Ноэль

Дорогие читатели, простите, что так долго не было обновлений. Но, я компенсирую, своё отсутствие двойным размером этой главы. :) Хочу поблагодарить вас, что остаётесь с этой историей! Спасибо за ваши мотивирующие комментарии, лайки и просто за активность в моей группе :) Это очень важно для меня, невероятно мотивирует и делает меня счастливой.

У меня есть для вас плэйлист, под который я писала эту главу. Вы можете найти его здесь: https://vk.com/wall-127673396_79

Когда увидите жирную звёздочку * в тексте, то непременно включайте заглавную песню BLACKPINK- 뚜두뚜두 (DDU-DU DDU-DU). Эта песня очень подходит этой части истории.

Спасибо, дорогой Dihiko за ещё один великолепный коллаж: https://vk.com/wall-127673396_73

У меня есть ещё кое-что для вас... Ах, да, это моя любовь к вам <3 ^_^

  Ноэль никак не могла уснуть, ворочаясь под толстым одеялом. Она не могла согреться, несмотря на то, что долго топился камин. В её комнате было холодно и она даже немного сожалела, что отказалась от второго этажа, куда поднимается всё тепло. Ноэль думала, что её бессонница из-за холода, но в голове крутился рой мыслей с впечатлениями за сегодняшний день.

В игре проиграл Бэкхён, который взмолился, услышав, что его наказанием будет неделя рабства у Кёнсу, но отступать было поздно.

― Только не это! Придумайте другое! Надо мной и так весь институт смеётся!

― Только сейчас об этом вспомнил?! ― проворчал Сехун, и только Кёнсу загадочно улыбался, уже предвкушая месть за все проделки Бэкхёна.

После этого все решили отправиться спать. Лагерь стих. Слышно было лишь лёгкий осенний ветер за окном. Ноэль перевернулась уже в десятый раз, но, кажется, холод только начинал пробираться ледяными щупальцами под одеяло. Почему-то вспомнились холодные глаза Чондэ и его признание: «Я никогда не влюблялся», ― эхом отдавалось в её голове. Отчего-то в тот момент, сердце Ноэль болезненно сжалось, а щёки вспыхнули, словно получили пощёчину. Девушка тяжело вздохнула. Она прекрасно понимала, что между ними не может быть никаких чувств. Интерес, который они испытывали друг к другу – это лишь эгоистичное желание превосходства, некоторое незримое соревнование: кто влюбится первым, и это чувство было ей хорошо известно и понятно.

Ноэль поднялась с кровати, закутавшись в одеяло, и подхватив подушку, решила выйти из комнаты, чтобы спать в гостиной на диване, который был как раз рядом с камином. Там точно будет теплее, рядом с тлеющими углями. Она испугалась, потому что не сразу заметила Чондэ, сидевшего на полу, напротив камина, оперевшегося спиной о сиденье дивана, и ковырявшего кочергой огонёк.

― Ох, это ты, ― выдохнула Ноэль, ― Почему не спишь?

― А ты почему?

― Я замёрзла. Там холодно, поэтому решила поспать здесь, на диване.

― Ложись, ― безразлично ответил Чондэ и Ноэль немного замялась, помедлив. Чондэ опирался о диван не по центру, а чуть правее, поэтому было бы неловко лечь на диван и подсунуть к его лицу ноги, но и головой ложиться в его сторону было очень смущающе. Он словно прочитал её мысли, и, поднявшись, подполз к кучке дров, чтобы взять пару поленьев. ― Чего не ложишься? Я сейчас подкину дров, они разгорятся и будет теплее.

Пользуясь моментом, пока Чондэ был рядом с дровницей, она легла на бордовый плюшевый диван, устроившись на левом боку, и закутавшись в одеяло. Ноэль смотрела на разгорающийся огонь и почувствовала тепло, расплываясь в блаженной улыбке. Чен подкинул дрова в очаг и вернулся на прежнее место, вот только теперь сел ещё ближе, настолько, что, казалось, ещё немного и его волосы будут щекотать её щёку. Ноэль выдыхает ему в шею прохладный воздух, наблюдая, как его кожа покрывается мурашками, и ощущая лёгкий аромат мятного шампуня с нотками горького парфюма. Ноэль видит, как огонь отражается в его чёрных глазах, и чуть подрагивают длинные ресницы. Ей хочется коснуться его мягких волос, погладить, и пропустить их сквозь пальцы, а затем опустить руку ему на плечо, и почувствовать его горячее тепло через толстовку, но вместо этого Ноэль лишь крепче сжимает кулак под одеялом, ведь понимает, что это лишь минутная слабость, и теперь точно не уснуть. Ноэль вздрогнула от его тихого голоса, возвращаясь из своих мыслей.

― Значит, ты в кого-то влюблена? ― спросил он тяжёлым тоном.

― Нет, ― отстранённо ответила она.

― Ты загнула палец, когда я сказал...

― Была влюблена. Сейчас нет.

Чондэ нахмурился ещё больше.

― Расскажи мне об этом, ― попросил он.

― Почему я должна?

― Мы же друзья, я хочу знать, кто же был этот счастливчик.

― Это было давно, и их было двое.

― Ты влюблялась дважды?

― Не совсем. Я влюбилась в двоих одновременно, ― усмехнулась Ноэль и Чондэ удивлённо повернул голову к ней, обжигая своим дыханием.

― Расскажи, ― потребовал он и Ноэль, грустно улыбнувшись, начала свой рассказ, переведя взгляд на огонь.


Была ранняя весна. Листья давно облетели и на деревьях торчали лишь голые палки. Это было время, когда на улице не очень холодно, и немного пахнет дымом костров. Я была старшеклассницей в школьной форме и двумя пепельными косами. В то время за мной довольно долго, с младшей школы, ухаживал председатель совета старост, и по совместительству мой одноклассник Крис. Он был тем, в кого я впервые влюбилась, и в ком впервые разочаровалась. Однажды, я передала ему письмо от девочки, навязавшейся в подруги, без всяких подозрительных мыслей, и, вскоре, после этого она стала предметом его обожания, хоть и недолго. Крис нравился мне, но после всех его громких слов, такой поступок был для меня предательством. Я смогла переступить через свои чувства, о которых он и не знал, и сохранить достоинство. Вскоре, моё сердце стало спокойным, и я стала относиться к нему безразлично, но одна из «подружек» Лана сказала Крису о моих чувствах, выдав их за настоящие, но не из благих целей, а чтобы выставить гордую идеальную Ноэль на посмешище, доказав всем, что и такая как я, не смогла устоять перед лучшим мальчиком в школе. Вот только всё обернулось иначе. Крис, узнав о том, что нравился мне, бросил ухаживания за той девушкой и теперь уже был непоколебим в своём намерении заполучить вновь моё расположение. Вот только я была так зла на него, что мой отказ на его ухаживания со временем из мести превратился в привычку, как и его романтические поступки стали привычкой для него. Поступая так, он тревожил моё сердце, хоть и не так, как прежде. Наверное, он всё ещё продолжал мне нравиться, но я не могла остановиться в своей мести за предательство, и чем больше он старался, тем большее удовольствие я получала, каждый раз говоря ему «нет», и даже получила от него прозвище Леди «нет».

