я спешу одеться и накраситься, затем так же быстро лечу на низ, смакуя то, что я одна в доме. Я не волнуюсь на счет Райли, потому что слышала, как она скрипела своей дверью в девять утра. Мой сон как всегда очень чуткий, но я все равно до победного закутываюсь в одеяло, намереваясь выспаться на каникулах за все будние дни, когда приходилось вставать в семь.

Миска хлопьев с соком и тостер с арахисовым маслом наполняют мой желудок счастьем, и он урчит, как наевшийся и довольный кот. На мне юбка и белая майка с глубоким вырезом. Для такого теплого дня это кажется лучшим вариантом для меня, к тому же я бы хотела подразнить на работе Роя. Хоть сегодня и не моя смена, я все же хочу пойти туда, чтобы мы вместе с ним пообедали.

Когда я спускаюсь в гараж, то не нахожу там машины Райли, точнее уже нашей машины. Ведь после того случая она наотрез отказалась ездить на ней, и я сдала на права, чтобы она не стояла и не пылилась. Помню, как родители обрадовались тому, что я, наконец таки научусь водить. Одна Райли мысленно проклинала меня. Но черт, где она сейчас? Неужели она поехала на ней куда-то? Только не это...

Расстроенная, я обдумываю еще час свои дальнейшие действия, потом я просто выхожу из себя и вызываю такси. Заплатив деньгами, которые стащила у родителей из полки, я еду к Рою, чтобы хоть как-то скрасить это день.

- Привет Шона, где Рой? – спрашиваю я свою коллегу, которая снова вылила на себя ведро парфюма. Либо у меня такой чувствительный нос?

- Он там, - она указывает мне своей наманикюренной рукой в сторону кабинета Алека, неужели он вернулся? Я оборачиваюсь к ней с немым вопросом в глазах, но она уже полностью занята своими делами. Имя Шона ей совершенно не подходит. Как только я проговариваю его про себя передо мной появляется какая-то шоколадная афро-американка, ну или хотя бы мулатка. А наша Шона – это русые волосы средней длины, небесно-голубые глаза и немного подрумяненная на солнце кожа. Нет, она не смотрится серой мышью, отнюдь, её формам и правильным чертам лица можно только позавидовать. К тому же, она круто наносит макияж и часто помогает Рою, чего я, например, не могу делать... Просто Шона, она бы лучше была какой-нибудь Патрицией или Венецией с её павлиньими замашками.

Выключив все ненужные мысли, я захожу в кабинет, перед этим не забыв постучать, как хорошая девочка. Рой как всегда колдует над кофеварочной машиной, наверняка, придумывая новый рисунок. Я подхожу к нему сзади и только хочу обнять, как он поворачивается, выставляя передо мной чашечку кофе. Вкусный запах ударяет мне прямо в нос, но я не этого сейчас хочу...

- Джо, – произносит он моё имя, как всегда так красиво улыбаясь. Я не знаю, почему я до сих пор теряюсь, когда вижу его таким уверенным и сильным.

- Ага, - отвечаю я, отходя назад.

- Как день? – спрашивает он, оглядывая меня с ног до головы.

- А твой как день? – не отвечая на его вопрос, задаю свой и присаживаюсь на стол. Моя юбка автоматически становится еще короче, и я вижу, как округляются его глаза и он начинает кусать губу.

- Отлично. Многое произошло, - улыбаясь, отвечает мне Рой. Он хорошо держится в отличие от меня самой.

- Так и что же было? – снова задаю вопрос я и кладу ногу на ногу, заставляя его сдаться.

- Думаю, это немного тебя расстроит, – немного озадаченно произносит он. Мне не нравится его тон и мне, честно говоря, совершенно параллельно, что там случилось.

- Я больше расстроюсь, если ты сейчас же не подойдешь и не поцелуешь меня, – раздраженно говорю я ему, и теперь он не медлит. Так же быстро, как я произношу эти слова, он преодолевает расстояние между нами, и теперь я могу насладиться его мятным и сладким запахом. Его горячие губы заставляют онеметь все мое тело.

- Райли будет работать со мной, – после того, как я слышу имя своей сестры, так чувственно сказанное в мои губы, мой мозг сразу же возвращается ко мне, и я кусаю его, прерывая наш поцелуй.

- Что? – ошарашенно, чуть не кричу я. Нет, она не может все испортить. Только не она.

- Твоя сестра придет сегодня, и я хочу, чтобы она тут работала, – как для маленького ребенка, очень четко произносит Рой. Каждое его слово впивается в меня, как что-то острое. Кажется, еще одно слово и он раскромсает мое сердце еще больше.

- Рой, – кто-то кричит из соседней комнаты его имя. И перед тем, как я успеваю прийти в себя. Он открывает дверь, и моя сестра вся в слезах чуть не наваливается на него.

- Что случилось? – спрашивает он её, придерживая за плечи. Меня бьет током, и я не могу сделать и шага. Я прикована к этому месту и вынуждена наблюдать все это. Райли ничего не говорит, но Рой относится к ней так же, как и ко мне когда-то. Мне невыносимо это, нет, я просто не хочу видеть этого, но вместо того, чтобы сбежать, я набираю в легкие по больше воздуха и кричу:

- Убирайся!

Получается что-то больше похожее на рык, чем на крик. Но этого мне хватает, чтобы она заметила меня. Её глаза становятся почти круглыми, и цвет лица меняется от красного к белому. Я хочу подойти и ударить её, но прежде, чем я подхожу к своей сестре, она срывается с места и стремительно уходит. Рой покидает комнату тоже. Он уходит с ней. С ней. Я закрываю лицо руками и повторяю себе, что это просто сон. Я хочу перемотать время назад и просто не оказаться здесь, чтобы не застать все это. Меня трясет и в голове, словно пляшут искры, у меня начинается истерика. Немая истерика, которая обессиливает меня с каждой секундой. Не в силах даже стоять нормально на ногах, я пытаюсь набрать Дереку. Я хочу воспользоваться его чувствами, чтобы не умереть снова. Так всегда – все парни достаются ей.

- Джо? – недоверчиво спрашивает Дерек, а затем еще несколько раз обеспокоено повторяет моё имя. Я не сразу прихожу в себя, чтобы ответить, но потом называю адрес, который знаю уже наизусть, спроси меня хоть среди ночи – я отвечу. И сейчас, я как скороговорку произношу его, выпуская остатки воздуха из легких. Голова кружится от злости и отчаяния. Я знаю, что сегодня сделаю ни одну ошибку, но перед тем, как отговорить себя, я говорю ему:

- Ты нужен мне.

Мне часто хочется стать немой, ведь это бы оправдывало то, что меня никто не услышит. Но когда ты говоришь или тем более кричишь, и тебя не хотят слышать – это больше, чем страшно. Это душит, заставляя каждый раз падать в пропасть. Всё глубже и глубже в пучину отчаяния.