Я перестала дружить с девочками, делиться с ними секретами, зато у меня был верный друг Тао. Он учился в параллельном классе, и мы познакомились в коридоре, пока я дежурила, следя за порядком. Вместо рубашки он носил красную толстовку под пиджаком школьной формы, поэтому его всегда было видно издалека. Он хорошо учился, особенно ему хорошо давались иностранные языки. Когда я с ним познакомилась, он уже знал пять языков. Крис его недолюбливал, особенно за то, что я дружу с ним. Из-за этого между мальчишками наших классов началась серьёзная вражда, будь то футбол или учёба. Тао знал о наших с Крисом недоотношениях, как и я знала о его зазнобе сердца из класса помладше, передавая ей от Тао конфеты. Он часто оставался дежурить со мной в классе, помогая мыть полы. Это было время для душевных разговоров. Как-то раз, он снова пришёл подежурить со мной и увидел, что я сижу за партой в пустом классе, положив голову на тетрадь, и отрешённо смотрю в окно, даже не собрав портфель после занятий.

― Что случилось, Ноэль? Тебя снова доставал Крис? ― спросил он, сев за парту передо мной, и повернувшись ко мне.

― Нет. Просто я устала. Думаю, он мне и в самом деле, наверное, нравится.

― Не говори так, пока не встретишь по-настоящему твоего человека, ― запротестовал он, а я в ответ лишь тяжело вздохнула, ― Я хочу тебе сказать одну новость.

― Какую?

― В нашу школу переводится мой лучший друг Кай. Помнишь, я рассказывал тебе о нём? Он учился с нами в младшей школе, но потом уехал с родителями в другой город, а теперь они возвращаются.

― Помню. Но, что с того? ― безразлично спросила я.

― Я думаю, что вы влюбитесь друг в друга. Кай такой классный, что в него просто невозможно не влюбиться, ― хитро сказал он, и я поднялась с парты, чтобы треснуть его по лбу, но вместо этого лишь безразлично протянула:

― Ты же знаешь, я больше не влюбляюсь в тех, кто нравится всем. Давай уже убираться и по домам.

Та весна была четвёртой в наших с Крисом непростых отношениях: его привычные бесконечные романтические признания, и мои очевидные отказы на его ухаживания. В ту весну я встретила Его... Он был словно весенний ветерок, приносящий тепло душе. Его улыбка казалась искренней и робкой. Он был атлетического телосложения. Его кожа была смуглой, густые волосы тёмными, глаза чёрными, а ресницы длинными и пушистыми. Таким я его увидела впервые. В тот день потеплело, и вскоре расцвели цветы.

У нашего класса была физкультура, но мне пришлось её пропустить из-за дел в совете старост, потому что Крис был капитаном команды, и не мог пропустить тренировку. Мне нужны были подписи Криса, поэтому я отправилась к стадиону, где мальчишки играли в футбол, чтобы поймать Криса после урока, но по дороге заметила, что мои чёрные лаковые туфли запылились, поэтому уже около стадиона я подошла к уличным умывальникам, чтобы намочить платок и протереть туфли, где уже собрались девочки из нашего класса, которых отпустили чуть раньше.

― О, Ноэль, ты вернулась? ― воскликнула Лана. Мы сидели рядом, и у нас с ней были неплохие отношения, несмотря на то, что это она когда-то сдала мои чувства Крису, ― Сегодня было весело, жаль что тебе пришлось пропустить занятие. Всё закончила?

― Да, надо только Крису тут расписаться, ― ответила я, наклонившись протереть туфли.

― А, он ещё там, ― указала она в сторону поля, ― Но вроде бы мальчишек уже отпустили, так что сейчас придут.

― Хорошо, я подожду, ― ответила я, снова подходя к умывальнику, чтобы промыть платок, между вспотевшими, и жадно пьющими воду одноклассницами в спортивной форме.

― О, боже! ― воскликнула Лана, ― Это же Кай!

Все девочки загудели, перешёптываясь, и пытаясь привести себя в порядок перед красавчиком. Я же, сразу даже не вспомнила, что это тот самый друг Тао, продолжив заниматься своим делом, и лишь когда услышала, как Тао позвал меня, обернулась, складывая влажный платок.

― Ноэль, привет! ― обрадовался Тао, игнорируя моих одноклассниц, которые ему не особо нравились, ― А мы как раз тебя ищем! Познакомься, это мой друг Кай!

Я молча перевела взгляд на парня, который стоял с ним рядом, держа одну руку в кармане чёрных брюк и слегка улыбался, смотря мне в глаза. Он был в чёрной рубашке, расстёгнутой на верхнюю пуговицу, и ещё, видимо, не получил свою форму.

― Привет! Рад знакомству, ― поприветствовал он, и его голос показался мне таким шёлковым, но в то же время очень твердым и уверенным. Кажется, в тот момент, на секунду я забыла, как дышать, но быстро взяла себя в руки, и в своей холодной манере поздоровалась в ответ, без лишних любезностей.

― Тао, а нас, ты не представишь друг другу, ― вмешалась Лана привлекая внимание, но у неё это не получилось, а я не могла избавиться от пристального взгляда тёмных блестящих глаз. Я заметила Криса, который, как оказалось, уже стоял в нескольких метрах от происходящего в мокрой футболке и взъерошенными светлыми волосами, держа подмышкой футбольный мяч, окружённый остальными мальчишками из класса.

― Я пойду, ― холодно попрощалась я, пряча в наружный карман чёрного кожаного портфеля свой платок, и доставая папку с документами на подпись.

― Увидимся позже! ― крикнул в след Тао, и я ему улыбнулась, обернувшись. Всё это время Крис, хмурясь, пристально смотрел на новенького, даже когда я подошла к нему, пришлось щёлкнуть пальцами, чтобы он оторвал свой взгляд, и расплылся в привычной улыбке.

― Здесь, ― я ткнула пальцем туда, где нужна была подпись.

― Как прошло заседание? Директор снова была недовольна и консервативна? ― спросил он, мило улыбаясь, поглядывая на меня из под мокрой от пота чёлки.

― Всё в порядке. Она нас поддержала в этом мероприятии, но лучше бы в следующий раз тебе самому пойти на заседание совета школы. Здесь, ― снова указала я, перевернув лист документа по организации школьного фестиваля.

― Почему? ― удивлённо спросил Крис, ставя очередную подпись.

― Потому что ты производишь на неё больше шарма, чем я.

― А на тебя мой шарм действует? ― обольстительно улыбнулся он, из-за чего многие девушки романтично ахнули, слыша наш разговор, а вот парни позади Криса, стали похихикивать.

― Ты знаешь ответ, ― холодно ответила я, захлопнув папку перед его носом, заставив моргнуть и вздрогнуть, и отобрав свою ручку, развернувшись пошла прочь, заметив, что Тао и Кай всё ещё стояли здесь. Проходя мимо, боковым зрением я заметила ухмылку на губах Кая, хоть и не смотрела в его сторону.

― Подожди, Ноэль, ― слышала я голос Криса, который привычно не собирался сдаваться, и поспешил следом, игнорируя смешки парней по поводу несчастного Ромео, кинув им футбольный мяч, который был у него в руках, ― Давай погуляем в парке после уроков? Или, может, сходим в кино?...

Все последующие дни Лана не прекращала говорить о Кае, даже на уроках, она отвлекала меня своим шёпотом. Я попросила её прекратить, но это не особо подействовало. Кай был со всеми очень вежливым и обходительным: открывал девочкам дверь, пропуская вперёд, выполнял разные просьбы от помощи в физической силе до помощи в учёбе. Вскоре, команда их класса впервые обыграла в футболе команду нашего класса под предводительством Криса. В тот день Крис был невероятно зол и окончательно записал Кая во враги. Через пару дней, казалось, что все девочки в школе говорили только о Кае, умирая лишь от одного его взгляда. Все, кроме меня. Как бы он ни старался привлечь внимание: своим уверенным мягким голосом, смехом или флиртом с очередной девочкой, я даже не смотрела в его сторону. Думаю, он даже раздражал меня тем, что был таким популярным. После нашего знакомства мы впервые встретились на лестнице. Я повернула на лестничную площадку, чтобы подняться на второй этаж, и случайно столкнулась с ним лицом к лицу.

― Привет! ― улыбнулся он, ничуть не удивляясь.

― Привет! ― безразлично ответила я, пытаясь его обойти, но он преградил путь.

― Ты в порядке?

― А почему я должна быть не в порядке?

― Ну, только что ты столкнулась со мной, и...― он смутился под моим прямым вопросительным взглядом, ― Ладно. Ничего, ― он замолчал и я снова пожав плечами попыталась обойти, ― Подожди, ― он всё ещё не давал мне пройти.

― Ну, что? ― терпеливо спросила я.

― Почему ты со мной не здороваешься? Разве, мы теперь не друзья?

― Разве я с тобой не поздоровалась? ― в недоумении спросила я.

― Я не про сейчас, а вообще: в коридоре, во дворе... Ты всегда проходишь мимо.

― Да? ― я сделала удивлённо-задумчивое выражение лица, словно не понимала, когда же такое было, хотя, это была моя грубая привычка не здороваться с парнями первой. Кай лишь разочарованно усмехнулся, видимо, оскорбившись, что я его не замечала. ― Тогда почему ты не поздоровался со мной первым, если видел меня? ― мой вопрос поставил его в тупик, и я наблюдала его смущение, ― В следующий раз, я поздороваюсь с тобой, если увижу тебя первым, и ты поступи так же, ― на этот раз он уступил мне путь, но поднявшись на пару ступеней выше, я обернулась и добавила, ― И, ещё, если я дружу с Тао, это не значит, что и ты автоматически становишься моим другом.

На тот момент, я не понимала, почему так реагирую на него и разговариваю так же жёстко, как и с Крисом. Моя грубость была моей защитой. Я боялась влюбиться. Кай занял похожую позицию. Он был также вежлив со всеми, но лишь со мной позволял себе компрометирующие моё спокойствие вещи. Кажется, он испытывал моё терпение. Его веселило то, как я раздражаюсь, когда он преграждал мне собой путь, трогал мои косы или незаметно сдёргивал лямки на сарафане, чтобы я их вновь поправила, или молча шёл за мной, останавливаясь, и делая занятой безразличный вид, стоило мне обернуться. Он незаметно для всех доставал меня до конца учебного года, и делал это так хитро, не оставляя мне возможности возмутиться вслух, ведь для всех он был таким идеальным. Наши душевные разговоры с Тао во время дежурства прекратились, ведь вместе с ним приходил Кай, а за Каем следовала толпа девочек, шушукающихся в коридоре и не осмеливающихся зайти в класс, где прятался Кай. Это тоже очень меня раздражало, а намёки Тао насчёт того, как бы мы идеально смотрелись вместе, только подливали масло в мой огонь негодования. Я даже начала думать, что с его приходом в школу, атмосфера стала невыносимой, и с нетерпением ждала летние каникулы.

Осенью классы переформировали, и в этот раз Крис и я попали в один класс с Тао и Каем, а большая часть наших одноклассников оказалась в другом классе. Крис переживал, что его друзья попали в параллельный класс, кроме того, в первые же дни между ним и Каем состоялась борьба за лидерство, и несмотря на то, что Крис был председателем, расположение и поддержку одноклассников в абсолютном большинстве получил Кай, выиграв у Криса в молчаливом соперничестве авторитетов. Я тоже немного расстроилась, что оказалась в этом классе и меня разделили с ребятами, с которыми я хорошо ладила, и даже Тао не спасал моё разочарование, ведь это был последний год, перед тем, как я должна была уехать. Вот только я совсем была растеряна и разбита, когда получила очередной удар в спину от Криса, когда пришла в школу, и не увидела его в классе. Отправившись искать его, встретила Лану, которая неестественно засмеявшись мне в лицо ответила, что Крис перешёл в класс, где его друзья, бросив меня. Несмотря на то, что наши личные отношения были в подвешенном состоянии, мы были друзьями и партнёрами в общем деле, оставаясь на стороне друг друга, и я не ожидала очередного его предательства. Разумеется, я пошла на принцип, и не перевелась вслед за ним, но первую неделю учёбы, я почти не общалась со своими новыми одноклассниками, даже с Тао. Друг видел, что мне плохо, поэтому не доставал меня. В то время, как раз заболела бабушка, поэтому мама проводила с ней почти каждый день в больнице, а папа был в командировке, и я возвращалась в пустой дом, оставаясь со своими переживаниями наедине.

В тот вечер на улице шёл дождь. Я доделала уроки, и собиралась ложиться спать, когда вдруг зазвонил домашний телефон. Взяв трубку, я услышала нерешительный голос Кая.

― Привет, Ноэль! Это Кай.

― Привет! Зачем ты звонишь?

― Я не записал домашнее задание по химии. Не могла бы ты мне его сказать.
Без всяких подозрений, я сообщила ему задание. Лишь спустя какое-то время я узнаю, что такой человек, как Кай просто не мог его не записать. Я уже хотела положить трубку, но он остановил меня, попросив немного поговорить с ним. Сначала он говорил о чём-то незначительном, вроде о том, какой сильный дождь на улице, а потом вдруг спросил:

― Ты ходишь такая грустная, потому что Крис ушёл в другой класс и тебе не нравится этот?

Слово за слово он вытащил из меня историю о том, что происходит дома, и про странные отношения с Крисом, затем поведал свою историю о девочке, которая ему нравилась в старой школе, и как летом он приехал с ней увидеться, а она начала встречаться с его другом. В тот момент, мне нужен был кто-то с кем я могла бы поговорить и открыться, и таким человеком оказался Кай. Мы проговорили почти всю ночь, не заметив, как приближался рассвет. В школу мы пришли невыспавшиеся с красными глазами. В то утро Кай взял вещи из своей парты, и сел со мной рядом, а на вопросительный возглас моей соседки лишь ответил:

― С этого дня, я сижу здесь. У меня хорошее место, пожалуйста, пересядь туда.

Тогда, я впервые улыбнулась в новом классе, увидев его настойчивость. Тао был в недоумении. Он не понимал, что могло измениться за одну ночь. Ведь все думали, что я ненавижу Кая, а теперь мы, вдруг, сели вместе. Для всех это так и осталось секретом. Вскоре, я подружилась со всеми ребятами в классе, даже с девочками, найдя действительно хороших подруг, и как прежде я стала открытой и весёлой. Я больше не сожалела, что мои старые друзья были в других классах, потому что мой новый класс был таким дружным и открытым, где не было изгоев и любимчиков, а все отлично ладили друг с другом. Пожалуй, в то время я была счастлива.

Кай был лучшим учеником, и мне приходилось трудиться усерднее, чтобы на равных соперничать с ним за первое место в учёбе. Он был очень сосредоточен на занятии, но успевал писать на полях моей тетради, что позвонит вечером. И он продолжал звонить. Почти каждую ночь мы разговаривали с ним до утра.

Крис пытался извиниться, он снова сожалел. Я избегала и не говорила с ним. Нам приходилось общаться в совете старост, но я старалась передать информацию через других ребят, чтобы не сталкиваться с ним лично. Однажды, я сказала об этом Каю, что мне тяжело видеться с Крисом, тем более, что сердце всё ещё болит. Мы проводили собрание с ребятами в составе совета по поводу организации осеннего школьного бала, и когда все стали расходиться, то Крис схватил меня за руку, не давая уйти. Все в совете ждали нашего примирения, поэтому ребята поспешили разойтись, и совет старост быстро опустел. Крис достал огромный букет белых роз, чтобы искренне извиниться. Для меня это не было чем то новым, вот только за цветами я заметила, как блестят его глаза, казалось он хотел сказать что-то очень важное, как вдруг за окнами показалась тёмная тень, дверь распахнулась, со звоном колокольчика, и вошёл Кай. Он безразлично посмотрел на Криса, будто не замечая происходящей сцены, и просто сказал:

― Я пришёл, чтобы записаться в совет.

Я опустила руки, а Крис, думая, что я держу охапку цветов, отпустил букет, и белые розы рассыпались на полу между нами. Кай подошёл, и поднял одну розу с пола, вдохнул её аромат и, картинно поморщившись, выбросил обратно.

― Ну, так что? Ноэль, ты же запишешь меня?

― Д-да, хорошо, ― растеряно ответила я, глядя, как сжимаются кулаки Криса, а глаза наполняются гневом.

― Проваливай отсюда, Кай, ― сквозь зубы прошипел он.

― Почему?

Крис сделал шаг в сторону Кая, готовясь ударить его, но тот даже не шелохнулся, лишь с ухмылкой наблюдал за Крисом. В тот момент, я остановила Криса, встав между ними, попросив его прекратить. Я до сих пор вижу в своих снах эти полные обиды и слёз глаза, когда я встала не на его сторону. В тот момент, он был таким искренним, и мне стало так его жаль, что если бы Кай не взял меня за руку и не вывел из совета, то в этот раз я простила бы Крису все его предательства.

Крис возненавидел Кая, а меня возненавидела Лана, которая потратила всё лето, чтобы хоть немного привлечь его внимание, а когда она не попала с Каем в один класс, и тем более, когда узнала, что теперь мы сидим вместе, то даже перестала со мной здороваться. Я вспомнила, как ещё весной она со слезами умоляла меня посидеть хотя бы на трибуне стадиона, потому что иначе Кай и Тао не соглашались поиграть немного в волейбол с девчонками, если там не будет меня. Казалось, что она сошла с ума от своей любви к Каю, преследуя его. Однажды, она встретила меня в коридоре, и без прелюдий и приветствий сказала мне с отчаянием:

― У тебя уже есть Крис! Зачем тебе отбирать ещё и Кая?! Почему ты поступаешь так эгоистично?! Ты же знаешь, что я люблю его! Почему продолжаешь влюблять его в себя?

На этом в нашей дружбе окончательно была поставлена точка. Она решила, что я пытаюсь отобрать у неё Кая, а я решила, что она окончательно свихнулась, раз думает об этом.

После того случая с цветами, Крис ходил, как в воду опущенный. На заседаниях совета он был отстранённым, следя за инициативным Каем, который очень быстро влился в коллектив, а Крис отклонял все его идеи, которые нравились остальным. Мне трудно было смотреть на их противостояние, и я не могла понять почему так происходит, ведь Тао тоже был моим другом, но у Криса не было столько неприязнизни к Тао, сколько к Каю, и это было взаимно. Однажды, Крис написал мне письмо, и подбросил в шкафчик. Раньше он делал так много раз, писал мне стихи или длиннющие признания в любви, но в этот раз письмо было совсем другим. Он снова писал о том, что любит меня, но что эта любовь причиняет ему столько боли и страданий, что он невольно задумывается о смерти. А ещё он написал, что знает о том, что мы с Каем очень близки, и по ночам говорим по телефону до утра. Это не было секретом, многие знали об этом. Вот только Крис задал неожиданный для меня вопрос: "Теперь ты любишь его?"

Пока я читала, Кай наблюдал за мной всё это время, заглядывая через плечо.

― И, что ты ему ответишь? ― спросил Кай, заставляя меня вздрогнуть и обернуться, быстро сворачивая письмо, в надежде, что он не видел содержание.

― Ничего, ― ответила я, закрывая шкафчик и отправляясь на урок.

Это письмо не давало мне покоя по двум причинам. Первая была в Крисе и его переживаниях. С того случая, я не видела, чтобы он улыбался. Меня беспокоили его чувства, в конце концов я сама когда-то была сильно влюблена в него, и не могла сказать, что теперь он был мне абсолютно безразличен. Слишком долгая история связывала нас. Второй причиной был его вопрос, и беспокоило меня то, что я вдруг осознала, что не могу дать уверенный отрицательный ответ. У меня появились чувства к Каю в день, когда я впервые увидела его или в ночь, когда он впервые позвонил, я не знала точно, но отрицать я их не могла.

― Ты всё ещё любишь Криса? ― внезапно спросил Кай по телефону через несколько дней.

― Не знаю, ― ответила я, задумавшись.

― Твои сомнения подкреплены чем-то?

― Что ты имеешь в виду?

― Тебе нравится кто-то ещё, и поэтому ты сомневаешься?

― Да, ― ответила я после короткой паузы. Кай тоже замолчал, но потом сказал, усмехнувшись.

― На этот вопрос у тебя хотя бы есть однозначный ответ. Мне тоже кое-кто нравится.

― Лана? ― тут же спросила я, затаив дыхание.

― Нет. Кое-кто другой. Это любовь с первого взгляда.

― Кто же это?

― Не скажу!

― Зачем тогда вообще заговорил об этом? ― разозлилась я.

― Пять букв. Первая "Н". Твоя очередь. Кто тот, кто тебе нравится? Из-за кого ты сомневаешься?

― Не могу сказать.

― Это нечестно. Я же сказал.

― Ты не сказал имя полностью, а если я скажу букву и количество, ты сразу догадаешься.

― А разве ты не догадалась кого я имел в виду? ― усмехнулся он.

― Конечно, нет, в школе столько имён на "Н": Николь, Натали...

― Я же сказал, что в имени пять букв!

― Тогда не знаю.

― Ты участвуешь в олимпиадах по точным наукам, так почему в таких вещах... ― в сердцах воскликнул он, ― Ах, забудь!

― Три буквы, ― прервала я его, заставив замолчать, ― Больше ничего не скажу.

― Тао?

― Ты сам дурак! ― разозлилась я, ― Спокойной ночи! ― и не дождавшись ответа, положила трубку.

Так мы и признались друг другу в чувствах. На другой день Кай пришёл в школу, и светился от счастья. Мне не хотелось с ним обсуждать это, и я сделала вид, что ничего не изменилось, и мы так и не знаем о чувствах друг друга. Весь день он пытался меня доставать, заглядывать в глаза, пока я писала в тетради или читала учебник. Это так смущало, но вскоре он прекратил, и я была ему благодарна.

Приближалось Рождество, и в школе устраивался бал. На открытии должны были танцевать пары от каждого класса под свои композиции. Это была идея Кая, которую он предложил в совете, и на этот раз её все одобрили, несмотря на недовольство Криса.
Был мой день дежурства в классе, поэтому я осталась после занятий прибирать класс, а Тао и Кай, как обычно, были со мной. В какой-то момент Тао выбежал, захватив швабру, и запер ей класс с другой стороны, а затем извиняясь пожал плечами за стеклом выходящим в коридор, и тоже ушёл.

― Эй, Тао, что ты делаешь? ― закричала я, но Кай меня остановил.

― Это я попросил его.

― Зачем? Если тебе есть что сказать, я тебя и так выслушаю.

― Мы будем танцевать с тобой вместе на балу. Будем разучивать танец.

― Что? Да ни за что! Я вообще не умею, и тем более не собираюсь танцевать на открытии, когда все смотрят.

― Вот, видишь. Поэтому я и попросил Тао запереть нас. Будем сидеть здесь, пока не согласишься.

― У тебя ничего не выйдет! Даже если мы будем сидеть здесь до утра, утром всё равно начнутся занятия, и дверь откроют.

― Да, но сегодня пятница, так что откроют только в понедельник. Ах, да, забыл ещё один очень важный аргумент, ― он достал прозрачную пластиковую коробочку, где кишили бабочки, которых я ужасно боялась и ненавидела. Он стал подходить ближе, криво улыбаясь, пока я отступала назад, ― Мне открыть или согласишься? ― спросил он, когда я оказалась в углу между стеной и шкафом, а отступать было некуда.

― Я не умею танцевать, только играть на пианино, ― пролепетала я, чувствуя, как моё сердце уходит в пятки от страха, а взгляд сосредоточен на опасной коробке. Кай действительно забавлялся, наблюдая за мной.

― Я же научу тебя. Поверь, у нас будет самый лучший танец.

― Я в этом очень сомневаюсь. Ты сам пожалеешь, что выбрал меня.

― Я никогда не пожалею, что выбрал именно тебя, ― я перевела взгляд на его карамельные глаза, и он вдруг сказал, ― Считаю до трёх, и открываю.

― Что? ― на мгновение я забыла про эту злосчастную коробку.

― Один...

― Хорошо-хорошо! ― замахала я руками.

― Два...

― Я согласна, ― громко выдохнула я, и Кай счастливо заулыбался, отбрасывая коробку на ближайшую парту.

― Кто бы мог подумать, что бабочки воспроизводят на тебя такой эффект. Спасибо Тао, он посоветовал пытку насекомыми, а тебя пытать именно бабочками.

― Я убью его, ― захныкала я.

С того дня мы начали разучивать танец, оставаясь в пустом классе после занятий. Вместе с нами должен был танцевать и Тао со своей напарницей. Кай полностью придумал танец, и теперь пытался обучить меня и ребят. Получалось у меня, мягко говоря, не очень. Я его предупреждала, что будет трудно, и он не сдавался.

― Не смотри на ноги. Они должны шагать без твоих глаз, словно в темноте.

― Тогда я точно споткнусь и упаду.

― Просто смотри мне в глаза, и держись за руки, я проведу тебя через эту темноту. Доверься мне.

И я доверилась, держась за его сильные предплечья, не боясь падать спиной в его объятия. Через неделю мучений, наш танец был уже похож на танец, хотя репетировать нужно было ещё много.

Во время репетиции мы решили передохнуть. Я спустилась в холл, чтобы купить воды и заметила Криса, сидящего на подоконнике. Его ладонь была в крови, и хоть он и пытался, промокнуть влажной салфеткой рану, но кровь не останавливалась.

― Что с твоей рукой? ― я подскочила, и он вздрогнул от неожиданности.

― Играл в футбол и упал. В траве откуда-то было стекло, вот и порезал.

Порез был глубоким, кусок стекла перерезал вену, поэтому кровь не останавливалась, и, видимо, уже долго, потому что Крис выглядел очень бледным

― Идём скорее в медпункт!

― Там никого уже нет.

― Тогда, идём к умывальнику, рану надо срочно промыть и перевязать, ― я с трудом уговорила его пойти со мной. Я сняла тонкий ремень с юбки и затянула им его запястье, чтобы уменьшить кровоток. Затем подставила его ладонь под умывальник, смывая грязь и кровь. Достала из кармана жакета свой белый платок, и вложила в его ладонь, ― У тебя же должен быть антисептик и пластырь, ты же футболист.

― В шкафчике есть.

― Тогда идём туда.

Пока я обрабатывала ему рану, Крис морщился от боли, но терпел, а я старалась подуть на рану, чтобы облегчить его боль.

― Зачем ты делаешь вид, что тебе не всё равно, что со мной?

― Потому что мне не всё равно, что с тобой, ― монотонно ответила я, наблюдая, как в грустных блестящих глазах Криса появляется искорка, ― Пожалуйста, в следующий раз будь осторожнее, ― добавила я, приклеивая пластырь, как вдруг Крис обнял меня, не дав мне опомниться.

― Спасибо! Это так важно для меня. Ты же слышишь, как громко стучит моё сердце.

Я не успела ответить, как вдруг у меня за спиной раздался голос Кая:

― А я думаю, куда ты так надолго ушла?

Я оттолкнула Криса и обернулась, встречая грустную ухмылку на лице Кая. Он отвернулся, и пошёл прочь, сутулясь и пряча руки в карманах.

Когда я вернулась в класс, Кая не было. За партой сидел лишь Тао.

― Что такое случилось между тобой и Крисом, что Кай так взбесился?

― Ничего! ― выпалила я, ― Я просто перевязала ему руку, а он обнял меня в знак благодарности! И вообще, почему это вдруг я должна отчитываться перед Каем?! Я же ничего ему не говорю, когда он проводит все перемены на подоконнике или в парке с Ланой! Как же бесит! ― кричала я на бедного Тао, затем схватила портфель и тоже поспешила уйти, слыша в след ворчание друга по поводу того, что ревнуем мы оба, а ни за что достаётся только его бедной головушке.

Вечером Кай не позвонил, как делал это обычно каждый вечер, и на следующий день тоже. В школе он почти не говорил со мной, и со звонком на перемену убегал, избегая меня. До бала оставалась всего неделя, и мы продолжали репетиции каждый день, но от прежней романтической обстановки не осталось и следа. Кай уже не был столь осторожен, как раньше, и ,казалось, он нарочно раскручивал меня со всей силы, чтобы у меня кружилась голова, и если дёргал на себя, то так, что я чувствовала боль от его пальцев на запястье. Он танцевал крепко сжимая зубы и моё тело, оставляя синяки на руках и талии. Когда мы делали перерыв, то он надолго уходил из класса и возвращался самым последним. В один из дней, когда он долго не возвращался, я пошла искать его, чтобы продолжить, потому что после мне нужно было идти в музыкальную школу. Я обнаружила его, сидящим на подоконнике, а перед ним стояла Лана, которая собиралась поцеловать его.

― А я думаю куда ты так надолго ушёл?! ― громко сказала я, заставив их встрепенуться, смотря в его карамельные глаза, своими серыми, как скала. Я усмехнулась, наблюдая, как Кай спрыгивает с подоконника и направляется ко мне, но вместо того, чтобы дождаться его я просто отворачиваюсь и иду прочь. Усмешка не сходит с моего лица. Наверное, если бы кто-нибудь увидел меня со стороны, то подумал бы, что я счастлива. Вот только для меня моя полуулыбка и блестящий пристальный взгляд были словно застывшая эмоция мертвого человека, которому только что выстрелели в спину, а мышцы после смерти ещё не успели расслабиться.

― Подожди, Ноэль, ― позвал Кай, догнав меня, и схватив за запястье, разворачивая к себе, опешив от того, какой слабой и податливой оказалась моя рука и тело. Лёгкое недоумение и разочарование скользнуло по его лицу, когда он заметил на моём эту надменную улыбку и уверенный взгляд.

― В чём дело, Кай? Разве не ты избегал разговора со мной всю неделю?

― То, что ты видела...

― Мы не обязаны друг перед другом отчитываться, ― прервала его я, выдернув свою руку, ― У каждого из нас есть чувства к другим. Поэтому, мы больше ничего не должны друг другу.

Я зашла в класс, чтобы молча забрать свой портфель и папку с нотами под испытующим взглядом Тао.

― Сегодняшняя репетиция была последней, ― сказала я ему и его партнёрше, а затем поспешила уйти.

Стук от моих каблучков раздавался эхом в коридоре пустой школы. Я вышла во двор, чувствуя, как меня душат слёзы и я еле сдерживаюсь. На скамье у крыльца сидел Крис. Увидев меня, он поднялся, и перекинув рюкзак на плечо, направился ко мне.

― Привет, Ноэль! ― поздоровался он, заставив меня остановиться во дворе, но не оборачиваться, ― А я ждал тебя. У тебя уже закончилась репетиция? Ты в музыкалку? Я провожу тебя.

Всё это время, пока он задавал вопросы я чувствовала на себе взгляд, но отнюдь не принадлежавший Крису. Я знала, что сквозь одно из десятка окон на меня смотрели карамельные глаза Кая, прожигая насквозь.

― Твоя рука в порядке? ― спросила я, повернувшись к Крису, и его обеспокоенное лицо озарила тёплая улыбка.

― Да, благодаря тебе, рана быстро заживает, ― он показал свою ладонь, уже без повязки и подошёл ближе, ― Я понесу это, ― он взял из моей ладони ручки папки для нот, ― Почему твои руки такие холодные? ― он снова потянулся к моей ладони, и взяв в свою, спрятал её в карман своего пальто. Я не стала сопротивляться, как обычно, и, кажется, Крис был счастлив.

― Просто пойдём, ― ответила я.

За день до бала, Тао подошёл ко мне и осторожно спросил:

― Ты же не откажешься танцевать завтра? Кай очень переживает.

― Если он переживает только из-за этого, то я не собираюсь никого подводить.

*

Наш концепт танца был чёрно-белым, и если Тао с напарницей пришли в белоснежных нарядах, и выглядели, как два ангела, то мы с Каем должны были прийти в чёрном. Я планировала надеть коктейльное чёрное платье, но в последний день передумала, и вместо платья надела короткую кожаную куртку-косуху поверх чёрной водолазки с чокером, кожаные легинсы, прозрачную фатиновую юбку укороченную спереди и с удлиннённым шлейфом сзади, а вместо утончённых туфель грубые черные ботинки на платформе. Привычно заплетённые в косы пепельные волосы были распущены и закручены в крупные локоны, а девочки из класса сделали мне тёмный яркий макияж и накрасили чёрным лаком ногти. После того, как мой образ был готов, девочки ахнули.

― Вот это да! ― протянула одна из моих одноклассниц, ― Да никто в школе не узнает в этой тёмной дерзкой королеве нашу правильную отличницу зампредседателя Ноэль.

Наверное, мой образ был протестом против всех, и когда я вошла в зал, меня действительно не узнавали. Пока я шла к своему классу, ступая в грубых ботинках по паркетному полу, парни в смокингах и девушки в нежных бальных платьях вокруг меня расступались, перешёптываясь о том, кто мог прийти в таком виде на бал, а когда узнавали то были шокированы, перешёптываясь ещё громче.

― Это зампредседателя?

― Ничего себе! Серьёзно?!

― Кто бы мог подумать, что она может позволить себе прийти в таком виде на бал!

― А я всегда знал, что за её беспристрастным взглядом и самоуверенностью скрывается настоящий демон!

― Она же великолепна!

― Определённо ей удалось затмить здесь всех девушек! Кажется, я влюбился!

― Она настоящая школьная королева!

Проходя мимо Криса я остановилась, чтобы запомнить его ошеломлённый взгляд.

― Привет! ― улыбнулась я ему.

― П-привет! Сногсшибательно выглядишь!

― Я знаю, ― усмехнулась, ― Увидимся позже, ― заметив светлую макушку Тао, направилась в его сторону, ожидая увидеть рядом и Кая.

Ребята продолжали расступаться, давая мне дорогу. Тао и Кай тоже обернулись на шум и обомлели.

― Ноэль, это ты? ― выдохнул Тао, ― Потрясно выглядишь!

― Знаю, ― в очередной раз ответила я, надменно глядя, как Кай потеряв дар речи, уставился на меня своими карамельными глазами, и совершенно не реагировал на Лану в откровенном бардовом платье, повисшую на его плече, сверкающую в мою сторону гневным взглядом. Я знала, что в этот вечер я была великолепна. С того момента моё желание становиться ещё лучше, после причинённой мне боли стало лишь крепче. С того момента это стало моим лекарством и моим проклятьем. С того момента я ещё ни раз в своей жизни буду идти, по сверкающей дорожке, сияя и улыбаясь, ловя на себе завистливые, злые, восхищенные и сожалеющие взгляды. Именно сожалеющим взглядом смотрели на меня Кай и Крис, в них было осознание того, что я никогда не буду принадлежать им. И никто вокруг не догадается, что моя сверкающая дорожка из битого стекла, и я иду по ней босыми ногами.

― Что было дальше? ― нетерпеливо спросил Чондэ, потому что Ноэль замолчала, задумавшись, ― Ты пошла танцевать с Каем или бросила его перед выходом?

Ноэль только сейчас заметила, что он очень внимательно слушал её, повернувшись к ней, пока она смотрела на пылающий огонь в камине.

― Да. Я пошла.

Бал открывали старшеклассники, и, вскоре, очередь дошла до нас. Кай оставил Лану, отправив её к своему классу, и подошёл ко мне, взяв меня за руку.

― Похоже, сегодня ты здесь королева, ― тихо сказал он, так чтобы слышала лишь я.
Я не ответила, лишь усмехнулась его словам. Мы вышли в центр зала. Включилась музыка, и мы начали танцевать. В этот раз мы танцевали иначе, чем на репетиции: между нами не было просто романтики или жестокости. И если пара с Тао танцевали легко, словно ангелы, то мы танцевали так, словно умираем: в нашем танце были любовь, страсть, жестокость и боль. Это видели все. В середине танца, я забыла шаги, и чуть не сбилась, но Кай не позволил мне этого сделать.

― Просто смотри в мои глаза, ― тихо сказал он мне, и дальше я даже не помнила, как дотанцевала этот танец, потому что Кай совершенно вёл меня в нём, и когда прозвучал последний аккорд, я осознала, что своей ладонью он проник в мои волосы, прислонив мой лоб к своему, обжигая меня своим тяжёлым горячим дыханием, и пристально смотрел в мои глаза, а второй ладонью, он взял мою и приложил к своей груди, чтобы я почувствовала, как громко стучит его сердце. Я знала, что танец должен был закончиться иначе, но по взорвавшимся аплодисментам, поняла, что это был лучший танец, и превзойти нас сегодня не удастся никому. Я выдернула свою ладонь и развернувшись, покинула зал одна, оставив его стоять там. С этого момента мы действительно ничего больше друг другу не были должны.

Выбравшись в холл из душного зала, я поспешила скрыться в одном из тёмных коридоров, чтобы успокоить своё сердце. Забравшись с ногами на подоконник, я прикрыла глаза и тяжело выдохнула. Я смогла достойно выдержать этот вечер. Вскоре послышались шаги. Я занервничала, ожидая увидеть Кая, но это пришёл Крис, и вздохнула с облегчением.

― Почему ты убежала?

― Голова закружилась. Захотелось проветриться.

― Неудивительно. Ваш танец был потрясающим, как бы мне не хотелось отрицать этого. И я впервые завидую, что был не на месте Кая.

Я промолчала, лишь усмехнулась.

― Но, ты же подаришь мне удовольствие потанцевать сегодня с королевой?

― Где ты видишь королеву? Разве королевы ходят в таких солдатских ботинках?

― Конечно, ведь они всегда готовы к войне!

Я свесила ноги, и спрыгнула с подоконника.

― Тогда идём, мой рыцарь, на поле битвы!

― Я думал, ты скажешь «король», ― сделал он обиженный вид.

― Править балом должен кто-нибудь один, ― я промолчала о том, что сегодня мой король совсем не он, а тот, кто стоит на противоположной стороне шахматной доски, тот с кем я сражаюсь.

Вернувшись в зал, я обнаружила, что нас давно ждали, и когда я шла сквозь толпу танцующих, слышала в свой адрес восхищенные возгласы. Я заметила, что недалеко от нас танцуют Кай и Лана. Мы остановились с Крисом, и он протянул мне руку, чтобы положить мою ладонь себе на плечо, а другой обхватил меня за талию. Как и Кай, Крис был сегодня в чёрных брюках и черной рубашке без пиджака, поэтому мы смотрелись с ним великолепно вместе. Когда мы начали танцевать с ним, ребята вокруг нас отступили, и стали восторженно кричать, «затоптав» в толпу Кая и Лану. Те тоже перестали танцевать, и уставились на нас. Крис положил мою вторую ладонь себе на плечо, и притянул меня к себе ближе за талию обеими руками. Я приняла его жест, и обвила руками его вокруг шеи, положив голову ему на плечо. Я чувствовала, как улыбался Крис, зажмурив глаза. Улыбалась ли я? Нет. Мне было так больно, особенно когда я встречалась взглядом с прожигающими карамельными глазами в толпе. Кто-то закричал:

― Председатель и зампредседателя, вы король и королева школы! Встречайтесь уже!
И толпа подхватила:

― Встречайтесь! Встречайтесь! Встречайтесь!

Мой король стоял сейчас в этой толпе, и прямо сейчас я поставила ему мат. Я подняла на Криса глаза, и он видел моё сомнение, поэтому просто улыбнулся и поцеловал меня в лоб, крепко обняв. Толпа восторженно одобрительно закричала, расценив по-своему этот жест Криса, и внимание, сосредоточенное на нас рассеялось. Началась новая песня, и все продолжили танцевать, оставив нас стоять так. Я чувствовала, что сейчас заплачу, поэтому тихо сказала Крису:

― Я хочу уйти отсюда.

Он кивнул, и, взяв меня за руку, повел через толпу к выходу. По пути мы столкнулись с Каем и Ланой. Они шли нам навстречу, и Кай на ходу сильно толкнул плечом Криса, заставив его остановиться.

― Поздравляю! ― просияла Лана, ― Вы отличная пара!

Кай не сказал ничего, и в этот раз прожигал взглядом Криса, который лишь довольно усмехнулся, и притянув меня к себе ближе, обнимая за талию, продолжил наш путь.

На следующий день в школе мы говорили с Тао в коридоре у окна, когда к нам подошёл Кай. Мои волосы всё ещё сохранили вчерашнюю укладку, черный лак остался на ногтях, а из-за того, что занятия уже не проводили, я пришла не в форме, а в чёрных джинсах и такого же цвета водолазке, для поддержания стиля.

― Ноэль, сегодня же последний день перед каникулами, ты придёшь ко мне на вечеринку? ― уговаривал Тао.

― Не знаю, навряд ли смогу. Мы собираемся семьёй поехать на каникулы к бабушке. Ты же знаешь, она болеет и сейчас не совсем подходящее время для вечеринок.

― Понимаю, но всё же может поговоришь с родителями, чтобы вы поехали завтра?

― Хорошо, я спрошу, ― пообещала я.

Кай выглядел не выспавшимся и растрепанным с красными опухшими глазами. Увидев его, моё сердце затрепетало, но я даже не моргнула.

― Хорошо выглядишь, ― сделал он мне комплимент, наблюдая за моей реакцией.

― А вот ты не очень, ― скрестила я руки на груди, ― Видимо, тяжёлая была ночка?

Кажется, Кай опешил от моих слов, не найдя, что ответить. В это время в школу вошел Крис, и проходя мимо нас он улыбнулся мне, подмигнув, пряча руки в карманы. Я улыбнулась ему в ответ, и Кай заметил наше приветствие.

― Ох, только посмотрите на него, ― громко сказал он, так чтобы удаляющийся Крис слышал, ― Он пришёл в той же рубашке, в которой вчера танцевал с Ноэль. Наверное, даже спал в ней, не снимая. Интересно, не осталось ли на ней перьев.

Это было не похоже на Кая, и когда Крис остановился в нескольких шагах от нас и обернулся с яркой улыбкой, кажется гнев Кая, захватил его обычно беспристрастное лицо полностью.

― Ноэль, ― улыбался Крис, ― Я сейчас в библиотеку, за задачниками по олимпиаде. Подождёшь меня, чтобы вместе пойти в совет, а потом погулять?

Я кивнула, и Крис, переведя победный взгляд на Кая продолжил свой путь.

― Значит, ты выбрала Криса, но при этом любила Кая? ― спросил Чондэ.

― Я так и не смогла выбрать между ними. Я любила их обоих так же сильно, как и ненавидела. Оставаясь с одним, мне не хватало другого и наоборот. Они те, кто сложили в моей голове образ идеального мужчины. Крис был понимающим и добрым. Он был, словно ребёнок, способный отдать всё и сбежать со своей любовью на край света, способный умереть ради любви, и быть несчастным всю жизнь, лишь бы его любимая была счастлива. Он был бесконечным романтиком, писавшем мне стихи и длинные письма, где сравнивал меня с прекрасной Вселенной, а себя с мелкой песчинкой в ней, которая зависит целиком и полностью от моей власти над ним. На самом деле, это Крис был с душой размером со Вселенную. Кай был очень гордым и смелым. Он умудрялся быть плохим крутым парнем, при этом вызывая всеобщее восхищение. Он всегда носил черную одежду и часы. Из-за него я полюбила черные рубашки и часы. Кай был невероятно умён, а ещё держал своё слово и говорил прямо, что не будет обещать, если не сможет выполнить своё обещание. Он был воплощением настоящего джентльмена. Твой брат напоминает мне его в школьные годы. Он тот, кто мог убить и влюбить одним словом, и я невероятно скучала по нашим ночным разговорам, когда он перестал мне звонить. До сих пор, наверное, иногда скучаю.

― Вы так и не стали общаться с Каем, как прежде?

― Мы продолжали сидеть за одной партой. Их противостояние с Крисом так и продолжалось. Он позвонил мне весной, когда умерла моя бабушка, он знал, как мне было тяжело, ведь несколько недель я не ходила в школу. Он сказал, что порвал с Ланой, и что никогда не любил её, но не может избавиться от чувства, что его, как заколдованного тянет к ней верёвками. Я не удивлюсь, если она продала душу дьяволу, чтобы приворожить его.

― А что насчёт Криса?

― Он продолжал провожать меня в музыкальную школу, и ждать после занятий, носив мою нотную папку. Мы продолжали быть председателем и зампредседателя. Иногда мы говорили с ним по душам, но не так, как с Каем. Он знал, что вскоре я должна буду уехать на учёбу в другую страну и обещал найти меня во чтобы ни стало, и продолжить ухаживать за мной, пока я не соглашусь выйти за него замуж, ― усмехнулась Ноэль.

― И, что же? Он приехал к тебе?

― Нет. Несколько месяцев после моего отъезда он продолжал звонить каждый день, но в какое-то, время, он, видимо, устал меня любить. Он пропал в один день, и я знаю лишь от друзей о его жизни. Кажется, он женился, но уже развёлся.

― А с Каем ты продолжаешь общаться?

― Последний раз мы виделись за нашей партой на последнем экзамене. После мы даже не попрощались, и уже больше никогда не виделись. Всё началось и закончилось за одной партой. Позже, он нашёл меня в социальных сетях, и теперь мы обмениваемся поздравлениями на дни рождения и другие праздники. Как ни странно, мы сохранили хорошие отношения. Сейчас у него свой бизнес, но он так и не женился и даже ни с кем не встречается, как и я.

― Думаешь, он до сих пор влюблён в тебя?

― Нет. Я так не думаю. Наша история такая старая, что у неё не может быть продолжения. Каждый из нас должен отпустить друг друга, чтобы проклятие этого любовного квадрата закончилось, тогда мы сможем стать наконец-то счастливыми.

― Почему он не остался с Ланой?

― Она была безумной в своих чувствах. Грозилась перерезать себе вены, если он её бросит. После этого класса уехала не только я. Тао и Кай тоже разъехались в другие города, чтобы продолжить учёбу. Но, даже в день своей свадьбы Лана позвонила Каю и сказала, что стоит ему сказать одно лишь слово, и она всё бросит. Думаю, Кай просто бежал от неё.

― А, где сейчас Тао?

― Тао сейчас работает переводчиком. На сегодняшний день он в совершенстве знает девять языков и всё ждёт, когда я приглашу его к себе на свадьбу, ― усмехнулась Ноэль, ― Он единственный, с кем мы до сих пор сохранили тесную дружбу. Такая вот история.

― Твоё сердце до сих пор тревожится из-за этой истории?

― Сейчас я рассказала тебе и поняла, что эта история меня больше не тревожит.

― И ты не влюблялась после? В новой школе или в университете, например?
― Влюблялась, конечно. Но мои увлечения были столь мимолётны и скучны, что по сравнению с этой историей, они меркнут. Пожалуй, именно поэтому я не могу вновь влюбиться. Из-за того, что новые истории любви, начинающиеся со мной столь обыденны и неинтересны, что они, как скучная книга, быстро надоедают мне, и я быстрее стараюсь захлопнуть их, и выбросить. Наверное, смогу влюбиться лишь в героя истории, которая будет гораздо ярче и насыщеннее, чем эта.

― Даже, если история будет наполнена страданиями?

― Если в этой истории будет счастливый конец, то можно и пострадать, и не только мне.

― Невероятная, ― усмехнулся Чондэ, ― Ты всегда так холодна жестока с теми, кого любишь?

― Любовь очень жестока, ― зевнула Ноэль, чувствуя, как слипаются её глаза, и она больше не может противостоять сну, ― Поэтому, никогда не влюбляйся, Чондэ. Особенно в меня.